Привет, Пикабу)
Дух пятничного "моё" убедил меня выложить свой наконец-то (с перерывом в год) законченный рассказ.
Небольшой дисклеймер: любой найденный в рассказе глубинный смысл необязательно совпадает с заложенным в него Х)
Буду рад любым адекватным комментариям и замечаниям.
1
«Ну вот и рассвет», - подумал Кейн, выпуская очередное облако дыма.
Сквозь листву стоящего за окном дерева действительно пробивались первые лучи солнца. Лёгкий ветер шевелил листья, создавая игру теней на запылённом стекле.
Кейн глубоко вздохнул и снова втянул дым из потёртой трубки. Трубка приятно согревала руки, отталкивая предрассветные заморозки. Струйки дыма, постепенно становясь облачками, поднимались к высокому потолку и растворялись в воздухе.
В квартире было тихо. Даже с улицы не доносилось ни звука, хотя совсем недалеко была одна из центральных улиц с довольно оживлённым движением.
Он сидел, уставившись в одну точку где-то перед собой, или, точнее, ни в одну точку. Взгляд был расфокусирован, всё выглядело слегка размытым, но ему так было удобно – смотреть на всё сразу, не вдаваясь в детали.
Он уже несколько дней не выходил из дома. Последние семь-восемь часов он даже не вставал с места, лишь изредка меняя положение затёкших ног. Кейн зевнул, вжался поудобнее в мягкую спинку кресла и закинул ноги на столик.
Звон разбитого стекла отвлёк его от созерцания тающего под потолком дыма. Вздрогнув, он перевёл взгляд на стол, где только что находился стакан, затем, наклонившись, осмотрел мокрое пятно на полу и разлетевшиеся осколки.
Кейн аккуратно поднялся с кресла, стараясь не наступить в лужу и положил трубку на стол. Он оглядел комнату, ища взглядом тряпку или хотя бы старую футболку, но кроме низкого столика и кресла там не было ничего, только голые стены и скрипучий деревянный пол.
Внимание всё ещё было рассредоточено, и Кейн попытался сконцентрироваться. Было тяжело сфокусировать взгляд, глаза слишком расслабились за ночь. Понемногу он начал различать текстуру обивки кресла, трещину на стене возле окна, едва тлеющий уголёк в трубке, покрытый слоем пепла. Вместе со зрением, словно по цепной реакции, обострился и слух – и тут же, непривычно громко, раздался звонок в дверь.
Вздохнув, Кейн рассеянно поплёлся открывать.
2
Несколько минут Нейтан неподвижно лежал с закрытыми глазами, вспоминая странный сон. Он прокручивал сцену за сценой, пытаясь уловить все подробности, но воспоминания быстро улетучивались.
Постепенно голова заполнялась более обыденными мыслями, но впечатления от сна были настолько сильными, что не вытеснялись ими.
Он посмотрел на часы, размеренно тикавшие над входной дверью. Полседьмого. Он никогда не просыпался так рано в выходные – обычно его будили не раньше девяти. Хотя, когда он начал ходить в художественную школу, «не раньше» превратилось в «не позже» - занятия начинались в десять и он не хотел их пропускать.
Примерно полгода назад он увлёкся рисованием. Рисунки становились всё лучше и лучше, и мама предложила ему заняться этим посерьёзнее – в трёх кварталах от их дома как раз находилась школа искусств.
Преподаватель, осмотрев несколько последних работ Нейтана, определил его в группу третьего года обучения. «Там ты хоть что-то новое будешь узнавать», - сказал он, аккуратно закрывая альбом с рисунками.
Сначала одиннадцатилетний Нейтан немного переживал, что будет «белой вороной» на фоне старших ребят, но, к счастью, группы делились не по возрасту, а по опыту – были дети и на год-два младше его, а был и один двадцатилетний парень, который с детства хотел научиться рисовать.
Нейтан одним рывком вскочил с кровати. Сегодня же занятия! А он так и выполнил до сих пор домашнее задание.
Он достал свой альбом и карандаши. Пролистал до пустых страниц, взял карандаш в руку и задумался.
На дом задали нарисовать небольшую сцену с людьми – потренироваться правильно рисовать человеческие фигуры. Нейтан так и не подобрал композицию, которая бы ему понравилась, и теперь нужно было срочно что-нибудь придумать.
Он зажал кончик карандаша зубами. Сон всё ещё маячил тусклой картинкой перед глазами, отвлекая внимание на себя. Нейтан ошеломлённо замер, выронив карандаш. Его словно озарило – нужно нарисовать сон!
Он сел на пол, прислонившись спиной к кровати, положил альбом на колени и принялся лёгкими штрихами набрасывать так впечатлившую его картину.
Продолжение в комментариях.
