dzamukov

- Слушай, тут такое дело ты же разбираешься в технике? Можешь поехать посмотреть холодильник у тещи моей, че-то сломалось, у старушки продукты портятся...

На секунду меня разобрала злость. Вот наглый шар. Занял у меня 10.000 год назад а сейчас звонит. Ну и человек.

- Да конечно, без проблем, выезжаю, - улыбаюсь я.

- Отлично, позвони потом, скажешь сколько там по ремонту, по бабкам раскидаемся.

- Без проблем.

Без проблем. Кладу трубку. Без проблем, делаю большой глоток чая. Без проблем, бабуся посидит и без холодка. Без проблем...

Возвращаюсь к игре. Матчи не клеятся, меня убивают раз за разом. Начинает припекать...скосив глаза, смотрю на часы...прошло 20 минут с нашего разговора.

Вздохнув, я собираю инструменты. Чертов Puper228, ведь знает что я занимаюсь только стиральными и посудомоечными машинами, нет у меня оборудования для ремонта холодосов...

...

Приехав по адресу, набираю нужный номер. Домофон начинает отдавать унылой трелью.

- Кто там? - раздается хриплый пожилой голос.

- Мастер.

- А я никого не вызывала.

- Меня вызвал Puper228 знаете такого?

- Аааа...проходите.

Я захожу в тускло освещенную квартиру. На пороге стоит сухонькая женщина лет 80-ти. Мы идем на кухню, где в самом дальнем углу уныло притулился небольшой холодильник Indesit. Передергиваю вилку. Холодильник хранит гробовое молчание. Ну что же, померяем напряжение в розетке...

Розетка двойная. Воткнув щупы в одну, мультиметр не показал ничего. В другой 220. Отлично. Пожалуйста включись, просто включись холодильничек, включись и я свалю отсюда.

Холодильник отзывается слабым дребезжанием, в самой нижней части. Я узнаю этот звук. Холодок пробегает по спине, ведь так звенит смерть в мире бытовой техники.

Чтобы окончательно констатировать смерть пациента, я отодвигаю холодильник и нащупываю компрессор. Подаю питание, на что он отзывается слабым дребезжанием и...умолкает. Тяжелое металлическое сердце перестало биться и ему не поможет ничего, кроме одного - операции. А новые сердца для холодильников стоят ой как недешево...А еще дороже стоят инструменты для трансплантации, вакуум насос, паяльная станция для медных вен, нагнетатель фреона, фальцовка, трубогибы....

Вздохнув, я поворачиваюсь к женщине. Взгляд ее полон надежды, в ее глазах я посланец Агнеца Божьего. Как жаль.

- Ну что там? Можно уже продукты загрузить?

- Ситуация такая. Ваш компрессор...

- Ой давай по простому, не понимаю я ваших этих...

- Вот эта большая черная штука у вас сломалась. Чтобы ее заменить, нужно много денег. Дешевле купить новый холодильник вам.

Кажется из моего рассказа женщина услышала только одно слово. Она облегченно улыбается.

- Заменить? Так заменяйте, чего вы меня пугаете лишний раз...вот держи, сколько она стоит...

Она тянет купюру в двести рублей. Эх, если бы все было так просто бабулечка...

- Послушайте меня внимательно. Я попрошу меня не прерывать. Ваш холодильник охлаждается фреоном. Компрессор который качает фреон, вот это вот черная штука, сломался. Я...

- Ой да, поменяй ты его да и Бог с ним...

- ПОПРОШУ. НЕ. ПЕРЕБИВАТЬ. - я добавил в голос злобы. Старушка замолчала испуганно продолжая смотреть на меня.

- Я бы с радостью помог вам, если бы не ряд факторов. Первый, у меня нет нужных инструментов. Фреон нужно правильно стравить, вы можете отравиться. (Хотя сейчас все фреоны безопасные, ну да с чем черт не шутит) Новый компрессор стоит от 5.000 до 10.000. Работа по замене еще дороже. Если вы вызовете мастера холодильщика, он вам зарядит цену в 25000 рублей, не меньше. Купите себе новый холодильник, а этот на помойку, к тому же он вам уже 20 лет служит.

Все это время нас оказывается подслушивала вторая пожилая женщина. Я ее не заметил, она сначала пряталась в другой комнате, а затем в коридоре. Горестно взвыв, она подскочила к первой и схватила ее за грудки.

- УУУУУУ ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ ТЫЩ!! Кого Puper нам прислал, афериста! Жулика! Мошенника! Вызывай милицию, держи его! Держи его! Вот наглый!

Под завывания старухи я собираю инструменты. Люди услышав о расценках, часто так реагируют. Обычное дело. Я уе не обращаю внимания. В глазах второй проскакивает искра понимания.

- Да отцепись ты! Дура старая! Иди отсюда! - она отрывает ее руки от халата и толчками выпроваживает с кухни. Горестные завывания затихают в гостиной.

Я уже в коридоре. Повернув ручку, я готов уходить.

- Молодой человек! Постойте! Сколько с меня?

- Нисколько. Puper уже рассчитался со мной. До свидания.

Она неожиданно быстро приближается ко мне и хватает меня за локти. Изумившись, я пытаюсь вырваться. Тщетно. Хватка у бабки железная.

- Молодой человек, вы же не хотите меня до инфаркта довести? - глаза бабуленции глядят хитро.

Пытаюсь еще раз вырваться. Безуспешно. Ну и что вот, ну не драться же с ней...

- Ладно. Ваша взяла.

В моей руке хрустнула 200 рублевая купюра. Бабуля отошла, явно довольная собой.

- Вы знаете, я забыл отвертку на кухне... не могли бы вы ее принести?

Воспользовавшись тем, что бабуля отошла на кухню я метко пуляю купюру на зеркало и выскакиваю за дверь.

Прости бабусь, отвертки там не будет, как и ремонта за 25.000...

- Понял, извините, до свидания.

Следующая дверь. Открывает дед в тельняшке. Я даже не успеваю открыть рот.

- НАМ НИЧЕГО НЕ НАДО! , - дверь с треском захлопывается.

Отлично, дед раскочегарил потухшую было злобу.

За следующей дверью, было слышно как кто- то тихонько смотрит в глазок и ходит туда-сюда. Как итог, не удалось никого найти.

Я вернулся домой. Над потолком больше никто не бренчал.

...

Прошло две недели. Я уже было подумал, что все, певун понял свои косяки, как вдруг в один воскресный день...

"А нам все равно, а нам все равно..."

"Хоть баимся мы волку иль сову..."

- @#$%!!!!!!!

- Жрать хочешь?

- Ску?

-Жрать говорю, хочешь?

-Ску-ску! ,- пес закрутил хвостом как пропеллером.

- Ну давай, проводишь меня до магазина, пожрешь обещаю. Я кивнул на открытую дверь.

Пес недоверчиво посмотрел на меня. Рывком поднявшись он выбежал за дверь. Следом вышел и я. Я потопал в местную Пятер-очку, пес семенил следом, отставая на метр-два.

...

- На! Хавай, барбосина! - в воздух взлетела увесистая пачка сосисок "Красная цена". Пес мгновенно сориентировался и клацнул зубами, оторвав здоровый кусок и быстро зачавкал. Я отвернулся и пошел домой.

- ГАВ ГАВ ГАВ!!!! - Я обернулся. Барбос пулей летел ко мне, глаза навыкате уши торчком.

"Щас укусит" - мелькнула мысль. Мда, вот и делай добро после этого всяким шерстяным.

Пес подлетел на низкой передаче и положил мне лапы на плечи. Ткнувшись мокрым носом мне в шею он засопел как пылесос.

Все прекратилось так же быстро, как и началось. Через две секунды пес уже стоял за углом.

- Гав,Гав! ,- раздалось последний раз вдалеке.

В классе в тот день стояла большая розовая коробка, украшенная голенькими херувимчиками с глупыми личиками, сжимающих в крошечных ручках оружие любви - лук и стрелы. Блестящие их зады отсвечивали в свете школьного кабинета, увеличивая чувство отвращения многократно. Я прекрасно знал, что находится внутри этой коробки, я ненавидел ее содержимое и в то же время страстно мечтал получить хотя бы одну частичку оттуда...

Валентинки были анонимные. Ну, или нет. Все зависело от желания автора, от того кто решался опустить маленькое картонное сердечко в эту колыбель безумия. У альфачей, равно как у самок и самцов с этим проблем не было, они открыто подписывали свои валентинки, открыто демонстрируя свои права на самых сочных самок в стаде. То же самое делал и противоположный пол, когда в конце учебного дня коробка под радостное улюлюканье разрезалась и содержимое раздавалось адресатам. Альфа самки скромно хихикали, самцы же молча выпячивали грудь и напрягали "раму", демонстрируя свое абсолютное превосходство.

В этот день все было как обычно. Дождавшись когда все валентинки разлетятся, я наконец то выдохнул и собрался уходить. Я бы ушел раньше, но классуха почему то всегда настаивала на том, чтобы все участвовали в распаковке. Сказать что я ненавидел этот момент, значит ничего не сказать.

Я не поверил своим глазам когда к моей парте подошла классуха и положила на мою парту маленькое красное сердечко с блестками. Оцепенение длилось не больше секунды, мгновенно сцапав хрупкий картон, я сунул его в карман брюк.

...

Под лестницей было темно и тесно. Спрятавшись за огромным деревянным ящиком с песком я дрожащими руками открыл валентинку. На главной странице красивым женским почерком было выведено: "Жду тебя за школой в 14:00 , твоя Д.С"

ДС? Что это черт возьми такое? Я напряг память, в попытке вспомнить инициалы всех девочек в своем классе. Ничего.

...

Жду тебя за школой...наручные часы показывали 13:57. Я завернул за угол кирпичного здания школы...Пусто. Никого.

Протерев очки, я еще раз осмотрелся. Я знал, что это мало чем поможет, однако слабая надежда отказывалась выходить из головы.

Внезапный скрежет вывел меня из ступора. Металлическая дверь пищеблока распахнулась, и в проеме показалась огромная женщина в высоком белом колпаке. На красном ее безэмоцианальном лице на минуту мелькнула гримаса удивления. Безразлично подойдя к огромному железному контейнеру, она швырнула в него два больших черных пакета.

Я знал ее. Это была Вера Павловна, заведующая пищевым цехом нашей столовой. Это был тяжелый человек, с тяжелым лицом и тяжелым характером. Я отвернулся и отошел от нее подальше, постаравшись придать своему лицу безразличное выражение.

Тяжелые шаги двинулись по направлению к двери выхода с пищеблока. Я снова посмотрел на часы. 13:59...Может быть с ней, что то случилось...

- Иди отсюда, а.

Я с удивлением повернулся. Надо мной нависло красное, пышущее жаром лицо. Белый колпак возвышался как Пизанская башня, грозясь рухнуть мне на голову.

- Прошу прощения?, - вежливо переспросил я.

- Глухой чтоли? Вали отседова! - на меня пахнуло крепким запахом лука.

Внезапно раздался громкий топот. По звуку, бегущих было примерно человек десять. они вот-вот должны были выскочить из за угла, откуда пришел я сам.

Внезапно, Вера Павловна схватила меня своей тяжеленной ручищей и пихнула в душное пространство пищеблока, рывком захлопнув дверь. Тяжелый ключ повернулся три раза и наступила тишина, разрываемая тонким свистом, доносившимся из чайников и кастрюль. Все произошло настолько быстро, что я сам не до конца понял, что произошло. Я попытался вырваться и с удивлением обнаружил, что меня больше никто не держит. Темный силуэт стоял неподвижно, красные пальцы неуклюже сжимались и разжимались, будто сами не верили в то, что они только что сделали.

- Где жирный лупень?, - внезапно донесся развязный голос по ту сторону двери.

- Наверно сдох по пути, не смог дотащить свою тушу даже до сюда, - насмешливо ответил ему второй.

Я узнал их. Обладателем первого голоса был MegaMraz самый главный альфач и задира в нашем классе. Второй голос принадлежал PetuhWIP , главному подпевале первого.

- Дай мне сигу. Тьфу, что за отстой ты куришь?, - внезапно произнес женский голос.

Голос принадлежал Hooker, самке нашего альфача и отличнице класса. Внезапно раздался звон битого стекла.

- Балин, я промазала. Все равно пивас дрянь, когда уже появится свежее мясо, - в ее голосе отчетливо прослеживались кровожадные нотки.

- Как только очкастый хрен появится, я расколю эту бутылку о его жирную рожу, - с азартом охотника добавил новый, прокуренный голос.

Это были GroomerGad и Slut228. Первый был второгодником, который постоянно зависал с нашими альфачами. Ходили слухи что он расколол голову кирпичом, какому то таджику на стройке. Альфачи его боялись и делились с ним сигаретами, пивом и самками. Вторая как раз была одна из его многочисленных.

- Ты уверена, что жирный получил наше маленькое посланьице?, - новый голос недовольно разорвал пространство.

Достаточно. Я хочу уйти, но ноги как будто налились свинцом. Я разом стал тяжелым, совсем как те огромные кастрюли, где сутками что кипит и булькает. Больше всего на свете я хотел вырваться из этого душного пищеблока. В глазах отчаянно щипало, в горле застрял ком. Черный исполин стоял неподвижно, только пальцы больше не сжимались. Забавно, на минуту мне показалось, что я один здесь.

Невольный всхлип вырывается из моей груди и я зажмуриваюсь. Волна злости и отвращения к самому себе накатывает с новой силой. Я достаю шапку из портфеля и натягиваю ее на глаза.

Меня грубо пихают в спину, и вот я уже куда то иду. Куда я иду? Я не знаю, да и неважно. Я беззвучно плачу в шапку, размазываю слезы и сопли по внутренней стороне. Все находиться как в тумане, через редкие отверстия в шерстяной материи я успеваю заметить морозильные камеры и холодильники.

Меня снова грубо пихают, в этот раз в другую сторону. Я подчиняюсь. Слёз уже стало меньше, я просто продолжаю сухо всхлипывать.

Внезапно, я чувствую как что-то нежно опускается на мою голову и тихонько тянет шапку влево. Я зажмуриваюсь от яркого света, передо мной обычный вход в столовую, значит выход из школы за моей спиной.

Огромное красное лицо снова выплывает передо мной. Огромная красная рука тычет мне в грудь, чем то теплым и податливым. Теплое и податливое шуршит.

- Иди...давай...отседова...а?

- С-с-с-спасибб-о...

Огромные руки, любовно натягивают мне шапку обратно на затылок. Неуклюже потоптавшись, Вера Павловна выпрямляется во весь рост.

- Это...иди уже, а?

Я прижимаю пакет с треугольниками к груди. Я опускаю взгляд. Наверно мне надо сказать еще что-нибудь...

- Вы знаете, я...

Я поднимаю взгляд. Пусто. Никого. Только слышен удаляющийся топот тяжелых ног...

В классе в тот день стояла большая розовая коробка, украшенная голенькими херувимчиками с глупыми личиками, сжимающих в крошечных ручках оружие любви - лук и стрелы. Блестящие их зады отсвечивали в свете школьного кабинета, увеличивая чувство отвращения многократно. Я прекрасно знал, что находится внутри этой коробки, я ненавидел ее содержимое и в то же время страстно мечтал получить хотя бы одну частичку оттуда...

Валентинки были анонимные. Ну, или нет. Все зависело от желания автора, от того кто решался опустить маленькое картонное сердечко в эту колыбель безумия. У альфачей, равно как у самок и самцов с этим проблем не было, они открыто подписывали свои валентинки, открыто демонстрируя свои права на самых сочных самок в стаде. То же самое делал и противоположный пол, когда в конце учебного дня коробка под радостное улюлюканье разрезалась и содержимое раздавалось адресатам. Альфа самки скромно хихикали, самцы же молча выпячивали грудь и напрягали "раму", демонстрируя свое абсолютное превосходство.

В этот день все было как обычно. Дождавшись когда все валентинки разлетятся, я наконец то выдохнул и собрался уходить. Я бы ушел раньше, но классуха почему то всегда настаивала на том, чтобы все участвовали в распаковке. Сказать что я ненавидел этот момент, значит ничего не сказать.

Я не поверил своим глазам когда к моей парте подошла классуха и положила на мою парту маленькое красное сердечко с блестками. Оцепенение длилось не больше секунды, мгновенно сцапав хрупкий картон, я сунул его в карман брюк.

...

Под лестницей было темно и тесно. Спрятавшись за огромным деревянным ящиком с песком я дрожащими руками открыл валентинку. На главной странице красивым женским почерком было выведено: "Жду тебя за школой в 14:00 , твоя Д.С"

ДС? Что это черт возьми такое? Я напряг память, в попытке вспомнить инициалы всех девочек в своем классе. Ничего.

...

Жду тебя за школой...наручные часы показывали 13:57. Я завернул за угол кирпичного здания школы...Пусто. Никого.

Протерев очки, я еще раз осмотрелся. Я знал, что это мало чем поможет, однако слабая надежда отказывалась выходить из головы.

Внезапный скрежет вывел меня из ступора. Металлическая дверь пищеблока распахнулась, и в проеме показалась огромная женщина в высоком белом колпаке. На красном ее безэмоцианальном лице на минуту мелькнула гримаса удивления. Безразлично подойдя к огромному железному контейнеру, она швырнула в него два больших черных пакета.

Я знал ее. Это была Вера Павловна, заведующая пищевым цехом нашей столовой. Это был тяжелый человек, с тяжелым лицом и тяжелым характером. Я отвернулся и отошел от нее подальше, постаравшись придать своему лицу безразличное выражение.

Тяжелые шаги двинулись по направлению к двери выхода с пищеблока. Я снова посмотрел на часы. 13:59...Может быть с ней, что то случилось...

- Иди отсюда, а.

Я с удивлением повернулся. Надо мной нависло красное, пышущее жаром лицо. Белый колпак возвышался как Пизанская башня, грозясь рухнуть мне на голову.

- Прошу прощения?, - вежливо переспросил я.

- Глухой чтоли? Вали отседова! - на меня пахнуло крепким запахом лука.

Внезапно раздался громкий топот. По звуку, бегущих было примерно человек десять. они вот-вот должны были выскочить из за угла, откуда пришел я сам.

Внезапно, Вера Павловна схватила меня своей тяжеленной ручищей и пихнула в душное пространство пищеблока, рывком захлопнув дверь. Тяжелый ключ повернулся три раза и наступила тишина, разрываемая тонким свистом, доносившимся из чайников и кастрюль. Все произошло настолько быстро, что я сам не до конца понял, что произошло. Я попытался вырваться и с удивлением обнаружил, что меня больше никто не держит. Темный силуэт стоял неподвижно, красные пальцы неуклюже сжимались и разжимались, будто сами не верили в то, что они только что сделали.

- Где жирный лупень?, - внезапно донесся развязный голос по ту сторону двери.

- Наверно сдох по пути, не смог дотащить свою тушу даже до сюда, - насмешливо ответил ему второй.

Я узнал их. Обладателем первого голоса был MegaMraz самый главный альфач и задира в нашем классе. Второй голос принадлежал PidorazyWIP , главному подпевале первого.

- Дай мне сигу. Тьфу, что за дерьмо ты куришь?, - внезапно произнес женский голос.

Голос принадлежал Hooker, самке нашего альфача и отличнице класса. Внезапно раздался звон битого стекла.

- Бл*ть, я промазала. Все равно пивас дрянь, когда уже появится свежее мясо, - в ее голосе отчетливо прослеживались кровожадные нотки.

- Как только очкастый хрен появится, я расколю эту бутылку о его жирную рожу, - с азартом охотника добавил новый, прокуренный голос.

Это были GroomerGad и Slut228. Первый был второгодником, который постоянно зависал с нашими альфачами. Ходили слухи что он расколол голову кирпичом, какому то таджику на стройке. Альфачи его боялись и делились с ним сигаретами, пивом и самками. Вторая как раз была одна из его многочисленных.

- Ты уверена, что жирный получил наше маленькое посланьице?, - новый голос недовольно разорвал пространство.

Достаточно. Я хочу уйти, но ноги как будто налились свинцом. Я разом стал тяжелым, совсем как те огромные кастрюли, где сутками что кипит и булькает. Больше всего на свете я хотел вырваться из этого душного пищеблока. В глазах отчаянно щипало, в горле застрял ком. Черный исполин стоял неподвижно, только пальцы больше не сжимались. Забавно, на минуту мне показалось, что я один здесь.

Невольный всхлип вырывается из моей груди и я зажмуриваюсь. Волна злости и отвращения к самому себе накатывает с новой силой. Я достаю шапку из портфеля и натягиваю ее на глаза.

Меня грубо пихают в спину, и вот я уже куда то иду. Куда я иду? Я не знаю, да и неважно. Я беззвучно плачу в шапку, размазываю слезы и сопли по внутренней стороне. Все находиться как в тумане, через редкие отверстия в шерстяной материи я успеваю заметить морозильные камеры и холодильники.

Меня снова грубо пихают, в этот раз в другую сторону. Я подчиняюсь. Слёз уже стало меньше, я просто продолжаю сухо всхлипывать.

Внезапно, я чувствую как что-то нежно опускается на мою голову и тихонько тянет шапку влево. Я зажмуриваюсь от яркого света, передо мной обычный вход в столовую, значит выход из школы за моей спиной.

Огромное красное лицо снова выплывает передо мной. Огромная красная рука тычет мне в грудь, чем то теплым и податливым. Теплое и податливое шуршит.

- Иди...давай...отседова...а?

- С-с-с-спасибб-о...

Огромные руки, любовно натягивают мне шапку обратно на затылок. Неуклюже потоптавшись, Вера Павловна выпрямляется во весь рост.

- Это...иди уже, а?

Я прижимаю пакет с треугольниками к груди. Я опускаю взгляд. Наверно мне надо сказать еще что-нибудь...

- Вы знаете, я...

Я поднимаю взгляд. Пусто. Никого. Только слышен удаляющийся топот тяжелых ног...