Знакомый рассказал, как несколько лет назад он отдыхал на берегу Волги в районе Астрахани. Далее с его слов будет и от первого лица.

Поехал с компанией единомышленников на рыбалку на Волгу. Стали лагерем на пологом берегу, установили палатки и т.д. Надо пояснить, где и как находился лагерь. Это был остров, где к пологому берегу вела всего одна дорога от паромной переправы. Дорога километров 8 наверное. В общем, существенное расстояние. На самом берегу было место для несколько палаточных лагерей и компаний. Почти весь берег занят другими палаточными, а рядом с нашим есть небольшое место. В один прекрасный день приезжают москвичи и становятся рядом с нами. В принципе, никто никому не мешает. Кто рыбу ловит, кто отдыхает, кто бухает. В общем, сплошная идиллия. Но в этот день мне надо было поехать в Астрахань за провиантом, возвращаюсь уже поздно, еле успел на паром, идет небольшой дождь. В общем, погода нерадостная. До лагеря остается километра два и тут с обочины на дорогу вот прям чуть ли не прыгает под колеса человек в футболке и шортах. Резко, как получается на мокром грунте, торможу. Этот человек просто садится в машину, говорит: «В Коньково», и отрубается. Разбудить или расшевелить это тело не представляется возможным. Благо, что это остров, и он скорее всего из одного лагеря на берегу с нашим, то я везу его и в каждом лагере показываю, чтобы его опознали и забрали сотоварищи. Везде недоуменно смотрят сначала на меня, потом на него, но никто не опознал. И тут я вспоминаю, что недавно ж приехали москвичи и только им я ещё его не показал. Подъезжаю в их лагерь, там почти все пьяные, только две девицы могут стоять на ногах. Прошу их посмотреть на товарища в машине и опознать, а они говорят, что у них все в лагере и никто никуда не уходил. В общем, после уговоров одна из них соглашается и идет к машине, смотрит на тело и восклицает: «Так это ж наш Лёха!». Оказалось, что ему не понравилось место, он выпил и пошёл пешком в Москву. Забрали они этого товарища, проходит несколько дней. Приходит из их лагеря мужик и просит изоленту. Ну надо, значит надо. Ищем изоленту, попутно расспрашиваю, что случилось. Оказывается, они собираются домой в Москву, а один чудак из их компании со словами «Не хочу уезжать!» залазит с ножом в машину и перерезает всю подрулевую проводку, куда он смог дотянуться. И сейчас они с матами пытаются как-то соединить провода. Я спрашиваю: «Это ли не Лёха из Коньково?». Он удивленно на меня смотрит и говорит: «Откуда ты знаешь?»

В итоге они как-то соединили провода и уехали.

Лёха из Коньково, если ты это читаешь, то тебе огромный привет!

Со слов моего знакомого, поэтому тег "моё"

Отдыхал в июле на Волге, жара была лютая (на электронном термометре видно). Отличные 12 дней на берегу. То чувство когда ты целый день купаешься, загораешь и рыбачишь, прямо как в детстве когда ездишь на каникулы к бабушке в деревню. Вода правда начала уже зацветать, так что вид не очень. Саратовская область, село Меловое.

«И за борт ее бросает в набежавшую волну…»

Помните же, конечно, как Степан Тимофеевич во времена царя Алексея Михайловича (папеньки Петра I) с новой женой обошелся? На второй день после свадьбы? С гражданкой Разиной, уроженкой Ирана, между прочим.

Ну, что случилось – то случилось. Не будем лезть в хмельную душу молодожена. Бывает. Хотя и думаю, что бабами так разбрасываться – не дело.

И, кстати, когда я поменьше был – вообще не понимал масштабов трагедии. Меня интересовали чисто прикладные вопросы из области физики, а именно тот ее раздел, именуемый «Плавучесть». Ну бросили тебя в реку, думал я, – вынырнула и поплыла. Делов то.

Однако постарше став, узнал, что Волга она тоже разная бывает. И если Степан Разин персидскую княжну в Волгу под Астраханью бросил – кабздец котенку. Там без вариантов. А вот если бы под Тверью - может быть она и побарахталась еще.

Мне приятель рассказывал, что лет тридцать назад занесло его по делам Астрахань в июле. А там в тени +44 (что там было на солнце – он боялся даже представить), влажность как в бане. И мошкА. Именно так, с ударением на последнем слове. Этот летающий ужас перемещался по городу роями и не было от него спасения. Она жила в тебе, поскольку твой нос, рот, уши и глаза  считала своим домом.

Кондиционеры тогда уже были, но их было мало. Штук 10 на всю Астрахань. Заснуть было невозможно - постель закипала. Спасались тем, что простынь кидали на полчаса в морозильник – и потом 15 минут относительного комфорта в лежачем положении у тебя были. Успеешь заснуть за это время – молодец, не успеешь – где морозильник уже знаешь.

Местные советовали холодный душем не спасаться – только горячим. В чем смысл, понятно не было, но вроде точно становилось легче.

В общем, милое очаровательное место. Туристический рай.

А еще там была Волга, но ее берега во всей Астрахани были одеты в бетон. Честно, в натуральный такой бетон, уходящий в воду под углом чуть меньше 45 градусов. А искупаться очень хотелось. Забраться так в реку по шею и стоять два часа в блаженстве…

В общем, узнав, где в Астрахани купаются, направился мой приятель в том направлении, и прибыл к пришвартованному у Волги дебаркадеру. Кто не знает, дебаркадер – это такая плоская плавучая железяка размером где-то 30 на 15 метров, по центру которой вырезан прямоугольник, а в нем плещется искомая Волга. В виде бассейна. Астраханцы и гости города располагались на узком отрезке между бассейном и ограждением дебаркадера, а затем принимали водные процедуры уже в «бассейне».

Приятель смотрел на них как на полных дурачков. Вот же Волга, во всей ее природной красе, величественно катит свои воды к Каспийскому морю и манит его своей мощью и прохладой. А народ в этой железной лоханке плавает и совершенно не чувствует величия момента. Ведь она (Волга!) вся твоя – только захоти. И, в общем, он захотел!

Быстренько освободился от одежды, перемахнул через перила и нырнул «в набежавшую волну».

Вот только когда он вынырнул – что-то пошло не так. Корма дебаркадера почему-то была от него уже в 10 метрах и стремительно продолжала удаляться. И он понял, что если он не поторопится, то его тупо унесет в Каспий. А пока он об этом думал – суша еще на 10 метров дальше стала. И он включил режим форсажа. Как он потом рассказывал – он не плыл, а боролся за свою жизнь. Две минуты в бешенном темпе с выскакивающим сердцем - и вот он снова на дебаркадере. Сидел, дышал, как пёс, свесив язык, и уже местные смотрели на него как на дурачка. Но главное, жив остался.

В общем, астраханцы про течение знали, и дебаркадер там не спроста стоял.

А вы говорите, княжна…