Тож работал в нефтянке, (инженер КиП). Кувалды никто не увозил, ломы не тырили. Но, был башмак (для несведущих - бульдозерист), который собирал каждую проволочку, каждый болтик и винтик, даже огрызки электродов) Не углядел за ним, и все, хз где?) И слесарей, и дизелистов, и электриков это страшно раздражало. Дали погоняло Сорока, хотя у него рыбная фамилия)
Перевахтовка. Ночная смена уже стоит с сумками в вагонном городке по утру, кто пьет утренний чай, кто ест БПшки в беседке-курилке, мысли о доме, позитивчик. Дневные сменщики пошли на пару часов поработать на буровую, ждем.
Смотрим - башмак выходит, еле тащит две сумки, ставит, уходит в свой вагон (не особо в свободное время он с остальной буровой бригадой общался😁)
Слесарь мне - рация с собой?)
-Конечно, до полной пересменки
Берет: -Серега- дизелист! (имя изменено)
-На связи!
-Как ты и говорил вчера, шоколадка к чаю еще нужна, принесешь? В слесарке забыл
-Ок, сейчас) произносит веселый голос
Приходит дизелист, с не так давно замененным траком, от того самого бульдозера, кладет в сумку башмака с металлом. Смена стоит в предвкушении)))
На звук выбегает башмак - хватает одну сумку помогаем закинуть. Хватает весело вторую с траком, сумка как прибитая - на месте, а ручки от сумки остаются у него в руке)
Буровая вышка видна издалека, но сама по себе почти ничего не делает. Под ней работает связка из насосов, лебёдок, привода и защитных систем: она помогает пройти скважину на несколько километров, вынести породу и удержать стенки ствола.
Буровая вышка видна издалека, но сама по себе почти ничего не делает. Под ней работает связка из насосов, лебёдок, привода и защитных систем: она помогает пройти скважину на несколько километров, вынести породу и удержать стенки ствола.
Из чего состоит буровая установка
Буровая состоит из нескольких узлов, у каждого своя работа – убрать любой, и бурение встанет.
вышка – держит на весу бурильную колонну, иногда сотни тонн труб; через неё колонну спускают в скважину и поднимают обратно;
талевая система (кронблок, талевый блок, крюк) – полиспаст, который распределяет этот вес, чтобы лебёдка поднимала колонну, а канат не рвался под нагрузкой;
лебёдка – поднимает и опускает колонну: наматывает канат, спускает и достаёт трубы;
ротор или верхний привод – то, что вращает колонну с долотом. Ротор крутит её снизу, у стола; верхний привод крутит её сверху – это современный стандарт: быстрее, безопаснее, меньше ручных операций;
буровые насосы – гонят буровой раствор вниз по трубам под давлением в сотни атмосфер;
циркуляционная система – желоба, ёмкости и вибросита, где раствор очищается от породы и идёт на второй круг;
силовой блок – дизели или электродвигатели, которые приводят в действие лебёдку, насосы и привод;
превентор – противовыбросовое устройство на устье. Пока всё спокойно, о нём не вспоминают. Но если из пласта внезапно пойдёт нефть или газ под давлением, именно превентор закроет скважину и не даст случиться фонтану.
Как это работает
На словах принцип простой, на деле – нет. К нижнему концу бурильной колонны крепят долото – массивную «коронку» с твёрдосплавными или алмазными зубьями. Колонну опускают в скважину и вращают: ротором снизу или верхним приводом сверху. Долото давит на породу и крошит её.
Чтобы долото не перегрелось, а ствол не забился крошкой, внутрь труб под давлением подают буровой раствор. Он выходит через отверстия в долоте, подхватывает выбуренную породу и выносит её наверх – по кольцевому зазору между трубой и стенкой скважины. На поверхности раствор чистят и отправляют вниз заново.
Чем глубже уходит долото, тем длиннее нужна колонна. Поэтому бурение то и дело останавливают и наращивают трубы – привинчивают новую секцию. А когда долото стачивается (а стачивается оно быстро – порода твёрдая), всю колонну поднимают целиком, меняют долото и спускают обратно. Эту операцию – спуск и подъём – на буровой зовут СПО, и на большой глубине она может занимать сутки.
Буровой раствор – почему инженеры считают его главным
Если спросить, что на буровой самое важное, многие покажут на вышку. Инженеры показали бы на раствор.
У бурового раствора (буровики зовут его промывочной жидкостью; составы бывают на воде, нефти и синтетике) сразу несколько задач:
выносит выбуренную породу наверх – без этого ствол забьётся за минуты;
охлаждает и смазывает долото;
своим давлением держит стенки скважины и не даёт пласту выбросить нефть или газ раньше времени;
оставляет на стенках тонкую корку, которая защищает их от размывания.
Состав подбирают под конкретный пласт – это отдельная инженерная профессия. Ошибка в рецептуре обходится дороже, чем поломка железа: скважину придётся глушить или проходить заново.
Какие бывают буровые установки
Единой «буровой» не существует – под каждую задачу свой класс. Делят их по нескольким признакам.
по приводу: дизельные (где нет сети – в поле, в тайге) и электрические (на обустроенных площадках с ЛЭП);
по мобильности: стационарные, которые монтируют надолго, и мобильные – на шасси грузовика или на салазках, их перевозят с точки на точку;
по назначению: разведочные, эксплуатационные, для капитального ремонта скважин, морские (на платформах и буровых судах).
Мощность установки меряют в лошадиных силах и по глубине, на которую она рассчитана. Тяжёлые эшелонные комплексы добираются до 3000 л.с. и бурят на несколько километров.
Насколько глубоко бурят
Самый частый вопрос про буровую – на какую глубину она берёт. Ответ зависит от того, что считать.
Рекорд по вертикали держит Кольская сверхглубокая – 12 262 метра. Её бурили с 1970 года ради науки, а не нефти, и в 1991-м занесли в Книгу рекордов Гиннесса как самую глубокую скважину в мире. Он не побит до сих пор.
У нефтяников логика другая: им важна не вертикаль, а длина ствола. Рекордсмены здесь – скважины сахалинского проекта «Чайво»: одна из них, Z-44, в 2017 году дотянулась почти до 15 километров. При этом нефть залегает всего примерно в километре под морским дном – ствол уходит почти горизонтально, чтобы добраться до залежи вдали от берега и не ставить в море новую платформу.
Разница показательна. Уйти вертикально вглубь – одна задача. Увести ствол на 15 км в сторону и попасть в пласт толщиной в десятки метров – совсем другая. Современное бурение всё чаще про вторую.
Кто работает на буровой и куда идёт профессия
Буровая – это вахта и команда. На одной установке работают буровой мастер, бурильщик с помощниками, инженеры по растворам и по долотам, механики, электрики, супервайзер от заказчика. Смены идут круглосуточно: скважину нельзя «поставить на паузу» на ночь.
Профессия давно перестала быть только про физическую силу. Современная буровая набита датчиками: нагрузку на долото, давление раствора, скорость проходки видят в реальном времени – часто удалённо, в центре управления за сотни километров. Появились установки, где наращивание и спуск-подъём труб берёт на себя автоматика: там, где раньше трубы ворочали вручную, теперь работает механика, а человек управляет и следит.
Меняются и требования к людям. Нужны не только буровики старой школы, но и инженеры, понимающие и железо, и данные: специалисты по автоматизации, по цифровым моделям пласта, по телеметрии. За таких людей нефтяная отрасль давно конкурирует с IT – и по задачам, и по условиям.
FAQ
Из чего состоит буровая установка? Из вышки, талевой системы, лебёдки, ротора или верхнего привода, буровых насосов, циркуляционной системы, силового блока и превентора. Вышка – самая заметная часть, но не главная: основную работу делают лебёдка, насосы и буровой раствор.
Как работает буровая установка для скважин? Долото на бурильной колонне вращается и крошит породу, буровой раствор выносит крошку наверх и держит стенки. По мере углубления колонну наращивают, а стёртое долото поднимают и меняют.
На какую глубину бурят скважины? Обычные нефтяные скважины – это километры. Рекорд по вертикали – 12 262 м (Кольская сверхглубокая), по длине ствола – 15 км (Z-44 Чайво на Сахалине).
Зачем нужен буровой раствор? Он выносит породу, охлаждает долото, держит давление и укрепляет стенки скважины. Без него бурение невозможно.
Сколько человек работает на буровой? Вахтовая бригада – от нескольких до пары десятков человек в смену. Работа круглосуточная, посменная.
Дело было в какую-то зимнюю пятницу, на улице дубак, вечер, смотрю на часы и понимаю, через 2.5 часа я буду дома пить чай и ужинать. Звонок на мой смартфон - тесть. С тестем мы звонимся крайне редко. Говорю, "алло". Тесть отвечает: "Данил, помощь нужна, кроме тебя некого просить. Нам срочно нужно две взрывозащищенные камеры поставить в кочегарку на бригаде бурения".
Ну, я в ступоре, ведь на бригадах по бурению я никогда не был и даже знать не знаю, что такое "кочегарка". Говорю, а ехать то куда? "В Ханты"- отвечает тесть. Ну раз тесть просит, надо делать, значит дело серьезное. Перетерев несколько деталей, тесть привозит 2 взрывозащищенные камеры и говорит, надо наверное настроить, когда будешь готов к выезду? К тому времени я уже договорился со своим специалистом, что он поедет со мной, на буровые смотреть, не за бесплатно конечно.
Отвечаю, ну через 2 часа будем готовы. Тесть говорит, ну тогда уазик белый за вами подъедет через 2 часа. Приношу камеры в кабинет, думаю, пффф, 100 раз их настраивал, и эти настроим. Каково было моё удивление, когда я понял, что с завода эти камеры даже не собраны, провода в корпусе торчат вне своих фишек. Думаю, ладно, надо провода в фишки повставлять и дело в шляпе. Но когда я увидел 10 фишек и 10 абсолютно одинакового цвета проводов, я был ошеломлён.
Хуяк, а 2 часа уже пролетело, уазик стоит "тарабанит", ведь на улице -34 градуса(тепло), а мы всё еще не можем решить задачу с одной камерой, а их - ДВЕ. Кое как я разобрался с распиновкой этих проводов, камеры включились, предварительно настроились, и вот мы уже собранные идем грузиться в уазик.
Садимся назад, так как спереди сидит механик РММ, здороваемся с мужиками, и едем. Ехать 500 км до месторождения - примерно 7-8 часов пути не спеша. Через 15 минут я понимаю, что у меня просто дубеет левая нога и в принципе левая часть тела. Салон вроде и обогревается, но только спереди. Через 100 километров мы поняли что мы не вывозим этот движ, одеваем зимнюю спецодежду и едем дальше. Приезжаем уже под утро.
Немного отступая назад, на данном месторождении я был ни раз, но был только в бригадах КРС, т.к. я работаю в компании КРС. КРС - капитальный ремонт скважин, если кто-то не в курсе. Соответственно я знал и место въезда и место выезда и даже взял с собой пропуск и все дополнительные документы, чтобы не было проблем с въездом.
Гляжу, а уазик поехал дальше поста въезда. С непониманием ситуации, спрашиваю водителя, а мы куда едем? пост позади. Водитель отвечает, а мы не через пост, на уазик пропуска нет :). В общем останавливаемся около обочины, водила берет лопату и начинает откапывать место въезда. В принципе штатная ситуация, как я понял. Проезжаем, опять водитель выходит, берет лопату и закидывает снег обратно, "как будто так и было". Заезжаем в бригаду. Выгружаемся, дубак где то -36 градусов, свежо.
Буровая скважина утром
Следующая наша миссия - найти мастера бригады. По факту, мастер бригады это, грубо-говоря начальник, прораб, можете называть как хотите, самое главное лицо в бригаде. Чтобы вы понимали как выглядит бригада. В ряд стоят жилые и рабочие вагоны, а через 100 метров нефтяная скважина. Ходим, ищем вагон мастера, заходим - никого. Думаем, ну пойдем покурим, че делать.
Ищем курилку, выглядит она как завешанный шалаш. Покурили, идем обратно, мастера нет. Ну, значит, думаю, ждемс. Появляется мастер, рассказывает нам технику безопасности под роспись, показывает пальцем: вот от туда, с "кочегарки", вот туда, на пульт бурильщика. Я говорю в смысле? прям на скважину лезть? -Ну да, а как ты думал? Ладно, сказано - сделано, поднимаемся на пульт бурильщика, оцениваем метраж до "кочегарок", их 2 штуки. Думаем, ну делов то немного. На пульте мастера стоит мини ПК с большим POE-коммутатором, от него и будем плясать. Но проблема была в том, что мини ПК не работал, он перестал видеть SSD. То ли дело было в морозе, то ли даже не знаю. Понесли мини ПК в ближайший от нас рабочий вагон, разобрали, отогрели SSD, вставили обратно, всё запустилось. Пошли в кочегарку, говорю я напарнику.
Заходим в кочегарку, внутри сидит человек, у него только стул и стол, на котором чайник. Вот и всё рабочее место. Зайдя внутрь, смотрим куда ставить камеру. А внутри, чтоб вы понимали, градусов 45-50 тепла, если не больше, находиться в спецодежде просто нереально, дышать нечем. А я смотрю на этого кочегара и представляю, что он всю вахту сидит здесь и следит за датчиками, сдохнуть можно от такой работы.
Напарник достает камеру, я достаю шуруповерт и начинаем цеплять камеру к стене кочегарки. Буквально через 10 минут я понимаю, что просто не могу тут находиться, предлагаю напарнику снимать спецодежду. Сняли, а без нее ни сколько не легче. Напарник не долго думая снимает всё с себя кроме подштанников, я повторяю то же самое. Просто насквозь мокрые от пота, прикручиваем камеру. Я представляю эту картину глазами любого другого человека, который открывает дверь и видит двух полуголых мужиков и кочегара, который так и не сдвинулся со своего стула - ему нельзя.
Прикрутив камеру, началось самое интересное. Витая пара которая была у нас с собой, оказалось крайне мягкой, ты вроде ее ровняешь, а в rj-45 она не заходит и всё, сгибается. Кое-как с 5-6 раза обжимаем и начинаем тянуть провод к пульту бурильщика, сугробы по шею примерно, мороз.
Отогрев устья, всё парит - кайф
Поднялись на пульт бурильщика и столкнулись теперь еще с новой проблемой. Мягкая витая пара на морозе настолько задубела, что начала ломаться, а всё делается голыми руками без перчаток и на высоте - кайф. В принципе всё прошло хорошо, с задачей мы справились, правда заняло это намного больше времени чем мы планировали. Планировали 2-3 часа, по факту получилось 6 часов, потому что попутно мы еще реанимировали 2 камеры на устье скважины.
Скважина вечером
Буровая ночью
Жилой городок ночью
Пошли покушали в столовую буровой, оказывается у каждой буровой бригады есть своя столовая с поварами. У нас в КРС готовят каждый сам себе, а тут такой сервис. Единственное, что связи совершенно нет, а так полный социальный пакет.
А еще для офисного планктона обнаружилась прикольная фича — туалет с подогревом. Раньше я слышал о таком и представлял себе либо капитальный вагон с туалетами, либо обогреваемый со всех сторон обычный сельский. Реальность оказалась проще и абсурднее: обычный сельский туалет, а греет его конвекторный обогреватель, включённый в сетевой фильтр на 40-метровом удлинителе.
Вот так мы съездили на установку камер на буровую бригаду. Камеры работают до сих пор. А я до сих пор вспоминаю тот уазик и вздрагиваю.
Это моя первая история на Пикабу. Если зайдёт — расскажу еще, работа у нас очень насыщенная и интересная. Так что, увидимся.
