«Про Питер и про Марика»⁠⁠

Очень хочется в Питер. Я там давненько не был. Первый раз в сентябре 14го. Туда перебрался мой друг Марик, а я приезжал в гости. Мне понравилось. Сразу почувствовал, что мой город, Марик настаивал, почти упрашивал меня переехать, я колебался. Дома меня держала отцовская квартира. Я ещё не до конца растерял ощущение счастья и восторга от обладания собственным жильем и свободой. Возможно, я совершил ошибку, отказавшись, об этом не узнаю никогда. Однако, Питер люблю, очень хочется навестить Марика, но думаю вырвусь не скоро.

25-светлое

У меня есть друг Марик. Возможно вы обратили внимание, я словом «друг» не разбрасываюсь, в основном у меня приятели. Мы с Мариком как-то пересеклись по работе. Мне все вокруг лили в уши, что от наличия этого человека по работе у меня будут проблемы (не стану лезть в детали, не суть, да, такое было возможно). Однако, мы отменно поладили. Мы почти сразу сдружились и как-то даже полюбили друг дружку (чисто по-человечески, без романтики)))). Пожалуй, расскажу о нем подробнее. Марик старше меня на пару лет. Мать растила его одна. Не то, чтобы я эту женщину недолюбливаю, я её не понимаю, скажем так. Это человек со специфическим характером, волевая, не сгибаемая, при этом эталонный самодур и не лишена эгоизма.

(Помню меня как-то поразило откровение друга, когда во время посиделок в общежитии, он нехотя рассказал, что, когда он был маленький, мать, временами в воспитательных целях, пугала его тем, что делала вид, что умерла. Ложилась на кровать, складывала руки. Он говорил, что ему было очень страшно он плакал и кричал, что готов на все, «только не умирай». Это был ужас в чистом виде. Я вспоминал свою маму и вариант с наигранной смертью не укладывался в моей голове. Я рановато лишился родителей и это было очень тяжело, а Марик переживал это многократно, будучи гораздо меньше, он верил ей каждый раз. Кому, как не матери может безоговорочно верить ребенок?)

В конце нулевых она пыталась заняться коммерцией, что-то перемудрила, оказалась в долгах и фактически лишилась квартиры. Ничего лучше не придумав, ударилась в бега, махнула в Питер! Мой, тогда еще потенциальный друг, остался практически на улице, будучи студентом первого курса на платном. Иногда к нему приходили какие-то люди и требовали какие-то деньги. Он пытался подрабатывать, бороться с выселяющими его из квартиры новыми хозяевами, но на суды нужны были деньги, на учебу и просто жизнь тоже. Пришлось расставлять приоритеты. Учёбу он бросил. Перебивался какими-то заработками, никогда не ныл, но в принципе ныть не умеет. В Марике материнские качества отразились исключительно в позитивном ключе. Ему повезло, о его неприглядной судьбе узнал какой-то родственник со стороны отца, что-то вроде двоюродного брата деда. Мужик был при какой-то должности, пристроил парня в общежитие, устроил на работу, пару раз давал денег. Мамашка тем временем трудилась в Питере на пельменном производстве в довольно непростых условиях (жаловалась, как ей сложно помогать сыну, он всё понимал), иногда всё же высылала ему копейку, посылки с вкусняшками (есть история, как мы тащили ночью полу раскисшую картонную коробку из которой капала кровь (мать прислала мясо)))) нас повязали блюстители правопорядка, но об этом в другой раз))) Мама Марика снимала комнату у одинокого, довольно заслуженного пенсионера, я не в курсе как, но она вышла за него замуж! Через пару лет она и сына перетянула в северную столицу, работать на не простом пельменном производстве. (Думаю, кроме заботы о его будущем в плане было и скинуть часть забот по деду). Марик с постоянными ангинами в холодном сыром подвале с мороженным мясом, по локоть в фарше. Долго тянуть не стал, уволился и стал искать работу получше, каждый раз находил, что-то поинтереснее. Когда я приехал в гости, он трудился в какой-то конторе, они, кажется, оптом торговали продуктами. Вечерами он учил наизусть какую-то хрень, прайсы-составы и прочее. Своим стремлением жить лучше, умением терпеть и впахивать, он всегда был для меня примером.

(Забегу наперед. Марик женился, на такой же «понаехавшей». У них дочь, я считаюсь её крестным) (я –католик, они православные… ну пусть Боженька нас прощает))) Они снимают квартиру на Проспекте просвещения. Вытащил из-под Волновахи мать жены. ЛЮБИМЫЙ ЗЯТЬ! Я его тёщу тоже люблю и уважаю, душевная тётка, готовит, (как и её дочь) просто космически! По факту, она ему не кровный родственник, но живут, как родные. С матерью отношения натянутые, она постоянно делает нервы, отчитывает его, что он плохой сын. (Хороший сын взял бы и сделал у матери в квартире ремонт!) Он говорит, что привык, хотя я вижу, что ему это больно слышать. Год назад взял в кредит большую красивую машину. Сейчас возглавляет какой-то отдел, у него в подчинении люди. Всё также не ноет, хотя иногда проскакивают фразочки в духе Лекса, про то, что вокруг хватает не очень хороших людей, спиной лучше не поворачиваться. Если бы меня попросили порекомендовать человека на работу, это был бы Марик. Я уверен, мне не было бы стыдно, более того, ко мне бы вернулись, сказали «Спасибо, Марк Виталич-это то, что мы искали всю жиСТЬ!"))

Но это сейчас. Вернемся в 14 год. Я ехал, чтобы влюбиться в Питер. Это был конец сентября. Я при полном параде! У меня были совершенно невероятные кожаные красные лаковые туфли на шнурочках, чёрный джинсовый пиджачок. Я был готов покорять культурную столицу. Поезд подъезжал, я сидел, забросив ногу на ногу и смотрел в окно, блики осеннего ослабевающего солнца играли на носке моих умопомрачительных туфель, на перроне разглядел Марика в каком-то тулупе и шарфе. Я вышел, друг, осмотрел меня, спросил всё ли у меня с головой хорошо? У них осень! На следующий день я купил в торговом центре вельветовое пальто, типа, как у Лермонтова, когда он был памятником в «Джентльменах удачи». Оно продавалось со скидкой из-за того, что от него потеряли пояс, ну и размер, даже на меня впритык. Мой неказистый бюджет глобально не пострадал. Марик стал активно водить меня по городу, мы шарились по экскурсиям и музеям. На одной из выставок народных умельцев я прикупил шарф из какой-то жёванной ткани, просто потустороннего яркого зелёного цвета! Он у меня есть и сегодня.

Я познакомился с дедом-отчимом Марика. Джентльмену за 70. Заслуженный пенсионер имел довольно сварливый характер, был подслеповат, любил прибухнуть и временами… имел специфический взгляд на реальность. Меня ему представили, как приехавшего в гости друга. Однако, он настаивал на своем видении мира, согласно которого, всё выглядело следующим образом. Он женился, его жена притащила к ним жить сына, с которым она постоянно собачится, а сын притащил на ЕГО жилплощадь «девку», а не охренели ли мы? Он решил, что я женщина))) шклявое, патлатое существо в зеленом шарфе не может быть мужиком! Аргументы, что я уеду, через две недели, не работали. Нервы мотал этот тип знатно. Марик пытался всё сглаживать, но я понимал, что живется ему не легко. Мать (с её то характером!!) тоже всячески старалась ублажать основного квартиросъёмщика с внушительной пенсией, терпела и втихаря срывалась на сына. Готовила деликатесы (не нам), развлекала, восхваляла и всё такое. На пельменях она уже не работала, мыла полы в соседней аптеке и магазине. Я старался не отсвечивать. Глава семейства проживал в зале, в полном комфорте, большой телик, ортопедическая кровать, чай, таблетки по расписанию, подносили трапезничать ему на подносе, мамашка прибегала в свой обеденный перерыв подать горячее. Как-то я собирался уходить, Марик и мать были на работе, из своей обители появился дед, без очков и после соточки для аппетита. Узрев меня в полусобранном виде, престарелый шалун решил облапать потенциальную невестку, тряхнуть стариной, так сказать. Назовем мою реакцию, «негодовал и вырывался»! Однако, помнил, как Марик и его мать стараются не конфликтовать со своим благодетелем, постарался максимально отшутиться и быстро свалить. Вечером дед разродился монологом, если привести только основные тезисы этой пламенной речи: «Марк не уважает старость! У Янки нет сисек! Борщ-говно!». Друг виновато смотрел на меня, он всё понимал ему было стыдно. Я тоже всё понимал и сочувствовал. (ну, а сисек у меня нет и слава Богу!))))

Мы с Мариком всегда интересны друг другу. В чем-то очень близки, в чём-то совершенно полярные. Однако, мы по этому поводу мозг не выносим, относимся с пониманием. Он крайне брезглив и любит порядок и все должно быть наглажено и чистенько. Я не скажу, что засранец, но не вижу конца света в том, чтобы сходить в домашней одежде в магазин возле дома, например, или явить себя миру с трехдневной щетиной, поднять с пола и съесть. Для него это смерти подобно. У меня часто бывает бардак на рабочем месте (ну, как часто, он там всегда), что для него неприемлемо. Краску на одежде, дырки, я не считаю поводом выбрасывать вещь. Марик старается не выделяться и выглядеть прилично, что я не осуждаю))). Он просто умолял меня не носить красные туфли и зеленый шарф вместе)))) Нуууу… согласился и достал кеды. Я гулял улицами Питера, какими-то подворотнями и мостами, я любил этот город, хотя был с ним едва знаком, я смотрел на себя витринах и мне казалось, что я отражался в этих стёклах всегда.

Как-то мы ехали на метро, место освободилось, и я втиснулся сесть. В своем вельветовом пальтишке и роскошном шарфе. Напротив, какая-то дама почтенного возраста в розовом и розовой шляпке, оценивающе меня осмотрела. Справа от меня ехали два парня, по виду студенты. Тертые джинсы, растянутые кофты, симпатичные и патлатые. Они о чем-то довольно живо беседовали, культурно, но эмоционально. Эта парочка раздражала даму напротив. Марик ехал стоя и наблюдал ситуацию. Я забросил ногу на ногу. Сидящий рядом парень узрел мой кед. «О! Гранж!» Я пожал плечами и кивнул. Он повернулся ко мне, спросил почему-то не из Прибалтики ли я? Я представился и сказал откуда. Это заставило парня глубоко вдохнуть, и закрыть глаза. Он спросил разрешения меня обнять, я был не против. Вероятно, мы земляки или с этим городом у него что-то связано, предположу. Они достали початую бутылку, то ли портвейн, то ли вермут, уже не помню, открыл крышку и предложил мне, я взял и сделал пару глотков. Они выпили тоже, бутылка вернулась ко мне и все повторялось снова и снова. Дама напротив просто закипала. Я бросил взгляд на Марика, похоже он пребывал в ужасе. Я включился в оживленную беседу, уж не помню про что. Тётка в розовом была явно возмущена, жаловалась сидящей рядом, не менее почтенной, даме на происходящее безобразие. Марик молчал и смотрел исподлобья. Ребятам нужно было выходить, попрощались. Мы встали, я обнялся с дальним, а сидящим рядом мы отметили прощание крепким и эмоциональным поцелуем. Это не носило сексуального подтекста, это была исключительно выходка, чтобы добить пассажирку в розовом. Она громко прыснула (думаю, если бы законы физики позволяли, то лопнула). Мы с Мариком вышли на следующей. Он молчал и косился на меня. Дома, он привел меня на кухню и показал на пару тарелок, чашку и стоящие в ней вилку и ложку. Ты, мол прости, но ты теперь ешь из отдельной посуды. Я пожал плечами. Твой дом - твои правила. Он стал извиняться и пытаться убедить меня, что не стоит вот так пить из горла с совершенно незнакомыми людьми, мало ли и все такое. Я согласился. Вечером мы готовили ужин, накрывали на стол, обсуждали увиденное за день. Я достал свой отдельный посудный набор, увидел, что Марику неудобно. Он виновато посмотрел на меня: «Нууу … они же вроде нормальные?» Я рассмеялся, да, вроде. Мой друг, вздохнул: «Ладно, ешь, как все и прости меня». Он это принял))) Мы иногда вспоминаем эту историю, как отменный пример способности отнестись с пониманием к непохожести и терпимости. Мы очень дорожим друг другом, время и расстояние нас не отдаляет.

Получилось сумбурно, хотя, кто-то из вас сюда и приходит за сумбуром из моей головы, не так ли?)).