Прошлые жизни. Ожидание и реальность⁠⁠

Всем был хорош Людвиг Сергеевич. Да что там хорош, практически безупречен! Он никогда не разговаривал по громкой связи в общественных местах, не плевал на асфальт и даже дома пользовался ножом и вилкой. Имелся, правда, у него единственный пунктик: он был абсолютно уверен, что является реинкарнацией Людовика XIV. Чёрт его знает, почему он так решил, — рационального объяснения этому не было. Он просто знал это, и всё.

И все знаки Вселенной подтверждали его уверенность в своей правоте. Смотрите сами: даже его имя Людвиг было немецким аналогом Людовика; он любил французскую кухню и женщин; сходил с ума от французского вина и сыра; увлекался французской историей и литературой. Бывая во Франции, всегда заезжал в Версаль: там, несмотря на толпы туристов, он почему-то чувствовал себя как дома. А Париж и Лувр он, как и его предшественник, не очень любил: тоскливо было ему там. К мужчинам он обращался исключительно «мсье», к женщинам — «мадам». В моменты близости он настаивал, чтобы очередная мадемуазель шептала ему: «О, Луи...», отчего, как пишут в женских романах, «мир его взрывался в ярком сверкающем фейерверке непередаваемого наслаждения». На каждый случай у него имелось крылатое выражение короля-солнца, каждому его другу был не менее сорока раз повторён деловой принцип, изложенный Его Величеством Кольберу: «Когда будете докладывать мне о делах, избегайте по возможности слова «препятствие». Что касается слова «невозможно», не произносите его никогда». Своими знаниями он часто и бескорыстно делился с друзьями, чем, честно говоря, порядком им поднадоел.

Немного, правда, смущало, что ему никак не давался французский. Утешал он себя тем, что Вселенная отключила ему эту опцию, чтобы он в этой жизни отдохнул от прошлых государственных дел. Этот недостаток он компенсировал дивным пением французских песен в караоке, в которых он, правда, не понимал ни слова, но, безупречно выговаривая грассированное «р», вызывал у себя слёзы восторга. Вот такой милый чудак был наш Людвиг Сергеевич!

И вот однажды друзья, зная об этой его слабости, на День рождения сделали ему королевский подарок. Они оплатили ему визит к экстрасенсу для окончательного подтверждения факта реинкарнации. И не просто к экстрасенсу, а к знаменитости. К одному из тех, кто часто мелькает на одном известном телеканале. Стоило это, правда, безумных денег, но чего только не сделаешь, чтобы порадовать друга…

Однако с первого раза окончательного подтверждения получено не было — после часа напряженной работы экстрасенс, звеня цепями и потирая перстни, грустно объяснил, что вибрации сегодня не очень хорошо резонируют, да еще и ментальная энергия клиента весьма запутана. В общем, колесо судьбы сегодня точно не повернется. Но оно обязательно сделает оборот через три дня, и он это ясно видит. Поэтому просто необходим второй сеанс. И прийти на него надо обязательно ментально открытым. Это непременнейшее условие. И да, для вас скидка в 50% как постоянному клиенту.

Поскольку долгожданная верификация была очень близка, Людвига было уже не остановить. Скрипнув зубами, он оплатил второй сеанс и отправился поправлять ментальное здоровье диетой и медитацией.

И представьте, во второй раз всё получилось! И брошенные камни легли как надо, и даже непонятно откуда взявшийся сквозняк задул свечу. Специалист подтвердил давно ему известное, потому что в его ауре явно увидел скипетр и державу. А на стене ошарашенный Людвиг с помощью экстрасенса даже лично, сквозь пламя свечи, рассмотрел латинскую L, увенчанную короной. На прощание экстрасенс, почтительно кланяясь, все-таки советовал особо не доверять его словам, а доверять только холоду за спиной. А еще сказал, что тишина бывает громче крика и не все тени отбрасываются светом… От всего этого у Людвига кружилась голова, в ушах шумело, и он поспешил проститься. Ему необходимо было побыть одному, чтобы сполна насладиться своим теперь уже официально подтверждённым королевским величием. Он вышел оттуда, физически ощущая тяжесть короны на голове и мантии на плечах. Он больше не шёл — он ступал. Ступал он к себе в свою двушку в Купчине, и «Votre Majesté*» звенело в его ушах.

После упомянутого выше сеанса он стал просто невыносим. Ощущение своей исключительности вскружило ему голову. Осанка его, чрезвычайно прямая и до этих событий, сейчас стала поистине королевской. Его надменно вздернутый подбородок теперь всегда был почти параллелен земле. Их было два в одном — Людвиг и Людовик, и они с презрением топтали эту грешную землю, грезя о будущем перерождении, достойном их.

Наконец, ясно осознавая свое величие, он начал постепенно отдаляться от нынешних друзей. Теперь между ними была пропасть: они, конечно, были хорошими и милыми людьми, но, к сожалению, простолюдинами. И им невозможно было объяснить, что чувствует король, когда Святой Дух сходит на него при миропомазании на коронации в Реймсе...

Впрочем, он нашел единомышленников, достойных себя. Тесным кружком собирались они по пятницам, и чудесен был их мир. Теперь его новыми друзьями стали реинкарнации Ивана Грозного, Генриха IV французского (между прочим, его деда!), Генриха VIII английского и даже Гая Юлия Цезаря. Екатерина II, бывшая в этой жизни юной очаровательной девушкой, разбавляла их мужскую компанию. Она сохранила все милые привычки своей предшественницы и никому из коронованных особ не отказывала в интимном общении.

Однако теперь у Людвига появилась новая навязчивая идея. Ему было мало просто знания, он хотел это всё еще и увидеть. Его монархические друзья приняли самое горячее участие в его мечте и однажды настал день, когда Гай Юлий договорился о визите к суперэкстрасенке, умевшей осуществлять связь между мирами.

С замиранием сердца переступил он тот волшебный порог. Таинственный полумрак царил там, ароматный дым от свечей клубился, а затем терялся в потолке… Колдунья, одетая в черный брючный костюм, была совершенно без всяких украшений, чем почему-то внушала доверие. Внимательно выслушав его историю, она только спросила, кто подтвердил его реинкарнацию ранее. Услышав ответ, она почему-то вдруг презрительно прищурилась и стала удивительно похожа на стоматолога, который недоволен работой коллег. И ему даже показалось, что она пробормотала: «Не гонялся бы ты, поп, за дешевизной...» А может, и не показалось, чёрт его знает… Впрочем, это было уже неважно!

Наконец, когда все необходимые ритуалы были выполнены, Людвиг, вооруженный подробными инструкциями колдуньи (та особо подчеркнула стоп-слово «Бздык» — оно должно было вернуть его в наш бренный мир, когда он устанет наслаждаться реалиями прошлого), выпил напиток, остро отдававший травами, закрыл глаза и приготовился увидеть Версаль, а там себя и почтительных придворных. А потом, наконец, она ввела его в долгожданный транс...

… Он находился в элегантно обставленной комнате, и цикады гудели за открытыми окнами. Из окон тянуло ночной свежестью, в канделябрах горели свечи, а бесконечные полки книг терялись в таинственных отсветах их пламени. Роскошный камзол, парик и панталоны были небрежно брошены на кресло, а с огромного портрета на стене на него надменно смотрел сам Людовик XIV. Правда, Людвиг Сергеевич сейчас был уже не собой, а Луизой — чернокожей рабыней, которую, вцепившись в её роскошные бёдра и пристроившись сзади, прямо сейчас любил богатейший плантатор Луизианы Людовик де Бурбон. Закатив глаза и энергично двигаясь, он восторженно хрипел по-французски какие-то пошлые гадости, что-то вроде: «О, моя шоколадка!» и «Что за задница, чёрт меня побери!». И ужас был в том, что Людвиг (или Луиза) его почему-то отлично понимал! Здесь оценив недвусмысленность ситуации, Людвиг истерично вскрикнул: «Бздык!!!» — и немедленно вывалился обратно в наше время прямиком в кабинет колдуньи.

Он задыхался и смотрел на неё диким взглядом, рот его был открыт, волосы стояли дыбом... Наконец, когда дыхание всё-таки вернулось к нему, он заорал: «Что это было?! Что за бред?! Почему я — она?! Да еще и чёрная!!! Где Версаль?! Где король?!» На что колдунья лишь безразлично ответила, что ЕГО жизнь она не выбирала, а является всего лишь проводником между тем светом и этим. И если он тщательно покопается в прошлых жизнях и карме, то получит ответы на все свои вопросы.

Он попытался вернуть деньги, но она просто рассмеялась ему в лицо. Он сгоряча пригрозил ей полицией за мошенничество, на что она представила ему в лицах, как он будет формулировать обвинение и что на это скажет полиция, и рассмеялась еще громче. И перед тем как окончательно захлопнуть за ним дверь, она посоветовала ему запомнить, что тишина иногда бывает громче крика и не все тени отбрасываются светом…

Добредя до парка, он упал на скамейку и заплакал. Такого удара судьбы он не ожидал. Вдобавок из проезжавшей мимо машины он вдруг услышал страдания Феба из «Нотр-Дам-де-Пари» и к своему ужасу понял, что понимает теперь каждое слово: и про разноцветную юбку Эсмеральды, и про её большие черные глаза. Он понял, что в качестве утешительного приза Вселенная подарила ему знание французского. И этой последней насмешки Людвиг уже не перенёс: всхлипнув, он потерял сознание.

Спустя час он уже лежал на койке в уютной зарешечённой палате. Взгляд его был чист и незамутнён, и струйка слюны стекала по подбородку. За окном пели птицы и светило солнце, но тот дивный мир более не имел к нему никакого отношения…

_______________

* Ваше Величество (фр.)