— Вита-а-алик, приветик! — голос Лены на скорости 1х звучал как густая патока. — Слушай, я тут шла по набережной и меня накрыло... (дальше слышался треск, шум ветра в микрофон и, что самое ужасное, ритмичное чавканье жвачкой). Виталик поморщился. Звук лопающихся слюнных пузырей бил прямо в мозжечок.

— ...и я поняла, почему у нас с тобой коммуникация не строится. Вот ты... (пауза на пять секунд, слышно, как Лена дышит в динамик, словно астматичный мопс)... ты ведь всё время закрыт. Я обсудила это со своим тарологом, и мы поняли, что у тебя просто блок на принятие. Плюс сейчас Меркурий ретроградный, он давит тебе на коммуникативный сектор...

Виталик переключил на 2х. Лена превратилась в бурундука на амфетамине.

— ...тебенужнопроработатьдетскиепаттерны... (чавк-чавк)... ятебескинуконтактспециалиста... (шум ветра, заглушающий всё)... мыдолжнывыйтинановыйуровеньосознанности...

Сообщение закончилось. Тишина вернулась, но была уже испорчена, как суп, в который макнули грязное полотенце. Виталик посмотрел на телефон - нужно было что-то ответить. Социальный протокол требовал реакции. Он нажал кнопку записи, подождал три секунды. Громко, с оттяжкой, утробно рыгнул в динамик и отправил.

Пусть теперь таролог расшифровывает этот сигнал Вселенной.