Разные подходы⁠⁠

Поздний вечер, в вагон метро вваливаются трое пацанов лет по шестнадцать, садятся гурьбой, благо - мест полно, гомонят. Крупные, шумные, веселые, на кураже. Один из них с электронной соской в руке. Признаюсь, не заметил, пыхнул он или нет, но в миг к ним подорвался крепкий, коренастый мужик лет сорока и начал грубо требовать убрать соску.

Пацаны, каждый выше мужика на голову, сидят, смеются ему в лицо, типа, что ты нам сделаешь. Откровенно троллят его и провоцируют. Мужик заводится, пытается выхватить курилку из рук парня. Тот не отдает. Один из приятелей вскакивает с места и скидывает на сидение наушники, обозначая готовность бодаться с мужиком. Тот идет на попятную, предлагает выйти на платформу, разобраться один на один. Благо, поезд как раз тормозит на станции. Парни ржут в голос, говорят, что они не "геи", с незнакомыми мужиками ходить, дескать, пусть найдет себе подружку посговорчивее. Мужик стервенеет, замахивается, но бить явно не собирается. Выходит на платформу и что-то злобно вещает, прижавшись к окну. Судя по всему, обещает разобраться с пацанами "по-мужски". Пацаны кривляются, кидают ему факи. Тот, что с соской, наконец, затягивается и выпускает дым пар в лицо мужику за стеклом. Поезд трогается. Мужик на платформе неслышно за шумом поезда матерится.

Подхожу к компании, спрашиваю:
- Ребят, всë в порядке?
- Да.
- Не курите здесь, пожалуйста.
- Да, извините.
- Всё нормально, езжайте спокойно, хорошего вам вечера.

Возвращаюсь на своё место возле кнопки вызова машиниста, скроллю пикабу дальше.

Остаток пути парни сидели в своих телефонах и наушниках, периодически рофлили над мемами, рилсами, или над чем сейчас ржут конями подростки в одинаковых монохромных худи. Выходя из вагона  нарочито громко смеялись. Может, над униженным мужиком, может надо мной, а, может, и забыли уже нас обоих в своем полном ярких впечатлений августовском вечере и смеялись лишь потому, что молоды, беззаботны и полны бьющей через край энергией юной жизни.