Как-то раз вечером возвращаюсь с работы на метро после очень тяжёлого дня. Вагон переполнен такими же работягами и студентами. Стою и залипаю в телефон. Через толпу протискивается и останавливается рядом со мной пожилой мужчина, видимо, дачник, в спецовке и с баулом, из которого возвышается длинная деревянная ручка какого-то садового инструмента. При каждой тряске вагона пенсионер толкает меня плечом. Наконец, терпение заканчивается, и, так как отойти в сторону возможности уже нет, я решаю обратиться к нему с просьбой быть аккуратнее. Поворачиваюсь и вижу перед собой... Нет, не известного ведущего или певца, а просто уличного аниматора из тех, что стоят на Красной площади и за деньги фотографируются с прохожими. Зелёная куртка при ближайшем рассмотрении оказывается мундиром, из нагрудного кармана которого торчит курительная трубка, баул - сумкой с одеждой и реквизитом, а то, что я сперва приняла за черенок лопаты - свернутым красным знаменем. Смотрю на его лицо с густыми черными усами, и понимаю, что это сам товарищ Сталин. Фуражка надвинута на глаза, и мужчина, похоже, досматривает уже который сон. Аккуратно бужу Иосифа Виссарионовича, и почему-то так смешно мне становится от этой ситуации, что весь остаток пути я проезжаю с улыбкой.

Стою курю, рядом незнакомый мужичок курит, весьма потрёпанный жизнью, смотрит на меня внимательно так (впервые его вижу, на зрительную память не жалуюсь).

М: Это ты, что ли, Лёха?

Я: Нет, вы ошиблись.

Самое странное в этой истории то, что я Лёха.

Работаю продавцом в магазе.

Сегодня ко мне приходил Стэн Ли.