Меры не зная, чеснок он, и лук добавляет, и перец
Чёрный и красный союзно, и хлеба для вязкости пущей.
Сверху же всё поливает он соком из яблок Эриды
И до восшествия чёрного дыма их жарит на пламени ярком.
После стряпню остужает он хладным дыханьем Борея,
Скупость отринув, её умащает он соусом галльским.
А как настанет для пиршества отчего должное время,
Ложкой по днищу жаровни грохочет он, как громовержец.
Пот с многомудрого лба своего вытирает украдкой,
Да произносит он имя Зевесово в благоговеньи.
Жаждет порой и со мною отец поделиться похлёбкой,
Но не найдётся во мне и толики от смелости нужной.
Стоит ли молвить, сколь ветер от трапезы отчей неистов?
Смрада не выдержав, ткани послушно от стен отступают.

Что-то подобное попадалось и раньше, но там автор не вполне смог в гекзаметр) И немного скульптуры по мотивам: