Тьма в глазах⁠⁠

Когда я гостила в Спасском-Лутовиново, там открылась выставка фотографий Леонида Андреева из Орловского музея. Андреев делал замечательные портреты и автопортреты в том числе. Я любовалась и стыдилась, что совсем не читала его, только «Иуду Искариота» в школе. До сих пор не понимаю, именно почему эту повесть проходят в школе. Помню, тогда она вызвала у меня возмущение. Я искренне недоумевала, как можно писать на основе библейского сюжета художественный текст.

Дома были рассказы Андреева. По-христиански добрый рассказ «Баргамот и Гараська» мне сразу понравился, и я решила, что мы с этой книжкой поладим. Я всё пытаюсь найти русского классика, с которым совпаду. Пока не получается. Боюсь, что с Леонидом Андреевым тоже не вышло, хотя я восхищена его мастерством. На небольшом пространстве рассказа он умеет несколькими штрихами обрисовать портрет и характер. На таких местах я останавливалась и перечитывала, пыталась понять, как он это делает.

Я вижу прозу Андреева как огромную тёмную воронку хаоса. В этой воронке крутятся персонажи, и их куда-то несет помимо их воли – во тьму. Декадентские настроения не покидают ни один рассказ Андреева («Баргамот и Гараська» - скорее исключение). Все у него мертвенно бледные, в воздухе – предчувствие скорой беды, и тьма сгущается. Нет никакой надежды, свет померк, и окровавленные герои бродят во тьме без шансов на излечение. Я пережила самый страшный рассказ «Бездна» (ну очень говорящее название), оставаясь внутренне критична, но всё равно заболела. После такой прозы я натурально начинаю болеть. Она будто отравляет меня чернотой, тьма книжная соединяется со тьмой реальной, и ты захлёбываешься, и вытащить себя обратно довольно трудно. Получается, что рассказы Андреева требуют большого ресурса психики, и если у вас его нет, то как говорил сам Андреев «Будьте любезны — не читайте „Бездны“!»

Теперь я смотрю на его портреты и вижу этот сгусток тьмы в глазах.