Роберто Боланьо - «2666». П####ц надвигается⁠⁠

Всё рушится, основа расшаталась,
Мир захлестнули волны беззаконья.

С чего начинается ад? Эсперанса Гомес Салданья, тринадцати лет, именно с неё всё началось, её первую нашли убитой в 1993-м, но не факт, что убили её первой. Да это и не важно. Так заявляет автор, а аннотация объявляет, что книга посвящена городу Санта-Тереза и тому, что в нём умирают женщины.

Книга состоит из пяти разных частей, практически не связанных между собой (если не считать единичных персонажей словно передающих эстафету из части в часть и собственно города Санта-Тереза); даже хронологически они не следуют одна за одной (разбежка от самой ранней упоминаемой даты до самой поздней около 135 лет), стилистически они между собой различаются кардинально: где-то диалоги оформлены как прямая речь, а где-то как косвенная, что тянет за собой сложноподчинённые предложения (и их сложноподчинённость настолько сложна, что порой приходилось возвращаться чуть назад чтобы не упустить эту подчинённость, и лишь наличие фамилий и географических названий в предложении создаёт иллюзию, что его конец близко), что тянет за собой длинные абзацы (если я не ошибся, то рекорды здесь такие: предложение на 5 страниц, абзац на 8), и по объёму они (части) тоже отличаются: есть главка-часть совсем небольшая, а есть объёмом в четверть книги; и среди богатства вымышленных персонажей роль декораций дополняющих действие выполняют реальные личности вроде субкоманданте Маркоса, или Ельцина, или Джузеппе Арчимбольдо; то есть всё в книге меняется, только Санта-Тереза остаётся неизменной; с учётом того, что автор хотел издавать все части отдельными книгами, одна бы точно получилось очень небольшой, но он подстраховался и в библиографию Бенно фон Арчимбольди, писателя из книги, вставил несколько произведений малого объёма, чтобы показать, что это нормально, с другой стороны в тексте же Боланьо обосновывает и идею издания всех частей в одной, и оправдывает объёмные книги, которых читатели зря боятся.

Надпись на форзаце гласила, что «Геометрический завет» на самом деле три книги, «обладающие законченным смыслом, но функционально связанные с судьбой целого», а потом сообщалось, что «это произведение Дьесте представляет собой финальный извод его размышлений и исследований Пространства, каковое понятие неизменно появляется в любой академической дискуссии о началах Геометрии».

Нынче даже просвещенные фармацевты не осмеливаются читать большие книги несовершенные, сбивающие с ног, открывающие дорогу в неизведанное. Выбирают безупречные упражнения великих мастеров.

Все части оказываются закольцованы и логически завершены. Если бы не одно «но». Убийца в тексте не назван. Кажется с чего бы он должен быть назван, это же не детектив и не триллер, но хочется завершённости. А в такой ситуации остаётся строить теории и гадать. Мой вариант — убийца сам Боланьо, ведь убийства завершились, когда он закончил (закончил ли? В послесловии сказано, что текст довольно близок к финалу, но мне показалось, что по итогам книги будто все расставлены по местам и должна быть ещё одна часть — финализирующая) свою книгу. Но автор и тут подстелил соломки и накидал в тексте указаний на то, что такая тайна не есть что-то страшное

Мы не хотели слышать о смерти у себя дома, в наших снах и фантазиях, и тем не менее факт заключается в том, что ужасные преступления, расчленения, изнасилования всех видов и даже серийные убийства все равно совершались. Естественно, большую часть серийных убийц так и не поймали -  посмотрите на самое известное дело того времени. Никто так и не узнал, кто такой Джек-потрошитель.

Они вышли из раздевалки, и судейский сказал, что не стоит искать логического объяснения преступлений. Дерьмо это — вот единственное объяснение, добавил он.

Тогда, если по автору убийство не является чем-то исключительным, выходит, что всем на них плевать, тем более, что в части об убийствах не происходит каких-то запредельных мероприятий по поиску убийцы. Но так происходит не только в тексте романа (тем более, что книжные убийства основаны на реальных убийствах женщин в Сьюдад-Хуаресе), так же происходит и в жизни: Джек-потрошитель, Зодиак, Википедия подсказывает ещё полсотни кандидатов... человечество просто смиряется со всякой творящейся хернёй, если она происходит хоть немного в стороне от их взгляда. Какие бы страшные вещи ни происходили в мире, Солнце продолжит восходить, и облака – плыть, и реки — течь, и трава — расти. А что же делать людям? Означает ли такое принятие приближение всемирного и всемерного п****** уже с самого появления человека на земле? Про это книга? А как бы хотелось, чтобы фраза из заголовка была лишь признаком моей неотёсанности, некультурности и невоспитанности.

Никто не обращает внимания на эти убийства, но в них-то и сокрыт главный секрет мира.

Теории о книге можно сочинять самые разные, с различной степенью оригинальности, назначать убийц, расшифровывать смысл названия, заниматься расследованием происходящего в книге, искать ссылки и намёки. Главное тут не переусердствовать, ведь Роберто Боланьо и эти попытки чрезмерного усердия и излишней эрудированности предусмотрел и описал в тексте

Таксист ... признался: да, действительно, этот город-лабиринт запутает кого угодно.
И тут Эспиноса воодушевился и заявил, что таксист естественно, сам того, б****, не зная, процитировал Борхеса, который однажды сравнил Лондон с лабиринтом. На что Нортон ответила, что задолго до Борхеса Диккенс и Стивенсон уже применили к Лондону этот троп. А вот этого уже, как стало ясно, таксист уже стерпеть не мог, потому что тут же сказал: он, пакистанец, может, и не знает этого самого Борхеса да не читал никогда этих самых товарищей Диккенса и Стивенсона, и Лондон он, пожалуй, хорошо не знает, и в улицах запутался, а потому и сравнил его с лабиринтом.

А может всё не так...