The Cycle of Songs⁠⁠

Тут одни малоизвестные шведские историки-металлисты выпустили новый альбом, в котором совершенно внезапно вышли за пределы своей традиционной евпропоцентричной тематики. Да, не до конца — треки про Жанну д'Арк и тамплиеров несколько намекают — но в основной массе песен да.

И среди прочего, там есть композиция под названием The Cycle of Songs. Повествование там идёт о Древнем Египте, а точнее о одном прославленном фараоне... Вот каких правителей вы знаете на вскидку? Ну, Тутанхамон там, Рамзес, Эхнатон, да? Ещё Тутмос III. А ещё я в школе проходил, как Рамзес II завоевал Левант и сыграл в ничью в битве при Кадеше. Там, если я не путаю, обе стороны, египтяне и хетты, засчитали победы себе. И вот, собственно, всё. Да, ещё есть Клеопатра, но она погоды особо не делает.

А Sabaton спели о Сенусерте III. Ну, знаете, Horus eye in the sky, see the boundaries are widening, mayest thou now renew an eternity of thy rule. Ну, то есть вытащили на свет божий малоизвестного в широких крутах, но крайне крутого правителя. Возможно — самого.

Да, оказывается, у древних египтян случился свой Иван III. Подмывает его сравнить с внуком нашего великого князя, конечно, но кровавости не достаёт, знаете ли. Зато есть история про решение нубийского вопроса — то есть беспокоящих набегов с юга от его державы.

Но сначала этот фараон решил внутренние вопросы. А точнее — самый главный. Он ограничил власть властителей на местах, которые по эллинистической традиции, как я понял, в историографии именуются номархами. Притом он так круто и задорно это делал, что политика в этом отношении не прекратилась даже с его смертью. Более того — при последующем фараоне Аменемхете III она достигла, видимо, своего апогея. Там пропадают следы личных гробниц номархов. То есть понимаете — власти и богатства у этих людей стало настолько незначительно, что они даже себе роскошные гробницы перестали строить. Не, я понимаю, что аналогия в истории — штука вредная, но так забавно напрашивающаяся.

А потом случилось четыре похода на юг: в Нубию и Куш. Граница была отодвинута до вторых порогов, кроме этого египтяне построили целый канал у первого порога в гранитных скалах первого порога — всё ради упрощения перевозки войск и грузов по Нилу. Читай — ради того, чтобы южане не баловали. При этом походы были направлены именно на прекращение вялотекущей, но бесконечной пограничной войны с югом. Практически Русь и Великая Степь, только в реалиях Древнего Египта. Притом походы были настолько эффективны, что, как понимаю, следующий фараон туда даже не ходил. А правил тот, на минуточку, почти полсотни лет.

И потому совершенно логично смотрится то, что образ этого правителя, который властвовал в середине XIX века до нашей эры, он лёг в основу легенды. Легенды о великом царе Египта, который завоевал всю Азию и Европу до Фракии, Ассирии, Мидии, Эфиопии, Скифов, Персии, Бактрии.

Вы спросите, а это кто вообще такой, и как он завоевал те земли, которые даже никогда не были под египетской властью?

Имя легенды было Сесострис, появилась она много позже, уже в эллинистическом Египте, когда древние греки начали описывать историю более древних, чем они сами, времён.

Ну, то есть, условно, это был собирательный образ некоего воинственного правителя, который покорил ваще всех до кого дотянулся. И солнце Египта воссияло буквально над всей известной науке Азией. Естественно, всё это очень сильно напоминает деяния Александра Македонского, прозванного за неуёмную тягу к завоеваниям Филипповичем. Однако же, из этого человека явственно торчат уши фараона Сенусерта III, который в своё время (примерно за полторы тысячи лет до появления записей о Сесострисе) окончательно (в рамках своего времени) решил для Египта нубийский вопрос.