Злодеи на службе у государства⁠⁠

Государственный инспектор по вопросам семьи нажал на пластиковую кнопку и потянулся к лотку с делами. Дверь скрипнула, и из-за неё высунулась женская голова.

– Можно? – робко спросила девушка.

– Проходите, присаживайтесь.

Девушка боком протиснулась в дверь, прикрыла её за собой и присела на край стула рядом с единственным столом. За это время инспектор успел пробежаться взглядом по делу, после чего, когда девушка устраивала сумочку на коленях поудобнее, поднял глаза от листа бумаги:

– Гражданка Смирнова Татьяна Евгеньевна, дело номер сто пятьдесят три – шестьсот восемнадцать – семнадцать. Всё верно?

– Да-да, это я, – девушка засуетилась, доставая из сумочки пластиковую папку с логотипом МФЦ.

– Паспорт, – инспектор требовательно протянул руку.

– Вот, пожалуйста, – документ перешёл из рук в руки.

Госинспектор сверил данные с теми, что были у него в деле, поднял паспорт и стал придирчиво сравнивать фотографию с лицом девушки. Конечно же, в реальности она отличалась от той двадцатилетней, что смотрела с фотографии: появились небольшие круги под глазами, упрямая складка на лбу, но волосы стали длиннее и явно ухоженнее, в ушах висели небольшие серьги с настоящими брильянтами, пусть и мелкими. Инспектор пролистал паспорт до графы с детьми:

– Свидетельство о рождении ребёнка?

Руки девушки метнулись к папке:

– Вот свидетельство о рождении, вот свидетельство о браке, а вот, – тут она издала тяжёлый вздох, – свидетельство о смерти мужа.

– Умгум, – произнёс инспектор и начал вновь придирчиво сверять имена, даты и номера. Через некоторое он попросил: – Расскажите о ваших притязаниях.

– Мой муж Никита, – девушка снова издала вздох, – умер. Я похоронила его и пошла к нотариусу, чтобы открыть наследственное дело. Но, пока я собирала все документы, мне пришло уведомление о том, что нотариус остановил моё дело, а мне предписано явиться к вам.

Госинспектор поморщился:

– Спасибо, я в курсе, как работает Комитет по вопросам семьи. Между прочим, о новом постановлении говорили по всем каналам.

– Я мужа хоронила! – Девушка поджала губы, но вдруг резко опустила голову и разрыдалась, прикрыв лицо руками. – У меня же ещё дочь есть! Ей семь!

Инспектор повернулся к кулеру, налил воды в пластиковый стаканчик и с невозмутимым лицом отдал его девушке.

– Приношу вам свои извинения. Прошу, выпейте воды.

Пока девушка пила воду и вытирала платком лицо, инспектор тактично отвернулся к окну.

– В общем, – тихо, но уверенно продолжила девушка через какое-то время, отложив платок на край стола, – я, как вы выразились, претендую на нашу квартиру и три счёта в разных банках. Мы с Настенькой единственные наследники.

– С этого и надо было начинать, – себе под нос пробормотал госинспектор и громче и быстрее продолжил, видя, что девушка хочет что-то сказать: – Нотариус передал наследственное дело с выпиской из домовой книги, выписками счетов и прочими документами. Я их изучил и не вижу никаких расхождений.

Девушка облегчённо выдохнула. Но инспектор продолжил:

– Осталась последняя процедура.

– Какая? – спросила девушка, глядя на руку инспектора, которая тянулась к телефону.

– Не переживайте, она абсолютно формальна, – пробормотал госинспектор, набирая номер. – Глеб Трофимович? Да. Да. Дело…

– Смирнова, дело номер сто пятьдесят три – шестьсот восемнадцать – семнадцать, – шёпотом подсказала девушка.

– Смирновой со шестьсот восемнадцатым делом. Ага. Давай, жду.

Трубка бздынькнула, когда её положили. От этого звука девушка чуть вздрогнула.

– Сейчас придёт наш специалист по работе с населением.

– Сколько мне нужно будет ждать? – девушка заметно напряглась. – Месяц, как всегда, в наших структурах?

– Буквально пять минут. Посмотрит на вас, поставит свою печать, и вы…

Госинспектора прервал стук в дверь, после чего она резко открылась. Вошёл мрачный мужик лет тридцати пяти под два метра ростом. Он был одет в чёрную рубашку с закатанными по локоть рукавами. На руках виднелись старые татуировки, на которых можно было встретить всё – от глаза Гора до таинственной надписи «Ёжик». Мужик прикрыл за собой дверь и остановился. Места в кабинете больше не было.

Девушка издала нервный смешок и повернулась к инспектору:

– И это специалист по работе с населением?

– Колдун я, – тяжёлый бас доносился откуда-то из лопатообразной бороды, – в шестом поколении.

– А чего не в седьмом?

– Сложилось так, – отрезал специалист, засовывая руки в карманы брюк. На его пальцах отчаянно блестели три разных кольца в лучах весеннего солнца. А потом угрюмо добавил: – Исторически.

В кабинете повисла тишина. Лишь госинспектор что-то писал на листе бумаги. Девушка пыталась сохранить самообладание, а специалист по работе с населением смотрел на неё немигающим тяжёлым взглядом.

– Илья Алексеич, давайте дело. – Специалист протянул свою ладонь. Стандартная папка выглядела в ней как пачка сигарет. Специалист достал вторую руку, держа в ней печать. Раскрыв дело на последней странице прямо так, специалист ещё раз посмотрел на девушку, кивнул своим мыслям и приложил печать: – Отказать.

– Но… почему?! – девушка вскочила с явным намерением броситься с кулаками, но разумно осталась стоять. – Я все документы собрала! У меня дочка! Я же не работала с того времени, как забеременела! Чем мне нас прокормить?!

– И правда, Глеб Трофимович, поясните свою резолюцию, – инспектор склонился над исписанным листом бумаги в тщетной попытке скрыть улыбку.

– Выписки из банков мне твои не нравятся, дорогуша. Со свидетельством о смерти они не бьются.

Девушка рухнула на стул, пытаясь осознать сказанное. А специалист продолжал:

– Дата свидетельства не бьётся с датами выписок. – Все недоумённо посмотрели на специалиста, и ему пришлось пояснить: – Выписки получены раньше, чем свидетельство о смерти.

– Как же они биться между собой не будут, если я свидетельство о смерти только после похорон получила. – Девушка в отчаянье приложила руки к лицу и пробормотала: – Какой-то сюр, Господи…

– Выписки получены на следующий день после смерти. Эти даты не бьются.

Госинспектор достал из дела все документы, сравнил даты и хмыкнул.

– А выписка из домовой книги только на второй день после смерти мужа получена, – продолжил специалист. – Впрочем, всякое бывает, согласен. Но что ж ты про дочку от первого брака не заявила? Наследница она единственная, ага. Так что моя резолюция такова: оставить тебе квартиру и счёт на шестьдесят тысяч. Остальное – другим родственникам ушедшего.

– Ловко, – тихо прошептала девушка, отнимая руки от лица.

– Вообще-то, я могу ещё штук пять таких несостыковок найти, но есть аргумент помощнее. Дай платок!

От резкого окрика девушка схватила платок со стола и протянула его специалисту. Он аккуратно взял ткань и помял её.

– Сухой.

– И что?

– Кто ж сухими слезами пытается государственного инспектора разжалобить? Настоящий чёрный маг всегда истинное горе чует.

Навеяно постом: https://vk.com/wall-98619427_132775