Телепат⁠⁠

(Начинаю серию - побочный проект)) - миниатюр в разном ключе: мистика, юмор, абстракции)

Бабушка пекла пироги. По всей квартире слышался чарующий аромат свежей домашней выпечки.

Миша съел целых пять пирожков с капустой и два с рисом и яйцом, и только после этого сказал:

- Ба! А я – телепат!

- Кто? – спросила бабушка, не оборачиваясь.

- Телепат, - пояснил восьмилетний внук. – Я научился двигать взглядом предметы.

Бабушка Аня на несколько секунд замерла.

- Не телепатия это, Мишенька, а телекинез!

Старушка неторопливо вытерла руки, запачканные в тесте, и посеменила в кабинет Мишкиного отца.

- Витенька! НАЧАЛОСЬ!!!

На шум прибежала и мама Михаила – Елена Петровна.

- Ну, показывай! – Виктор Сергеевич Белохвостов поставил на стол пустой стакан, как только всё выяснилось. – Сдвинь-ка!

- Давай, сынок, давай! – подбодрила мама.

Михаил выставил руки, как виденный по телевизору фокусник, нахмурился и засопел. Стакан оставался неподвижным. Ребенок поднатужился, на лбу появились бисеринки пота. Лицо покраснело…

И тут юного телекинетика подвели пирожки с капустой: Миша громко пукнул от натуги.

Бабушка Аня мелко затряслась, с трудом сдерживая смех.

- Ну, ведь получалось же! – ребенок едва не плакал.

- Что – пердеть? – жестко спросил папа. Тут уже не выдержали все, и захохотали в голос.

- А ну вас! – Миша махнул с досады рукой. Стакан тут же слетел, подхваченный невидимой силой, и разбился, ударившись о стену. Смех прекратился. Виктор Сергеевич выразительно посмотрел на Елену Петровну.

- Ну вот, видишь! А ты что там про точку бифуркации говорила? Хуйня, типа? А дислексия? Тоже – хуйня, Леночка?

- Витя! Ну, ведь дезинтегративный  психоз же был? Был!

- И что? Ты еще обсессивно-компульсивное расстройство приплети! – Виктор Сергеевич не выдержал и улыбнулся.

- И что же делать теперь? – бабушка по очереди смотрела на всех. – Его же на опыт заберут, как Феденьку.

- Ай! – Виктор махнул рукой. – Тут другое, мама.

Миша закричал и начал пятиться назад.

- Я не хочу на опыты!!! – ребенка колотила истерика.

- Успокойся, Мишутка! – мама бросилась навстречу ребенку. От взмаха Мишиной руки дорогу ей перегородил сдвинувшийся шкаф. Елена Петровна ударилась и закричала от боли. Этот крик охладил мальчишеский пыл. Он заплакал и упал на колени. – Я не хочу-у-у!.. на… опы-ы-ты-ы…

Пахло подгоревшими пирогами. Немного кровью и озоном. И страхом…