arnay

Недавно вспомнил один случай из моей школьной жизни. Пятый или шестой год обучения в казахской школе. Урок русского языка. Учительница объясняет правописание суффиксов -оньк, -еньк. Приводит примеры: собачонька, Настенька и т.д. Далее для закрепления материала говорит начало слова, а ученики должны правильно подобрать суффикс и окончание. Приходит очередь одного мальчика. Учительница начинает: "Маш-". Ученик: "-онка. Машонка!". Класс взрывается от смеха. Учительница еле сдерживается, чтобы не заржать. Мальчик просто не знал такого слова. Недоумевая, он начал переспрашивать окружающих: "Машонка. Правильно же? Почему вы смеетесь?". От этого количество смеха только увеличилось. 

Но что меня на тот момент удивило? Не все смеялись. Половина мальчиков не поняли о чем речь. Мой сосед по парте шепотом спросил меня на казахском: "А что они все смеются?". Я сказал, что позже ему все расскажу. А вот девочки смеялись все. Кто-то сдерживался, но по лицу было все понятно. Кто-то улыбался. Многие смеялись. А одна девочка, между прочим, староста-отличница хохотала во всю. В тот момент мне стало стыдно не за мальчика, не за себя, а почему-то за нее. Почему так, до сих пор не пойму.

Зашел я как-то в лифт с красивой блондиночкой. Нажал на свой 14 этаж и отошел от панели с кнопками. Девушка взглянула на эту панель и сразу же растерялась на несколько секунд, не зная что делать. Повернулась ко мне и выдала фразу: "А в этом здании есть 5 этаж?". Я улыбнулся и нажал на кнопку "5". Лифт как раз проезжал четвертый этаж. Двери открылись на пятом и покрасневшая девушка быстренько выскочила из лифта. Двери закрылись, я поехал дальше в одиночестве. Эх...

Дело в том, что кнопки с 1 по 10 располагались слева от дверей лифта, в то время как она пыталась найти пятый этаж на правой панели, где были только кнопки с 11 по 18.