"Церковь" против Церкви
И будет «угнетать святых Всевышнего». Сделало ли это папство? История средневекового преследования является ошеломляющей, и нам страшно входить в детали. Но для лучшего представления тех черных дней необходимо вспомнить некоторые печальные эпизоды. Комментируя пророчество о том, что малый рог будет «угнетать святых Всевышнего» Барнс отмечает в своих комментариях на Даниила 7:25: «Может ли кто сомневаться в этой правде о папстве? — Инквизиции, преследования вальденсев, опустошения герцогства Альбы, пожар Смитфелда, казни в Гоа… В действительности, всю историю папства можно считать доказательством того, что все это применимо именно к этой силе. Если кто-то и «угнетал святых Всевышнего», если кто-то и мог истреблять их с лица земли настолько, чтобы Евангельская истина была стерта, то это было достигнуто папским преследованием. В 1208 году папа Иннокентий III организовал против вальденсев и альбигойцев крестовый поход, в котором погибло около миллиона человек. С момента учреждения ордена иезуитов (с 1540 по 1580 гг.) было истреблено около 900 тысяч человек. 150 тысяч были уничтожены в течение всего лишь 30 лет в инквизициях. За 38 лет от указа Карла V, изданного против протестантов, и до Соглашения мира, заключенного в замке Камбрес в 1559 году, тысячи людей в Нижних странах были повешены, обезглавлены, сожжены и заживо закопаны, будучи обвиненными в преступлении ереси. 18 тысяч пали от рук палачей в течение пяти с половиной лет, во время правления герцога Альбы. Воистину, самое простое ознакомление с историей папства может убедить кого угодно: сказанное ранее — «будет вести брань со святыми» (21 текст) и «будет угнетать святых Всевышнего» (25 текст) — прямо применимо к этой силе и точно описывает ее историю». (Albert Barnes — Комментарии на Даниила, стр.328)
Чтобы уклониться от силы этих дискредитирующих свидетельств из всей истории, паписты отрицают то, что церковь когда-либо кого-либо преследовала; это делала светская власть; церковь только решала вопрос ереси, а затем передавала виновных гражданской власти, которая поступала с ними по своему произволу. Нечестивое лицемерие этого притязания достаточно очевидно, чтобы оно стало абсолютным оскорблением здравому уму. Чем была светская власть во время тех преследований? — Просто орудием в руках церкви, и под ее руководством она выполняла все кровавые повеления. И когда церковь предавала арестованных в руки истязателей, то издевательски, по-дьявольски употребляли формулу: «Предаем тебя в руки гражданского трибунала, но будем просить с неотступностью о смягчении приговора, чтобы не проливали твою кровь и чтобы твоя жизнь не подверглась опасности». (Michael Geddes — «Взгляд на Двор инквизиции в Португалии», m.I, стр.408; Philip Limborch — История инквизиции, т. 2, стр.289)
Потом, как и следовало ожидать, несчастные жертвы папства немедленно были казнены.
В связи с этим свидетельство Лепицера отмечает: «Гражданские власти могут карать за неверие таким образом и в той мере, насколько компетентные религиозные вожди могут оценить размер вины каждой конкретной жертвы. Но когда церковь находит признаки неверия (имеется в виду неверие ей и ее канонам), она сама выносит смертный приговор, хотя и оставляет приведение в исполнение этого приговора гражданской власти». (Alexius М. Lepicier — Стабильность и прогресс догм, стр. 195)
Ложные претензии некоторых католиков, что церковь никогда не уничтожала диссидентов, были окончательно опровергнуты одним из писателей-референтов кардиналом Белармине, который родился в 1542 году в Тоскании, И после своей смерти в 1621 году чуть было не был введен в реестр святых за услуги, оказанные церкви. Этот человек в одном из диспутов, в разгаре спора, открыл неопровержимые факты в этом деле. Когда Лютер сказал, что церковь (он имел и виду настоящую Божью церковь) никогда не сжигала еретиков, Белармине, подразумевая, что речь идет о Римско-католической церкви, сказал: «Этот аргумент доказывает не сентиментальность, но скорее неосведомленность или наглость Лютера, потому что почти неисчислимое количество было сожжено или приговорено к смерти другим образом. Лютер или не знал этого и был в неведении, или если он знал, то его можно обвинить в наглости и лжи, так как то, что еретики сжигались церковью, можно доказать, приведя всего несколько примеров из многих». (John Dowling — История романизма, стр.547)
Альфред Бодриларт, ректор католического института в Париже, говорит об отношении церкви к ереси следующее:
«Когда церковь встретилась с ересью, она не удовлетворилась только силой убеждения; аргументы интеллектуального или морального плана казались ей недостаточными, поэтому она прибегла к силе: к телесным наказаниям и истязаниям. Она создала такие трибуналы как инквизиция; она обращалась за помощью к законам государства. Если она считала необходимостью, то организовывала крестовые походы или священные войны, и весь «кровавый ужас» практически достигает кульминации, когда гражданские власти были подстрекаемы ею к пролитию крови, и это более чем подло, потому что это было менее искренно, если бы кровь проливала она сама.
Именно таким образом она действовала против протестантов в XVI веке. Неудовлетворенная моральной реформой, обучением людей своим примером, обращением людей святыми и красноречивыми миссионерами церковь зажгла костры инквизиции в Италии, в Нижних странах и, особенно, в Испании. Во Франции, во времена Франсуа I и Генриха II, а также в Англии, во времена Марии Тудор, церковь истязала еретиков. Во Франции и в Германии во второй половине XVI и в первой половине XVII вв., церковь, если и не начинала военных действий, то воодушевляла и всячески поддерживала войны на почве религии». (Alfred Baudrillart — Католическая церковь, Ренесанс и Протестантизм, стр. 182, 183)
В письме папы Мартина V (1417-1431 гг. н. э.), адресованного королю Польши, были даны следующие повеления:
«Помните, что интерес Святого Престола, а также Вашей короны требует уничтожении гуситов. Не забывайте, что эти неосвященные личности имеют дерзновение провозглашать принципы равенства. Они придерживаются мнения, что все христиане являются братьями и что Бог не дал особым привилегированным людям право господствовать над нациями. Они утверждают, что Христос пришел на землю, чтобы уничтожить навсегда рабство. Они призывают людей к свободе, то есть к низвержению царей и священников! Поэтому, пока не поздно, направляйте свои силы в Богемию; сжигайте, истязайте, опустошайте все это повсюду, потому что ничто не будет Богу так приятно и ничто не будет настолько в пользу царей, как истребление гуситов». (L. М. De Cormenin — Общественная и личная жизнь римских пап, т.11, стр. 116, 117)
Все это находилось в полной гармонии с учением церкви: к ереси не нужно проявлять терпимость, она должна быть уничтожена.
Чтобы показать связь светской власти с церковью, по мнению католиков, мы цитируем ответ того же писателя на аргумент о том, что единственное оружие, данное церкви, — это «меч духовный, который есть слово Божье». На это он ответил: «Как церковь имеет церковных и светских князей, которые являются ее руками, так она имеет и два меча, духовный и буквальный; и поэтому, если ее правая рука не может обратить еретика мечем духовным, тогда она прибегает к помощи левой руки и добивается покорности еретиков с помощью буквального меча». В ответ на аргумент о том, что апостолы никогда не прибегали к помощи светских властей в решении проблем с еретиками, он говорит: «Апостолы так не поступали, потому что не было христианских правителей, к которым они могли бы обратиться за помощью. Но затем, во времена Константина… церковь начала прибегать к помощи светской власти». (Dowlings History of Romanism, pp. 547, 548)
В подтверждение этих фактов свыше пятидесяти миллионов мучеников — это по самым скромным подсчетам историков — восстанут на суде, как свидетели жестоких действий церкви.
Языческий Рим неумолимо преследовал христианскую церковь. Определено, что три миллиона христиан были уничтожены в первые три столетия христианской эры. Но известно о том, что первые христиане все же молились о дальнейшем существовании Римской империи, потому что они знали, что когда эта форма правления окончит свое существование, другая сила поднимется для их преследования, сила, намного злее этой, которая «будет угнетать святых Всевышнего» буквальным образом, как и предвещало пророчество. Языческий Рим уничтожал детей, но щадил матерей; а папский Рим уничтожал как детей, так и матерей. Не считались ни с возрастом, ни с принадлежностью пола, ни с положением в обществе — никто не был избавлен от его бешеной ярости. Один сильный писатель сказал: «Когда Ирод умер, он сошел в могилу с позором; и на земле на одного убийцу, на одного преследователя стало меньше, а в аду на одну жертву больше. О Рим! Что же тогда не будет твоим адом и адом твоих сторонников, когда придет твой суд!»
«Язычество на престоле было достаточно жестоко, но когда те языческие принципы, которые существовали со дней Вавилона, взяли себе имя и внешнюю форму христианства, то сила, которая находилась у власти, стала еще более жестокой». (С. Хаскелл. Пророк Даниил. — C.96.)