СЛАВА: ПИЛОНИСТКА⁠⁠

Стоим с другом у барной стойки.

Подходит девушка, делает заказ, искоса смотрит на меня, как бы что-то вспоминая и вдруг, рассияв лицом, говорит:

- А я вас знаю. Вы меня звали к себе. А я не поехала.

Друг смеется.

А я вежливо улыбаюсь и пожимаю плечами: ну, не поехала и хорошо, мало ли в моей жизни было девушек, которые со мной не поехали (хотя поехали больше).

Лицо у девушки обычное, но я еще раз окидываю взглядом её фигуру – спортивную и какую-то налитую, и меня осеняет.

Мы не поехали ко мне, это верно. Мы поехали к ней.

Видал я виды в городе Волжском. Это только на первый взгляд невзрачный провинциальный городок – на самом деле это Готэм, где Бэтмены и Джокеры встречаются с удивительным постоянством, нередко и в женском обличье.

Представьте себе обычную «хрущевку», пятый этаж (на который моя незнакомка взлетела, как птица, даром, что была навеселе), и типовую 2-х комнатную квартиру.

И вот мы входим, и первое, что я вижу, посреди одной из комнат – металлический шест от пола до потолка.

Я и бровью, что называется, не повел – хотя задуматься стоило, и вообще спросить у нее, кто она такая, но я не успел: она быстро клюнула меня губами в щеку («У меня для тебя сюрприз!») и убежала в другую комнату.

Впоследствии я встречался с девушкой, танцевавшей на пилоне, и сейчас мои знания в этой области несколько больше, чем тогда, но я почему-то сразу решил, что она стриптизерша. Что эта штука называется «пилон», я тоже не знал, и что эти танцы больше гимнастика, чем стриптиз – тоже. В общем, невежда, что возьмешь.

Сам по себе этот пилон был сюрпризом и вызывал немало вопросов: кто ей это сделал? А как соседи? Для себя она тут раздевается – или оказывает услуги на дому? Может, мне пора ретироваться, пока не поздно?

Но было поздно. Она вышла, переодевшись в какое-то опереточное платье. И – на стрипах!

(Повторю – как это называется, я позже узнал, это такие страшно неестественные туфли на платформах и с каблуком 20, что ли, см). Вышла – и прыгнула на меня. Я – от нее. Между нами оказался пилон, который её задержал, хотя нет, она изначально в него и метила. Зацепилась – и ну крутиться и летать по комнате! То есть, мне показалось, что она летала, реально. Это был такой волчок, центром которого был пилон. Я зажмурился и закрылся руками, совершенно также, как Юрий Никулин от соблазнительницы в «Бриллиантовой руке».

Но мне повезло меньше – пространство было теснее, и у меня не было любимой жены, чтобы меня вызволить.

Чего моя искусительница только не делала. Она залезала вверх по шесту на руках (совсем как я в школе по канату), спускалась, цепляясь сильными ногами, делала различные фигуры, в частности «Хэй, бойз!» (это такой «уголок» с раскинутыми ногами, шест между ног) и, главное, продолжала заниматься неутомимым ногомахательством на опасном расстоянии от моего бренного тела. Впервые в жизни я ощутил себя беззащитным с девушкой. Я в любой момент мог быть ранен стрипом в голову или пасть от внезапного маваши с разворотом или без. И, главное, все происходило калейдоскопически быстро! Я просто не мог двинуться, глядел на нее, как бандерлог на Каа.

В общем, произошло примерно то же, что и у Семен Семеныча – я провалился в какое-то забытье, благо был в подпитии, а утром проснулся на её жестком диване от тех же, киношных звуков жарящейся яичницы.

Но, слава богу, у плиты стоял не заботливый и понимающий друг-милиционер, а она же, теперь домашняя и какая-то притихшая, глядящая на меня виновато и застенчиво:

- Все хорошо? Я вчера выпила… - и сразу, без какого-то либо перехода: – Купишь мне бюстгальтер?

…..

- Я тебя помню, - продолжил я с чувством, заказывая ей коктейль. – Такую как ты, сложно забыть. Я тебе не только бюстгальтер купил бы, а весь этот рынок, если бы мог. В самом деле. Потанцуем?