Плешка, Перловка и смеситель для хирургов⁠⁠

Пацанёнка с Плешки вспомнил — лет 15-16 было ему тогда. Полскальпа у него сгнило, прямо уже кожи не было. Потом с капюшоном ходил. Не разговаривал — не знаю почему. Потом пропал.

Круговорот людей тогда бешеный был. Иерархия своя такая была. Мужики-работяги — те ещё, как-то по-своему кучковались. Алкаши сами по себе. Бомжи ещё не очень грязные. И уже те, кто доживал — ссался, срался под себя, спали на полу, на бетоне. Разный люд. Поначалу в ахуе, потом обживаешься, знакомишься, тусуешься со своими.

Деньги когда были — давал немного в палатку, где диски музыкальные продавали, и бомжи танцевали под «Мистера Кредо». Летом нормально ещё, осенью прохладно, зимой — пиздец вилы. Работу часов до 10 утра предлагали. Потом или Перловка, или бухать.

Перловка на Ярославском шоссе — прям на трассе была. Помню, менты со всех сторон окружили. В УАЗик меня десятым туда прикладом забили, чтоб поместился. И по дороге встали где-то кофе попить. У меня одна нога к полу примерзла. Как не отморозил — хуй его знает.

Один раз видел: один мужик другому в дыню суёт, тот пятится, и его задевает скорая помощь. Водила тормознул, выскочил и ему в бубен. Тот на прежнее место вернулся — в строй. Потом видел его — бухал он в тот день. Ничего с ним не случилось.

На Перловке людей очень много было. Можно было уехать на хорошую работу. Один раз уехал смеситель менять на хате — 5 мужиков бухают. Я поменял и спросил: «А вы чего сами не меняете?» Один говорит: «Мы хирурги, нам руки беречь надо». Стакан водки налили и косарь дали — за полчаса работы.

Беляши ещё вкусные продавали — квадратные такие. А так еду в основном бабки продавали — дома сготовят и банкуют. Стакан водки у них 5 рублей стоил.

Какой-то артхаус, блять, в столице нашей родины. Но детей гнали оттуда — беспризорников. В основном все взрослые тусовались на Ленинградском.