Не волнуйтесь, я её отпустил. Случайно увидел в траве и решил рассмотреть. Я таких не видел никогда. Большая такая.

Без рейтинга.

Длиннопост.

С разрешения А.М. Мурашова.

Авторы фото и текста  – биологи Яна и Алексей Мурашовы.

Яна и Алексей Мурашовы – профессиональные биологи, москвичи, волею случая оказавшиеся 38 лет назад в Богом забытой деревушке Тверской губернии.

Останься они жить в Москве, вряд ли довелось бы им так близко пообщаться с волками, рысями, лисами, куницами, хорьками, енотовидными собаками и, конечно, многочисленными птицами самых разных видов.

В Тверской области, в тогда ещё «медвежьем углу», до которого можно было доехать лишь на тракторе да экспедиционном ГАЗ - 66, они организовали первый в СССР, а потом и в России, Центр реабилитации диких животных «Ромашка», где за это время перебывало несколько тысяч зверей и птиц, многие из которых после лечения, обучения и подготовки вернулись в свой Дом – дикую ПРИРОДУ, а кто по состоянию здоровья сделать этого не смог, живут в Центре, образовывают семьи, обзаводятся потомством, которое улетает и убегает на волю вместо своих родителей. Кроме животных, которые пожизненно «прописались» в Центре, есть и временные – те, которые не полиняли, не долечились и не обучились ко времени выпуска. Такие живут в Центре год-два, но рано или поздно обретают свободу.

Яна и Алексей опубликовали более пятидесяти научных и научно-популярных статей и рассказов в научных сборниках и научно-популярных журналах: «Миллион друзей», «В мире животных», «Друг», национальном охотничьем журнале «Охота», «Охотничий двор», «Юный натуралист», «Собака и Я», «Приусадебное хозяйство». Все статьи написаны о животных и направлены на их защиту. О Центре реабилитации диких животных «Ромашка» снято более двадцати научно-популярных и информационных роликов и фильмов российскими и зарубежными кинематографистами.

В последнее время вышли книги «Сумасшедший домик в деревне» и «О волках с любовью» с увлекательными рассказами о питомцах Центра реабилитации диких животных "Ромашка" и готовится к выходу ещё одна, продолжение, - «Домик, где правят звери».

Вот один из рассказов из жизни биологов и их подопечных:

«Когда волчице Грушеньке, родившейся в Центре (Груня – плод любви нашей восьмилетней волчицы Герды и совершенно дикого волка), исполнился месяц, нам принесли маленького лисёнка, найденного в подъезде одного из московских домов. Вероятно, кто-то привёз его из леса или купил на Птичьем рынке, не представляя себе, что такое содержать лисёнка в квартире. Но, поняв, что лис – вовсе не домашнее животное, его выбросили на улицу. Спасибо, нашёлся добрый человек, который подобрал зверька и передал его в наш Центр. Лис был одного возраста с Груней, но если волчонок ещё еле ковылял по комнате, то лисёнок летал по ней. У зверят было полно разных игрушек, Груня относилась к ним очень бережно, а Лис норовил всё унести к себе в клетку и там разодрать на мелкие кусочки.

Играла Груня как щенок собаки, а вот ела как волчонок. Угрожающе рычала и норовила укусить за протянутую руку. В полтора месяца Груня сделала свой первый запас корма. Наевшись до отвала мяса, она взяла несколько кусочков в рот и стала искать, куда бы их припрятать. В конце концов закопала в кресле под накидку и осталась очень довольна собой. Пока она радовалась, Лис, который внимательно следил за действиями волчонка, отрыл запас и, посчитав, что самое лучшее место хранения – собственный живот, быстро уничтожил припасы Груни. Сделать ответный ход волчонок смог только в три месяца. Мы дали утку Лису, он моментально убил её, а съесть не успел. Груня отобрала трофей и унесла на диван. Там она профессионально ощипала утку, съела голову и шею, а остальное прикопала на потом в кресле и укрыла покрывалом. Но вечером, когда она решила подкрепиться, там обнаружились только одна лапа и хребет, видно, Лис успел поужинать раньше.

Спали зверята всегда вместе в домашней клетке. Предварительно вечером они устраивали в доме такие игры и наводили такой свой звериный порядок, что мы тратили немало времени на приведение комнаты в нормальный вид. В августе мы стали приучать зверей к улице. Вернее, Груня уже с месячного возраста гуляла с нами, а Лис был такой независимый и шустрый, что мы опасались вольно отпускать его. Рос он полудиким, да мы и не стремились его приручить, планировав выпустить на волю. Для совместных прогулок выделили мы зверятам уличный вольер, где они могли резвиться от души весь день. Лис виртуозно разделывался с живой добычей, начиная с мышей и заканчивая кроликами и утками, а Груня, хотя и брала уроки мастерства у лиса, убивать не умела, но разделывала добычу не хуже взрослого волка, кости очищала от мяса до белизны. В сентябре мы перевели Лиса в уличный вольер окончательно, а Груня продолжала жить с нами в доме. Мы выпускали её к Лису только днём. Звери встречались с огромной радостью, нежно покусывали друг друга за морды. С декабря и Груня переселилась в уличный вольер к Лису, с которым продолжала дружить. Ссорились звери редко и только во время еды. Лис, не обращая внимания на свою миску, пытался стащить у Груни все самое вкусное, а Груня, погрузившись в миску, урчала себе под нос, не делая, впрочем, попыток укусить Лиса. Когда Груня уходила с нами на прогулку, Лис печально смотрел ей вслед и усаживался на полочку, поджидая свою подружку. Брать его в лес во время охотничьего сезона мы не решались, выпуск Лиса был намечен на май. По возвращении Груни звери очень радовались, целовались, ели корм и укладывались спать. Груня ложилась на сено, а Лис устраивался или за её спиной, или прямо сверху на Груне.

И вот в феврале ночью нас разбудил протяжный, полный тоски вой Груни. Надо сказать, что до трех лет Груня не отзывалась на вой ни диких, ни наших волков. Выращенная человеком в изоляции от своих родственников, она не понимала волчий язык, зато с удовольствием переговаривалась с нами и с собаками. Как только мы начинали выть – Груня моментально присоединялась. А наша внучка научила Груню очень своеобразному вою. Он всегда начинался с долгого звука А-А-А-А, потом следовал звук У-У-У. И Груня в точности воспроизводила этот вой. Спутать ее голос невозможно. Даже сейчас он отличается от воя остальных наших волков, хотя она и взяла у них несколько уроков вокала. Но тут Груня выла с хрипотой, так ужасно и надрывно. Едва дождавшись рассвета, мы побежали к вольеру. Груня была в нем одна, Лис исчез. У нас ёкнуло сердце: неужели придавила и прикопала? Войдя в вольер, мы переворошили все сено, но никого не обнаружили, а Груня рвалась на улицу. И тут мы заметили, что сетка около кормушки отогнута и на ней остались клочки лисьей шерсти. Мы стали звать и искать Лиса, но безрезультатно. Тогда решили выпустить Груню. Едва очутившись на свободе, Груша рванула в лес. Минут через двадцать она появилась с довольной физиономией, шла не спеша и оглядывалась, а за ней трусил Лис. Около дома звери затеяли веселую игру. Пока мы думали, как будем зазывать Лиса в клетку, звери сами зашли в нее и стали дожидаться корма. После этого случая мы хотели брать с собой гулять и Лиса, но в отличие от волчицы он гулял «сам по себе», и вся прогулка сводилась к розыску Лиса и возвращению его домой. Так дожили мы до весны. В мае мы торжественно предоставили Лису свободу, но… ненадолго. Груня чуть не разнесла вольер, глядя вслед уходящему Лису, и стала выть так, что соседи прибежали с вопросом, что такого ужасного у нас случилось. Мы поскорее открыли вольер, и через час звери были уже дома. После этого мы решили зверей больше не разлучать.

Груня охраняла Лиса от посторонних людей. Стоило кому-то подойти близко к клетке, она начинала скалить морду и плеваться, а Лис прятался за её спиной. Если же Лис начинал метаться по вольеру, Груня отлавливала его за хвост или спину, прижимала к полу и заставляла успокоиться. Решили мы сделать для зверей новый вольер с большим выгулом, думая, что они навсегда останутся вместе. Но переселиться зверям в новый вольер вместе было не суждено. После двух лет дружбы Лис решил прервать её. Видно, он стал взрослым, а взрослые лисы стаями не живут. Лис перестал спать вместе с Груней, огрызался на неё при кормлении, да и в играх уже участие принимал неохотно. И хотя после прогулок Груня бежала к нему со всех ног, Лис встречал её без особой радости. И вот наступил момент, когда он просто не впустил волчицу к себе в клетку. Стал на неё кидаться и кусать за морду. Груня сначала восприняла нападки Лиса как новую игру, а потом, поняв, что Лис не шутит, тоже обозлилась. Пришлось срочно переводить волчицу в новый вольер. Несколько раз мы пытались вновь объединить зверей, но все было напрасно. Произошло это в ноябре, опять перед началом охоты. Мы решили не рисковать и выпустить Лиса в мае, думая, что теперь ему ничто не помешает уйти на волю. Но ошиблись. Теперь уже сам лис не собирался покидать свои обжитые за три года апартаменты. Так и жили у нас эти звери, но теперь уже в разных вольерах. А мы рассказывали экскурсантам эту удивительную историю, похожую на сказку».

Вопросы и ответы.

1. Сколько у вас бывает животных в год и сколько удается выпустить? (Олег, Республика Беларусь, и ещё 18 таких вопросов)

Количество животных, которых мы можем принять в Центр, строго ограничено. Сам Центр, когда он создавался в 80-х годах, был рассчитан на 100 голов различных животных, бОльшую часть которых составляли птицы. БОльшая часть приходилась на птенцов и молодых зверей. Мы готовили их и выпускали от 20 до 80 голов в год. Покалеченных и травмированных животных получали мы мало, и их бОльшая часть оседала в зоопарке и живых уголках. Животные с незначительными травмами восстанавливались и выпускались, но это составляло едва 3% от всех животных.

В 90-х ситуация изменилась. Птенцы и молодые звери стали поступать к нам реже, так как люди сначала пытались их продать и получить за них деньги. При этом состояние этих птиц по здоровью и оперению стало намного хуже. Если в 80-е годы их восстановление и обучение составляло от одного до трёх месяцев, то уже с 1992 г. восстановление (реабилитация) занимало от шести месяцев до полутора лет. Также увеличилось количество калек, которых выпустить в природу не было никакой возможности. В 1996 г. у нас накопилось только обыкновенных канюков с травмами 60 птиц. Хорошо, что их у нас стали забирать в институты на исследования. В 2000-х годах количество калек возросло в 10 раз, а птиц, пригодных к выпуску, ежегодно было от 10-14 голов до 20-25, восстановление оперения нередко затягивалось на год. Слабо травмированных взрослых животных мы выпускали в течение месяца, а то и раньше, если анализ на инфекционные заболевания был отрицательным.

В связи с тем, что калек и больных животных стало очень много и их реабилитация затягивалась на годы, мы стали из таких животных составлять пары и размножать их. На волю пошли их дети.

2. Как давно вы этим занимаетесь и скольким животным вы помогли? (Татьяна, г. Томск, и ещё 13 подобных вопросов)

Официально эта работа начата только по птицам в мае 1978 г. в Московском зоопарке. С 1 марта 1988 г. по соглашению с академиком В.Е. Соколовым работа продолжена на Зубцовском научно-опытном участке Института эволюционной морфологии и экологии животных (ИЭМЭЖ) АН СССР в Тверской области, где и продолжается до сих пор. За 30 лет работы к нам поступило более 6000 различных животных. К сожалению, более 50% это были травмированные птицы и звери. БОльшая часть калек не смогла вторично вернуться в природу, и была передана в различные живые уголки и зоопарки, некоторые переданы безвозмездно в частные руки и научные лаборатории. Около 20% пало в процессе работы. Остальные были реабилитированы, обучены (птенцы и молодые звери) и выпущены в природу. Это 142 вида птиц общей численностью 2640 особей, а также в качестве эксперимента еще 619 особей зверей (в основном ежей), земноводных и пресмыкающихся. Этими экспериментами мы также нащупали пути и методы возврата в природу разведённых в питомниках рысей, лисиц, енотовидных собак, ежей, белок и т.д. (всего 12 видов). Наиболее сложны в этой работе оказались зайцы. Тем не менее, один наш заяц-русак с дырочкой в ухе прожил в нашей деревне 9 лет, успешно прятался на заросших бурьяном огородах.

Выпущенные наши четыре рыси также успешно прижились. Две из них живы и сейчас уже более семи лет. Самка ежегодно приходит к нам с потомством. Правда, она за это время вырастила до взрослого состояния всего одного рысёнка из семи. Остальные доживали только до осени и гибли от кошачьих болезней. Сказалась здесь и депрессия численности зайцев, что подорвало кормовую базу рысей. До сих пор рядом с нами живут косульки – потомки выпущенных нами ещё в начале 90-х годов семи косулят. Трудно, но успешно прошел эксперимент по возврату в природу и созданию микропопуляций земноводных и пресмыкающихся, повсеместно исчезающих из-за урбанизации и коттеджного строительства.

Мы не отказываем в помощи ни одному животному, будь то птица, зверь или рептилия. Мы не разделяем животных на вредных и полезных, для нас они все пострадавшие, в том числе и хищники, а кроме того, для природы все животные одинаково важны. Основу работы составляют птицы, их 80 процентов от всех поступающих животных. В настоящее время, по 34 видам птиц отслежены факты удачной реабилитации, а среди 9 видов и успешное размножение после возвращения в природу.

3. Откуда вы берете средства на свою работу? И почему вас не финансирует государство? (50 похожих вопросов от разных людей)

Мы тратим бОльшую часть своих денег, сейчас это минимум одна пенсия из двух. Есть пожертвования простых людей – «малых» спонсоров, вернее, меценатов. Это учителя, студенты и другие скромно зарабатывающие люди. И, как ни странно, пенсионеры. Есть люди с достатком, которым природа небезразлична или они просто любят животных, но таких единицы, и они чаще других наших помощников вскоре бросают помощь, особенно когда начинается очередной кризис. По-настоящему богатые люди просто так деньги свои никогда не выкладывают, особенно если они с этого ничего, кроме «спасибо», не имеют. Время от времени нам помогали и помогают отдельные организации: кооперативы в 80-е гг., НИИ с биологическим уклоном, кардиоцентры, виварии, станции разведения лабораторных животных, институты, лаборатории МГУ. Они поставляли нам на корм и обучение выбраковку и контрольные группы лабораторных животных. В настоящее время большинство из них не способно этого делать, так как сами не имеют этих животных в достатке.

Мы всем им кланяемся в ноги за поддержку и помощь, но в настоящий момент эта помощь не покрывает наших потребностей, особенно в подготовке животных к выпуску. Так, на подготовку одной совы надо минимум 200-300 живых мышей, обучение длится от 1 до 3-х месяцев.

Нас поддерживали некоторые российские и зарубежные фонды, но, к сожалению, недолго и не слишком щедро. Но это их право выделять столько, сколько они считают нужным или возможным.

Что касается второй части вопроса, то об этом надо спросить само государство. Надо думать, что прежде всего мы частные лица, а не организация. Мы и наша деятельность не в приоритете у государства. А вообще-то во всем мире это дело общественности, а не государства. Также в нашем государстве не разработана система помощи частным лицам по этой статье, и у госчиновников очень большие требования к таким частным лицам, как мы, а чтобы соответствовать этим требованиям, тоже нужны немалые деньги, коих у нас не было и нет.

4. Кто вам помогает в работе? Пользуетесь ли вы услугами волонтёров или трудом гастарбайтеров? (Наталья, Тамбовская обл., и ещё 10 сходных вопросов)

Специфика нашей работы, где с животными нельзя общаться посторонним людям, исключает возможность использования волонтёров в работе на территории Центра. Волонтёры у нас участвуют только в подвозе в Центр кормов и оборудования. Что касается наёмного труда, это также невозможно. Всё мы делаем сами: и строим, и кормим, и убираем.

5. Как можно к вам приехать и посмотреть? Водите ли вы экскурсии, читаете лекции? (Кирилл, г. Москва)

В связи с тем, что мы теперь взяли направление на разведение животных, не способных по тем или иным причинам вернуться в природу, то с марта по июль у нас закрытое время. Это время гона и размножения животных в нашем Центре, и мы даже журналистам отказываем чаще, чем в другое время. Чтобы не причинять беспокойства животным, к нам нельзя приезжать без согласования по телефону, большими группами и с детьми. У нас не зоопарк, а научный центр, хотя и частный, и посещение ограничено.

Для чтения лекций, экскурсий и семинаров у нас нет условий после того, как в 1992 году сгорела институтская база. Все сосредоточено в нашем однокомнатном домике. По вопросам реабилитации животных мы часто консультируем по телефону, обмениваемся опытом с друзьями за рубежом, поддерживаем связи. Раз десять за год у нас бывают гости и знакомые, телекомпании из России и из-за рубежа. Это максимально возможная нагрузка для нас. Мы хотели построить небольшой лекционный корпус у дороги, чтобы больше принимать гостей и специалистов по работе, где можно было бы на экране транслировать записи и картинку из наших вольеров, не беспокоя животных, рассказывать, читать лекции, проводить семинары, передавать свой опыт другим. Но это требует денег, а их нет, и нам пока приходится думать, как бы выжить в таких условиях и поменьше затратить на содержание животных и прокормить их. Печально, но факт.

6. Почему вы не хотите зарабатывать деньги? (Игорь, г. Санкт-Петербург, и ещё 13 таких вопросов)

Во-первых, для этого нет условий в Центре. Выезжать на заработки, как мы делали в 90-х, когда за животными следили наши пожилые родители, мы уже не можем. Во-вторых, мы уже пенсионеры. А в-третьих, если заниматься бизнесом, то реабилитационной работой заниматься будет некогда. Тут либо бизнес, либо реабилитационная работа. В 90-х мы заработали кучу денег, но был самый низкий процент выпуска животных в природу. А эти деньги успешно сгорели в трех банках в 98-м. Даже при маленьких деньгах в последующие годы процент выпуска был выше, чем в 90-е, так как мы только этим и занимались с помощью небезразличных к родной природе людей.

Вообще специалист по реабилитации должен заниматься реабилитацией и получать за это деньги, а бизнесмен должен заниматься бизнесом, и часть денег от бизнеса должна идти на сохранение родной природы; частичка этих денег могла бы попадать и к нам и такой центр, как наш, мог бы помогать животным обрести свободу, поддерживать и даже восстанавливать популяции живой природы.

Всем привет! Ну вот мы все и дождались! Милоту подвезли, а то давно уже просили (у меня все записано). Один из самых милейших и приветливых зверьков всея интернета. Победитель в номинациях «а чьи это маленькие лапки» и «лучшая улыбка Австралии». Встречайте, Квокка! Зверек уже рада вас видеть, давайте не будем заставлять эту симпатягу вас ждать.

Квокка (лат. Setonix brachyurus) – относится к роду Setonix из семейства кенгуровых, собственно, квокка – единственный представитель этого рода, зверька также называют короткохвостым кенгуру. Вообще, при первом взгляде на эту плюшечку, сразу и не скажешь, что это кенгуру, скорее какой-то грызун (очень симпатичный грызун). Поэтому квокк иногда называют улыбающимся кенгуру или кенгуровой крысой.

Обитает квокка в основном на западе Австралии и на близлежащих островах: Болд-Айленд, Пингвин и Роттнест. Это связано с тем, что наш позитивный друг очень мал и безобиден, а потому не может дать отпор хищникам, обитающим в других регионах Австралии: кошки, лисицы, дикая собака динго.

Обитает квокка в не слишком травянистой и влажной местности, хотя в периоды засухи встречается и в болотистых местах. Квокка селится только рядом с пресными водоемами, потому что постоянно нуждается в поддержании водного баланса в организме. Также замечено, что квокки предпочитают селиться в местах, где ранее были пожары, вероятно, это связано с тем, что растительность, которая появляется в этих областях богата полезными веществами и более питательна.

Как же выглядит зверек?

Если вы игнорируете фотографии, то я опишу зверушку словами. Квокка – довольно небольшой зверек, по размерам не сильно превышающий крупного кота. Тельце у него округлое, задние лапки и хвост не такие крупные, как у других кенгуру, к тому же хвост не имеет мощных мышц, и не помогает квокке прыгать, как и не является дополнительной опорой. В длину тело квокки редко превышает один метр (и это вместе с хвостом), а по весу не редко отъедаются до 5 кг, самки полегче самцов и больше 3.5 кг не встречаются.

Квокка носит шубку из короткого, но довольно плотного меха рыжеватого, серо-коричневого окраса, спинка темнее чем брюшко, а рыжий цвет в основном сконцентрирован на мордочке и шее, а вот лапы у зверка почти черные. На голове имеется пара маленьких круглых уха, под которыми торчат пухлые щечки. Во рту у квокки имеется 32 мелких зуба, предназначенные исключительно для жевания.

Но почему же квокка такая улыбчивая? Почему зверек так и пышет жизнерадостностью и позитивом? Все потому, что зверек постоянно жует растительную пищу, которая очень грубая, поэтому мышцы челюсти очень хорошо развиты, вследствие этого, когда мышцы расслаблены, тогда выражение мордочки и становится таким позитивным и улыбчивым. К тому же животное еще и само по себе очень любопытное, совсем не боится людей, часто само выходит к ним, поскольку не видит в людях опасности, и всегда радо позировать для фотографий.

Образ жизни и рацион

Квокка предпочитать вести активные действия по ночам. В это время хищники практически не активны, а значит, что зверьку можно спокойно заниматься своими делами, не опасаясь за безопасность. Поскольку квокки абсолютно безобидны, и не могут дать отпор крупному хищнику, то они стараются строить зеленые тоннели из трав и кустарника, по которым преимущественно и перемещаются, ведь на такой огражденной со все сторон дорожке шанс встретить недоброжелателя минимален, а если уж такая ситуация произойдет, то и сбежать будет намного проще.

Квокки ведут одиночный образ жизни, очень уважает различные укрытия и норы, а в жаркую погоду может вырыть ямку где-нибудь под кустом и пережидать солнцепек до наступления прохладных сумерек, чтобы отправиться за едой. Животное предпочитает использовать уже знакомые, исхоженные тропы, по которым оно перемещается прыжками, а при возникновении опасности громко стучит по земле задними лапами, стараясь таким образом отпугнуть противника.

Наш пушистый друг является 100% вегетарианцем и сыроедом. В его рацион входят различные травы, листья, ягоды, фрукты и молодые побеги растений. В подавляющем большинстве случаев животное предпочитает пищу, до которой может дотянуться, не выходя за пределы своих безопасных кормовых тоннелей в траве, но при желании может забраться и на дерево на высоту до полутора метров, если увидит там что-нибудь вкусненькое.

Передние лапки у квокки похожи на человеческие, поэтому зверек ловко ими орудует, срывая листья, фрукты и ягоды. Животное очень забавно держит свой обед в передних лапках, поднося пищу ко рту во время трапезы. На фотографиях часто можно увидеть счастливого зверка с какой-нибудь вкусняшкой в лапках, что вызывают у всех вокруг только умиление. Кстати, квокка почти не жует еду, а откусывает и глотает ее кусочками, а после может отрыгнуть непереваренную растительность и снова попробовать пожевать эту жвачку. Хотя животному и нужно много воды, оно может обходиться и без нее, получая влагу из сочной пищи.

Размножение этих пушистых булочек

Квокки живут в среднем до 10 лет в дикой природе, а концу первого года жизни становятся половозрелыми. Брачный период у квокк длится с января по март, когда не так жарко. Самки выбирают себе кавалера, оценивая его ухаживания, и, если жених пришелся по душе, показывает ему свою готовность к продолжению рода. Как правило выбор падает на крупных самцов, которые доминируют в брачных играх над более мелкими. Иногда они даже дерутся, чтобы поставить на место ухажеров более мелких размеров.

После спаривания самец становится на защиту своей самочки, и в таком союзе они могут прожить до пары лет. Правда тут есть нюанс. Дело в том, что квокки полигамны и у самки одновременно может быть до трех избранников, а у самцов до пяти невест, но в остальном семейная идиллия. Самки не контактируют друг с другом, а вот самцы могут общаться с разными самками, в рамках внутренней иерархии, в основе которой лежат размеры животных.

Беременности у квокк длится около месяца, после чего рождается один крохотный детеныш, который ничего не видит, не слышит и полностью лысый. Поскольку малыш после рождения полностью несамостоятелен, он еще полгода растет в маминой сумке, питаясь молоком. Когда маленькой квокке исполняется полгода, она выбирается наружу пробует питаться самостоятельно, познавать окружающий мир и учиться у матери всем премудростям жизни, периодически все же подкармливаясь молоком. Через несколько месяцев малыш обретает полную самостоятельность и отправляется в большую жизнь.

Кстати, интересный факт о квокках. У самок имеется такое явление, как эмбриональная диапауза. Проще говоря, в самке развивается дополнительный (можно сказать резервный) эмбрион. Это сделано для того, чтобы самка могла в любом случае выносить детеныша, даже если с первым что-то случится. В случае возникновении такой ситуации, самка рожает второго детеныша, при этом повторное оплодотворение ей уже не требуется.

Популяция квокк, враги и охрана

Как уже было написано ранее, у квокк очень много врагов, ведь зверек совершенно безобиден и беззащитен перед лицом хищников, основными из которых являются лисы, кошки и дикие собаки динго. Также человек внес вой вклад в сокращение поголовья этих зверьков, поскольку именно он привез с собой в места своего обитания собак, кошек и лис. Также людские поселения привлекли к себе внимание крупных пернатых хищников, от которых квокки также страдают.

Тот факт, что для защиты квокки громко топают, на самом деле практически им не помогает, ведь серьезного хищника этот шум вряд ли может отпугнуть, поэтому зверьку только и остается, что спасаться бегством. Но даже все тяготы, которые свалились на этих малышей, не изменили их добродушный и любопытный нрав, и они всегда с удовольствием идут на контакт с людьми.

К сожалению, популяция квокк очень сократилась. Если раньше они жили по всему континенту, то теперь встречаются только на нескольких изолированных от хищников территориях, где активно плодятся. Однако, это привело к тому, что на этих территориях стало не хватать пастбищ для зверьков, поэтому их активно отлавливают и развозят в зоопарки по всему миру. Обстоятельства складываются так, что животные нуждаются в специальных охранных мерах, и являются уязвимым видом, ареал обитания которых сильно ограничен и числится в красном списке МСОП (Международный союз охраны природы и природных ресурсов).

Человек приложил руку к сокращению популяции вида еще и тем, что активно занимался вырубкой лесов, осушением болот, распашкой земель под посевы, строительство городов и деревень, общее ухудшение экологической обстановки в регионе. Все это привело к вытеснению квокк с их привычных мест обитания, спокойная и безопасная жизнь для зверьков перестала быть доступна и численность пошла на спад.

Квокки также могут пострадать от своих доверчивости и любопытства по отношению к людям, поэтому власти Австралии запрещают людям с ними контактировать, грозя суровыми штрафами. К сожалению, популяризация зверька в интернете играет ему дурную службу, и все больше туристов едут, чтоб встретиться с малышами-кенгуру и сфотографироваться с ними. Места обитания квокк были объявлены заповедниками и тщательно охраняются. Остается только надеяться, что люди будут относиться также тепло и дружелюбно к эти улыбчивым и любопытным симпатягам, так же, как и они к людям.

А на этом все на сегодня. Надеюсь, что читать этот текст вам было интересно, и вы узнали чуть больше об этих удивительных созданиях из далекой Австралии. Хочется верить, что ситуация с ними разрешится в лучшую сторону, и квокки смогут спокойно жить, размножаться и радовать нас свами своей задорной улыбкой! Уверен, что среди вас не найдется никого, кто хоть раз не улыбнулся, глядя на эту милейшую зверушку.

Всем спасибо, все свободны!

А я напоминаю, что завел канал на Дзен, там постепенно будут появляться мои публикации с Пикабу (весь свежак только на Пикабу), но если вы на него подпишетесь в рамках поддержи моего творчества, то мне будет приятно!

Сегодня провела интересный эксперимент с птицами...🤔

Из птиц у меня толпа синиц и два дятла.🐦‍⬛
Кормлю синиц я уже больше двух недель семечками из кормушки, но вчера принесла еще и пень , на который насыпала специальный корм для птиц.
Там тоже в составе были семечки , и именно их синички выбрали , а остальное оставили 😁

Сегодня я насыпала семечки и в кормушку и на пень. И они прилетели их есть.
(вчерашние они уже съели отовсюду)

Сразу полетели в кормушку! Несмотря на то, что в кормушку они все сразу не помещаются и толпятся там в очереди.
На пень летят не охотно, игнорируют.

А это значит они привыкают к месту и это в голове у них закрепляется.
Значит они запоминают.
А еще это значит , что это мои синицы одни и те же.😍☺️
Которые прилетают каждый день.
И это мило. ☺️
Как вы думаете , а могут ли птицы запомнить человека, который их кормит???

Больше обо мне и моих птицах у меня на канале Матерь птиц 🐦