Драконьи страсти-6
- Первое, – я постарался, чтобы голос мой был жёстким и твёрдым, как у настоящего полководца, и говорить постарался короткими, рубленными фразами – Разделить отряд на две части. В каждой по две наги. Второе. Немедля скакать прямо на восток. По следам Кристиана. Там на дороге увидишь … увидите … В общем, на дороге стоит камень знаний. Необходимо прикоснуться к нему ладошкой. Третье. От камня знаний на северо-востоке находится склеп. Нужно спуститься туда и всё тщательно осмотреть. Может, там найдётся что-то полезное в хозяйстве. И сразу, галопом в замок! Будем думать, как обороняться.
- А как же Крэг? – в голосе Мутаре послышались нотки подозрительности, – И зачем мне в склеп? Это же жуткое место! После такого мои войска ещё долго переживать будут!
- У них снизится боевой дух! – шёпотом подсказал мне Астрал, – И сильно снизится!
- Выполнять! – рявкнул я, не удосуживаясь ответить ни одной, ни другому, – Выполнять беспрекословно! Об исполнении доложить! Всё!
Хрустальный шар погас. Я оглянулся. И Астрал и Фафнер глядели на меня и молчали. Странно глядели, сочувственно. И подозрительно молчали.
- Ну, что ещё? – спросил я с досадой.
- Видишь ли, Олег, – мягко сказал Астрал, – До этого момента никто с повелительницей так не разговаривал. М-м-м, я припоминаю, что она велела отрубить голову одному из советников только за то, что он осмелился в её присутствии возразить ей, сказав: «А, я думаю …». Теперь ему думать уже нечем. Поэтому не удивляйся, если после её возвращения окажется, что ты немножко убит. Или ещё хуже. Что ты немножко жив. Только, жив совсем-совсем немножко.
- Да, – грустно согласился с ним Фафнер, – Я бы такому повороту событий не удивился. Пойду-ка я в свою лабораторию. Наверняка госпоже, когда она будет разговаривать с Олегом, понадобится что-то вроде серной кислоты или белого фосфора. Ну, конечно не считая раскалённых щипцов и всяких других острых предметов.
И, печально качая головой синелицый вышел из комнаты.
- Что за лаборатория? – только и спросил я вслед.
- Алхимическая, – любезно ответил за него Астрал, – Разве ты не знал, что Фафнер алхимик? О! Это любопытная история! Хочешь, расскажу? Будет что вспомнить, пока будешь томиться в застенках!
- Давай! – буркнул я, – Рассказывай!
И Астрал рассказал. Выходило вот что. Этот Фафнер вовсе не такой молодой старик, каким кажется. Он очень даже старый старик! Ему больше тысячи лет! В молодости был большой озорник. Настолько большой, что вынужден был бежать из родного города, чтобы с него живого кожу не содрали. И всё равно, разъярённые горожане отправили за ним несколько отрядов погони по разным направлениям. И всё это оплатил местный градоначальник, отец юной девушки, которая … ну, неважно!
В общем, пришлось бедному Фафнеру скитаться по белу свету, порой не имея монетки на кусок хлеба. Однако же просить подаяние на улицах или рынках городов ему не позволяла гордость … и врождённая осторожность. Но, он всех убеждал, что только гордость. Приходилось идти наёмником в войска к любому, кто готов был заплатить за честную службу. Или в охрану к бродячим купцам. Там он выучился читать, писать и стал считаться весьма грамотным для своего образа жизни. Беда в том, что где бы он не появлялся, о нём немедленно появлялась слава, а вслед за славой приходили отряды того самого отца обманутой девушки. И Фафнер опять бежал куда глаза глядят. Так исходил он чуть ли не всю землю, был и в подземных пещерах, населённых безглазыми троглодитами, и в каменистых горах, через вершины которых не могут перелететь облака, задерживаясь где-то посередине, и в непроходимых болотах, где гнилостные испарения убивают не хуже вражеской стрелы, и в бескрайних пустынях, где за глоток воды можно продать или купить целое состояние … Вот там-то, в песках, он и нашёл своё счастье.
Выбиваясь из сил, изнемогая от жары, он тащился по барханам и думал, что это последний день в его жизни. До ближайшего оазиса, по его расчётам было ещё три дня, а воды уже не было ни капли. Таких пустыня не прощает. Может, через сотню лет или через тысячу, кто-то найдёт обглоданный песками до белизны скелет неудачника, а может и не найдёт никогда. Фафнер понимал бесполезность своих стараний, но несмотря ни на что, заставлял себя передвигать ноги. Много позже он как-то признался, что сбился с пути и вообще шёл не к оазису, а в другую сторону. Даже, проживи он ещё три дня, он не нашёл бы воды. По сути, он был обречён. И вот, обречённый человек, еле передвигая ноги, переползал с одного бархана на другой. И конца этому не было видно. Он падал, вставал и снова падал. К полудню он понял, что встать уже не сможет. И он пополз вперёд на четвереньках. Иногда перед его глазами вставали прекрасные дворцы, шли караваны верблюдов, плескались озёра чистой, прохладной воды, но, стоило протереть глаза, как мираж исчезал, оставляя после себя только злость и глухое раздражение в душе.
К вечеру Фафнер упал окончательно. Он ещё раз попытался встать и, даже, выбросил вперёд правую руку, чтобы уцепиться за песок. Под руку попалось что-то твёрдое.
- Камень, – равнодушно подумал Фафнер и потянул его к себе, чтобы отбросить в сторону и продолжать ползти.
Но, это был не камень. Это была зелёная, непрозрачная бутылка. На самом деле, в бутылке могло оказаться что угодно: масло, вино, какая-нибудь мазь от прыщей … Но, первой мыслью Фафнера было: «ВОДА!!!». А вода в пустыне – это жизнь.
Трудно себе представить, с каким трудом пытался сковырнуть смертельно усталый человек сургучную пробку с бутылки. Потому, что никаких подручных средств у него не было. Только руки и … зубы! И целый океан песка вокруг.
Фафнер рычал по-звериному, пытаясь открыть злополучную пробку, а та никак не поддавалась. Человек тряс бутылку, бил донышком по открытой ладони, пытался грызть сургуч зубами, в припадке отчаяния бил бутылкой по песку, ухватив её за горлышко. И ничего не получалось. Помог случай. Такой случай, который может быть только один раз в жизни. Мимо Фафнера катилось перекати-поле.
Если кто-то не знает, то перекати-поле это не особый вид растений. Это могут быть несколько разных видов растений. Главное, чтобы у них был ветвистый и тонкий стебель и растопыренные веточки. После созревания семян, такое растение отрывается от корня и катится по земле или по песку, гонимое ветром. По пути такое растение захватывает веточки, соломинки и другие части цепких растений и под конец из него получается довольно крупный ком. Вот такой ком и катился возле Фафнера.
Фафнер сумел дотянуться рукой и ухватить перекати-поле. А потом ему пришлось с полчаса лежать и набираться сил для следующего подвига. Хорошо, что был уже вечер и жара донимала не столь сильно. Едва-едва отдохнув, Фафнер сумел принять сидячую позу. А потом принялся методично обрывать хрупкие, сухие ветки с перекати-поля, оставляя более-менее твёрдый ствол. В результате у него остался кусок дерева, длиной не больше карандаша, и тоже хрупкий, но всё же твёрже веток. Фафнер уже успел изгрызть весь сургуч, но никак не мог выбить пробку. Теперь он зажал бутылку между ног и попытался проткнуть пробку внутрь бутылки своим орудием. Он понимал, что сможет это сделать только, если будет нажимать на свой кусочек дерева строго вертикально. Малейшее отклонение, и его деревяшка рассыплется в прах. Второго шанса не будет.
Фафнер закусил губу до крови и осторожно нажал деревяшкой на пробку. Сильнее, сильнее, ещё чуть-чуть, ещё капельку … Пробка поддалась! Она продвинулась вглубь на толщину иголки, но Фафнер это увидел. И удвоил усилия. Ещё, ещё … и ещё самую крошечку … Наверное, в обычных условиях, Фафнер был бы мокрым от напряжения. Но, сейчас, в пустыне, у него уже не осталось ни капли влаги для пота.
Это произошло одновременно. Хрупнула палка, пробка провалилась в бутылку и из бутылки начали валить клубы дыма.
- Не вода! – разочарованно подумал Фафнер и упал спиной на песок. Теперь ему было уже всё равно. Сил не осталось совершенно.
А между тем, дым не развеивался. Он клубился над бутылкой и, словно бы, сгущался, уплотнялся и принимал странные формы. Не прошло и минуты, как над поверженным Фафнером навис огромный джинн, неподвижно висящий над землёй, ужасный и величавый одновременно.
- Ты спас меня, – пророкотал джинн таким густым голосом, что Фафнеру показалось, что земля под ним затряслась, – Проси любое желание! Клянусь великой клятвой джиннов, что я выполню его!
- Воды!!! – что есть силы заорал Фафнер, – Я хочу воды!!!
На самом деле он только пискнул. Спёкшиеся губы не позволяли бедняге произнести ни слова.
- Я тебя не понял! – нахмурился джинн, – Повтори своё желание!
И тут Фафнера осенило. Не хочет он воды! Точнее, не так. Не воды он хочет!
Непослушными пальцами Фафнер с трудом разлепил непослушные губы и прохрипел, стараясь, чтобы слова звучали по возможности чётко:
- Я … хочу … стать … величайшим … по силе … джинном!
Астрал замолчал.
- И … что? – с замиранием сердца спросил я.
- Теперь он джинн и у него синяя кожа, – невозмутимо ответил Астрал, – Кроме того, он сделал что-то такое, ужасное, после чего его перестали искать наёмные отряды. И больше никто не брался за это, несмотря ни на какие деньги. Самое смешное в том, что он сам не верит, что он самый величайший из джиннов. Поэтому он стал заниматься алхимией, пытаясь разобраться в своей собственной природе джинна и определить её силу.
- Н-да! – сказал я и потряс головой, пытаясь выбросить из неё видения, навеянные рассказом, – Надо об этом подумать на досуге. А теперь пора делами заниматься. Дела не ждут! И сами себя не делают!
- Конечно, – легко согласился Астрал, – Занимайся пока делами. А я пойду, распоряжусь, чтобы мастерскую гремлинов улучшили. Тем более, что это недорого. Да и местного палача не мешало бы проведать. Мало ли, вдруг он пьян, а ему скоро работать?
Продолжение следует!..









