Про бизнес
Дисклеймер: занятие бизнесом связано с финансовыми рисками — есть вероятность потерять вложенные средства и не получить ожидаемой прибыли. Любое инфоцыганство, то есть продажа обещаний и «секретов успеха» без реального продукта и измеримых результатов, не является бизнесом и может привести к существенным финансовым и временным потерям. Представленные в тексте мнения — личная позиция автора и не являются финансовой или юридической рекомендацией.
В 10‑х годах появилось великое множество разных инфобизнесов — аля «Бизнес‑молодость», «Бизнес‑квартира» и подобные. Я так или иначе в бизнесе с 2011 года. То, что я не заработал миллионы, так на это есть причины, но о них я расскажу как‑нибудь в будущем.
В чём главная проблема подобных организаций? Как правило, их основатели в бизнесе понимают не сильно больше, чем гопник из 90‑х. Если в 2008–2015 годах было достаточно купить в Китае, а потом продать это дороже — всё казалось простым, — то позже, кстати, не без участия инфоцыган, подобный подход перестал приносить прибыль. На самом деле в бизнесе (в большинстве бизнесов) консервативный подход не то что не нужен, а даже, скорее, опасен. Из мировой истории: Nokia, Motorola, RCA — все эти компании были гигантами. В своё время они занимали половину и более рынка, «гребли» деньги лопатой и думали, что так будет всегда.
Чем отличается бизнес инфоцыган от бизнеса в принципе? Отсутствием УТП — уникального торгового преимущества. Когда каждый может купить товар в Китае за 10 рублей и получить его где‑нибудь через неделю, какое УТП может быть у продавца? Только одно — скорость. Но у нас не всегда за скорость готовы платить: русским людям свойственно ждать.
Чтобы бизнес с перепродажей был рентабельным, товар с учётом всех расходов продавцу должен стоить не более 10 % от цены продажи. Как это можно сделать? А никак, если ты этот товар не производишь. Можно, в принципе, попробовать договориться с поставщиками, продавать под реализацию или иметь бездонные бесплатные деньги. Но для всего этого нужно, чтобы у тебя так или иначе было имя или богатые родственники.
Во всех других случаях — кредит под товар или открытие бизнеса, неумение вести переговоры с людьми (не можешь связать двух слов или просто не умеешь слушать и задавать вопросы), чувство неуверенности, мысль о том, что кто‑то может научить тебя вести бизнес… В этих и многих других случаях начинать бизнес для тебя — плохая идея.
«БМ» и другие инфоцыгане наплодили множество бизнесов с обещаниями: если будешь делать, как «я», тогда у тебя всё «выстрелит». Не выстрелит. В бизнесе, особенно в малом, нужно подстраиваться под рынок чуть ли не ежедневно, постоянно находя обходные пути.
И тут я ещё не говорю про налоги, о которых инфоцыгане редко упоминают в своих тренингах. Они твердят, что у нас в стране налоги одни из самых низких, при этом упоминают 2‑НДФЛ, забывая, что, если у тебя есть сотрудники или ты работаешь по схеме ОСН (или другой), то, скорее всего, тебе нужно будет платить НДС. Тут не важна сама ставка — важно, что это тоже расходы, которые нужно учитывать при расчёте маржи, либо прямо, либо косвенно.
В прошлом десятилетии с этим было проще: ФНС не так «закручивала гайки» малому бизнесу. Сейчас работать по схемам, которые «выстреливали» раньше, в доковидные времена, как минимум опасно: можно много потерять на налогах. Об этом не говорят на инфоцыганских тренингах.
Я как‑то смотрел запись длинного тренинга Аяза (ныне сидящего за мошенничество) — это больше походило на концерт, а не на бизнес‑конференцию. Да, там были разборы кейсов, но полезной информации из этого тренинга было минимум.
Главное отличие любого инфоцыганского бизнеса — то есть того, в котором нет продукта, но есть много слов об его уникальности, — в раскручивании того, чего на самом деле нет. То, что «БМ» и сотоварищи обманули очень много начинающих предпринимателей обещаниями открыть прибыльный бизнес, — это, конечно, плохо. Проблема в том, что засилье подобных людей и то, что им в итоге начали нести деньги, — это проблема нашего образования, пробелы в советских школах, а ещё — отголоски лихих 90‑х. Но это никак не оправдывает человеческую глупость. Вера в то, что тебя научат бизнесу, если ты не видишь его изнутри, не работал в управлении организации, не создавал что‑то с нуля, — как минимум непрактична, а порой и опасна. Предпринимателями и рождаются, и становятся. Правда, далеко не все.
Я родился в 1984 году в СССР, тогда, когда разрешённого бизнеса ещё не было. Несмотря на это, бабушка, работая проводником на поезде Новороссийск — Москва, часто покупала товары, которых не было в Новороссийске или по пути следования (в СССР в Москве было почти всё, а в других городах могло не быть продуктов местного производства, потому что всё распределялось через Москву), и продавала их пассажирам. Она уже тогда видела возможности и пользовалась ими. Мама называла её спекулянткой — в принципе, в СССР за такие действия можно было и «присесть»… Я, будучи совсем мелким, не особо придавал значения подобным словам, но информацию впитывал.
Потом были 90‑е, школа. Мама всё время смеялась над предпринимателями, особенно над теми, что были в 90‑х: малиновые пиджаки, большие сумки с товаром — для неё это всегда был «красный флаг».
Отца своего я помню плохо: мама с ним развелась, когда мне было чуть больше 4 лет, а в первые годы жизни я жил далеко от него, в основном с бабушкой, а отец тогда был в Ленинграде. По рассказам мамы, даже тогда, в СССР, деньги в семье всегда водились у бедного студента‑художника — как ни странно. Я не разговаривал в сознательном возрасте со своим отцом и последний раз видел его более 30 лет назад, поэтому не имею чёткого понимания, как он мог зарабатывать. По маминым рассказам я почерпнул, что он часто брал халтуры — где нужно было что‑то подрисовать или нарисовать, к нему часто обращались. У него, как я сейчас полагаю, была предпринимательская жилка.
Так вот, к чему я это всё: я рос в такой семье, где, с одной стороны, были бабушка и отец, умевшие находить возможности, а с другой — мама, которая всегда считала, что тот, кто продаёт, всегда пытается тебя обмануть.
Я сейчас начну нудить, как Роберт Кийосаки: «У меня в жизни было два примера…» Бла‑бла‑бла… Но нет. Я всегда хотел себе чуть лучшей жизни, чем у меня была. После школы как‑то запутался, и юношеский максимализм давал о себе знать: думал тогда, что мне все должны… Но это совсем другая история.
Я уже как‑то рассказывал про свою первую работу в «Макдаке»: уже тогда я начал подмечать системность, которая есть в предприятии. Так вот: ни в одном бизнесе инфоцыган не было и нет системности. Хороший бизнес можно проверить достаточно легко. Любой, абсолютно любой бизнес можно описать в трёх‑пяти словах.
Когда вам кто‑то звонит (раньше, до вмешательства ФСБ и МВД, звонили «мамкобизы») и говорит, что работает в супер‑пупер‑мега‑фарш‑компании, которая «загребает» миллионы, но при этом им нужен именно вы… Уже смешно. Сейчас, когда тебе так звонят, особо подумать не дают — говорят, перебивая. Есть такая техника продаж — американская. В России её в нулевые начали активно изучать и внедрять, а потом инфоцыгане расширили её до идиотизма.
Я, когда мне звонили подобные «предприниматели», выслушивал тираду про их супер‑пупер‑бизнес и просил описать его в трёх‑пяти словах. И тут наш «мамкобизнесмен» начинал сыпаться.
Позже, уже ближе к 20‑м годам, начали звонить «инвесторы», не знающие о сложном проценте инвестиций и уж тем более о том, как он складывается.
Так вот, к чему это всё: всегда, кто бы тебе ни позвонил, кто бы ни втирал про своё суперское предложение, относись к нему с некоторой долей скепсиса, а не верь словам сразу. Я лично знаю нескольких людей, которые расхваливали и «БМ», и Аяза. Как ораторы они великолепны, да и как маркетологи — неплохи. А вот как создатели продуктов, действительно имеющих практическое значение, — полные нули.