«Забытая» победа Суворова: бой у Крупчиц⁠⁠

В советских учебниках истории фигура Александра Васильевича Суворова всегда превозносилась, но с одной маленькой поправкой. Детям охотно рассказывали, как он гонял турок при Рымнике и французов в Альпах, но молчали о том, что он делал в 1794 году в Польше. Оно и понятно: в СССР царила «дружба народов», а именем Тадеуша Костюшко — главного польского бунтаря — называли улицы в советских городах. Но историю не перепишешь, и эта страница биографии Суворова, пожалуй, одна из самых показательных в плане его гения.

К концу XVIII века Речь Посполитая представляла собой печальное зрелище. Некогда мощная держава впала в политический маразм. Шляхта грызлась между собой, король ничего не решал, а соседи смотрели на эту территорию как на бесхозный пирог. В итоге начались разделы, на что поляки в 1794 году отреагировали масштабным восстанием под началом Костюшко.

Поначалу у них даже получалось. Русские гарнизоны, расслабленные и не ожидавшие удара в спину, были частью перебиты, частью вытеснены. Повстанцы уже начали праздновать победу, надеясь, что Россия занята войной с турками. Но они не учли одного нюанса: турецкий султан, ещё не отошедший от прошлых встреч с Суворовым, воевать отказался наотрез. И тогда Екатерина II отправила Суворова в Польшу.

Александр Васильевич не стал составлять планов и проводить совещаний. Он просто взял свой корпус и пошёл. И как пошёл! Его солдаты проходили по 60 километров в сутки. Для пехоты того времени это скорость курьерского поезда. За 20 дней они пролетели 560 верст (600 км), сметая по дороге мелкие польские заслоны. Главной целью был Брест. Дорогу к нему прикрывал генерал Кароль Сераковский с отборным отрядом. Польский командующий занял позицию у Крупчицкого монастыря, которую считал неприступной. И формально он был прав: перед ним текла речка Тростяница. Обычно это был ручеек, который курица вброд перейдет, но дожди превратили её в болото шириной в полторы сотни метров. С флангов — непроходимые топи. На холмах — артиллерия. Можно сидеть и ждать, пока русские увязнут в грязи.

17 сентября 1794 года Суворов подошел к Крупчицам. И тут случилось странное. Суворов, обычно прекрасно знавший всё о противнике, в этот раз ошибся в расчетах. Он полагал, что у Сераковского тысяч 16, а то и 20 солдат. На деле же у поляка было едва ли 4-5 тысяч. Но Суворов, даже думая, что враг превосходит его втрое, все равно решил атаковать. Сераковский уже ждал лобовой атаки через болото, где его пушки перемешали бы суворовских «чудо-богатырей» с тиной. И Суворов действительно начал демонстрацию в центре. Русская артиллерия открыла беглый огонь, егеря полезли в воду, создавая видимость, что сейчас будут прорываться напролом.

Поляки купились. Все внимание они сосредоточили на переправе, гадая, дойдут русские до берега или нет. А в это время Суворов провернул свой любимый трюк. Он отправил кавалерию в глубокий обход. Генерал Исленьев с юга, генерал Шевич с севера — они нашли проходы там, где их «не было», и внезапно нарисовались на флангах и в тылу у поляков.

Когда Сераковский понял, что его надёжная позиция превратилась в мышеловку, было поздно. Русские гренадеры, которые под шумок все-таки форсировали «непроходимое» болото, уже разбирали польские редуты, а с тыла накатывала казачья лава. Польский генерал мгновенно растерял весь боевой задор и принял единственное верное решение — бежать. Его отряд развалился на отдельные группы. Кто-то остался лежать у монастыря, кто-то разбежался по лесам, кто-то (самые удачливые) успел уйти к Бресту. Суворов, кстати, не стал устраивать тотальную зачистку и гнать их до изнеможения. Он дал своим солдатам отдохнуть. После такого марша и боя в болоте людям нужно было перевести дух. Но уже через два дня он догнал остатки корпуса Сераковского под Брестом и там уже окончательно закрыл вопрос. Дорога на Варшаву была свободна.

***********************
А ещё у меня есть канал в Телеграм с лонгридами, анонсами и историческим контентом.