Рецепт⁠⁠

Политические распри и скандалы стары как мир, про них написаны сотни книг и сняты тысячи фильмов. Мы читаем, смотрим и даже не киваем головами в знак подтверждения: младенцу ясно, что игры политиков – кромешный тухляк, чудовищно при этом заразный, раздирающий по живому территории, семьи и дружеские компании. За нашими-то плечами висит вековой багаж человечества, своего рода гарантия, что с нами такой нелепости уж точно не приключится. А она берет и приключается. Ну не с нами, конечно, но, как водится, с дальними родственниками соседей. А затем вдруг и с ближайшими. А потом – раз - и с самими соседями. А после этого внезапно с нашими знакомыми и даже некоторыми друзьями. В разговорах откуда-то появляются принципиальные вопросы, в голосах – истеричные нотки, и начинается великое околополитическое дрочево. Тебя без твоего согласия выбирают оппонентом и в твоем лице гневно и оживленно разговаривают с государством, гражданином которого ты являешься или даже являлся в прошлом. Будучи не в состоянии дотянуться до президента твоей страны, как бы насильно назначают тебя его полпредом в данной гостиной, баре или чатике. Ты держишься до последнего, но в какой-то миг понимаешь: втянулся. Перестал видеть абсурд происходящего, наблюдать шахматную доску со стороны и в этот самый момент превратился в одну из миллионов фигур, перемещаемых чьими-то хитрыми пальцами. Тебе говорят: «Вы...» - отвечаешь: «Да, мы...» - и действительно ощущаешь себя не кем-нибудь, а целой страной: сильной, огромной, массивной, мыслящей глобально, не видящей ничтожных драм мелких людишек за увлекательной статистикой, играющей в геополитические шашки ядерными томагавками. А затем стряхиваешь морок и опять становишься человеко-единицей, не вовлеченной в дележ, не получающей бонусов от военных игрищ, держащейся в стороне от бесовских плясок. Обывателем, создающим свой сад и растящим детей, желающим спокойного незамысловатого счастья. И видишь, как твоих недавних оппонентов точно так же отпускает тренированная рука уже их родины: можно поговорить о делах, посидеть да посмеяться о своем, человеческом. Но крайне сложно отследить момент, когда добрый смех мутирует в болезненный сарказм; и вновь начинаются коллективные метания от одного к другому и обратно. Самый простой рецепт – отключить себя от источников политновостей – не работает, ибо любой сосед или коллега залечит тебя не хуже телевизора. В такие моменты стоит постоянно напоминать себе о необходимости видеть в собеседнике в первую очередь человека, а не рупор. Воспринимать его как своего рода заразного и при всем дружелюбии соблюдать правила гигиены, чтобы не превратиться в подобный рупор самому. Одержимость политикой сродни дурной болезни – даже когда отходишь от нее, еще долго ощущаешь грязное послевкусие использованности.