Воля богов⁠⁠

Глава 3

— Какой великолепный городок! Хоть бы навсегда здесь
остаться — словно попала в сказку, — вслух размышляла Адель, замедляя ход
автомобиля, чтобы рассмотреть резные ставни домов, увитых плющом. Солнце играло
в витражах церкви, а на площади фонтан плескался, будто вторя её восхищённому
вздоху. — Вот только местный дракон, говорят, большой и наглый, — добавила она,
будто подводя итог. Но куда сильнее манил девушку лес на окраине — древний,
бескрайний, с кронами, сплетёнными в изумрудный свод. "Пройтись бы по тропам,
вдохнуть запах мха... Может, даже увидеть оленя?"
— Я бы на вашем месте туда не совался, — раздался за спиной
низкий бархатный голос, словно ветер, зашелестевший листьями.
Адель дёрнулась, обернулась — и застыла. Перед ней стоял он.
Тот самый дракон в человечьем обличье, о котором шептался бармен Олли. Его
серебристые волны волос отсвечивали платиной, а в зелёных глазах, словно в
лесных озёрах, плескалась опасная глубина.
— Это вы? Следите за мной? — выпалила она, стараясь скрыть
дрожь в голосе за напускной дерзостью.
— Помилуйте, — мужчина усмехнулся, поправляя прядь,
выбившуюся из-за уха. — Вы не настолько важная особа, чтобы тратить на вас
время. Это мое место. Здесь я... перезагружаюсь.
— А почему в лес нельзя? — не отступала Адель, подбоченясь.
Её тёмные кудри взъерошились от ветра, будто встав на защиту хозяйки.
Джеймс замер. Взгляд его, острый как клинок, скользнул по
густой чащобе за её спиной.
— Там легко заблудиться. Навсегда, — произнёс он, делая
паузу между словами, будто расставляя силки.
— Звучит как угроза. Но если со мной что случится — меня
станут искать, — парировала Адель, вскинув подбородок.
— Вот и славно. Не сунетесь — не придётся, — он оскалился,
обнажив идеально ровные зубы, которые могли бы сойти за рекламу
стоматологии.
— Простите за ту сцену в баре, — внезапно сменила тему
Адель, покраснев, как маков цвет. — Решила, вы хотели записаться на конкурс
талантов...
— Не извиняйтесь. Вы меня удивили, — перебил он, скрестив
руки на груди. Рукава рубашки напряглись, выдавая рельеф мышц.
— Чем? — она прищурилась.
— Вы — первая, кто не расплылся в сладкой улыбке при виде
моей физиономии, а храбро вцепился в очередь, как котёнок в когтистую
занавеску. Будь вы посговорчивее — не заметил бы.
Щёки Адель вспыхнули малиновым цветом, но она тут же
замаскировала смущение язвинкой:
— Может, вы просто не впечатляете? Вам бы в отцы мне
годиться, — брякнула она, тыча пальцем в его виски с сединой, будто отмечая
метки времени.
Джеймс медленно повернул голову, будто услышав скрип
несмазанных шестерёнок.
— Прошу прощения? — его голос стал тише, отчего —
опаснее.
— Ой, я не хотела... Просто седина... — залепетала Адель,
вдруг осознав, что перешла невидимую черту.
— Внешность обманчива, — процедил он, закусив губу так, что
на миг обнажился острый клык. — Тридцать пять.
— Ого! Вам точно не дашь меньше пятидесяти! — Адель хлопнула
в ладоши, будто обнаружила спрятанный клад.
Джеймс швырнул на землю сорванный тюльпан (откуда он взялся
— загадка), развернулся и зашагал к «Мерседесу» так, будто каждый его шаг давил
на муравейник. Его спина излучала ярость затравленного зверя.
— Проклятый Рак... — прошипел он себе под нос.
— Уже уходите? — донеслось вслед.
— Да! Нам, старикам, по расписанию: ужин в четыре, сон до
восьми, потом бродить по дому и ворчать на молодежь! — рявкнул он, хлопнув
дверцей так, что эхо прокатилось по площади. — Добро пожаловать в
Парадайз!
Когда машина скрылась за поворотом, Адель рухнула на
придорожную скамью, давясь смехом.
— Ох, давно так не веселилась! — выдохнула она, потирая бок,
где смех сдавил рёбра. Но внезапно в груди кольнуло — остро, как укол шприца.
"Странно... Наверное, переутомилась", — махнула она рукой, будто
отгоняя назойливую муху.
---
Тем временем Джеймс ввалился в «Бар у Олли»
— Ты точно умираешь? — прищурился бармен Олли, полируя бокал
с усердием алхимика. — Румянец, улыбка... Похож на жениха на девичнике.
— Это стыд, — рыкнул Джеймс, сжимая стакан так, что стекло
запищало. —От той... выскочки из очереди.
— Ох, да забудь! Она же приезжая. Побудет недельку — и
свалит. Не трогай ты её.
Джеймс опрокинул виски одним глотком. Жидкость обожгла
горло, но не смогла потушить огонь в глазах.
— Знаешь, из тебя выйдет отличная пиньята на моих поминках,
— прошипел он, внезапно нависнув над стойкой, как грозовая туча.
Олли отпрянул, уронив тряпку в лужу пива.
— Шучу, дружище! Налей лучше «Чёрную розу». С двойной
порцией адреналина... для клиента.
---
Адель тем временем ковыряла вилкой салат в уютной кофейне «У
Белки», где стены украшали чучела лесных зверушек. Аппетит пропал — будто
проглотила камень. С трудом проглотив пару кусочков, она побрела в отель, где
её комната пахла лавандой и старым паркетом.
Сон настиг её мгновенно.И он был иным. Голос, похожий на
раскат грома,но всё-таки более обеспокоенный, более не безразличный чем раньше
громыхал в темноте, обволакивая со всех сторон:
— Последний шанс... Усвой урок человечности, дитя... Не
справишься — растворишься в Пустоте.
Она пыталась крикнуть, чтобы голос наконец услышал её, дал
возможность задать все накопившиеся за годы вопросы. Но язык прилип к гортани.
Тело обливалось ледяным потом, пальцы впились в простыни, как когти в скалу...
Где-то вдали, на границе города и леса
сквозь туман, мерцал силуэт человека окутанный синим пламенем.Он наблюдает, за
началом конца истории, которая как силуэту казалось уже не завершится никогда.