Памятник⁠⁠

…Я стоял у памятника и чуть слышно читал вслух фамилии

Пономарёв С.А

Кузин И.И.

Кузин Т.И.

Кузин С.И.

Кузин И.Т.

Сергеев А.А.

Сергеев М.А…

-«Ну, теперь понимаешь, что вас тут никогда не перестанут ненавидеть!»

Я повернул голову, рядом сняв фуражку и держа её за козырёк перед собой стоял Сергей Горохов. В своей серой форме, в кителе с портупеей, с маленькими, кургузыми серыми погонами поручика с красной выпушкой и тремя маленькими звёздочками. В сапогах и бриджах с красным тонким лампасом.

Я кивнул. Действительно страшно. Целые семьи… Ушли и не вернулись. Зачем? Ради чего? Другой мир! Другая история!

Я… я был, почему то в форме «Чёрных СС» вышедшей из употребления ещё в далёком 1938 году. В погонах и с петлицами унтерштурмфюрера. Потом я только узнал, что в восприятии людей в СССР, в том мире, мире Машеньки и Сергея, советская пропаганда через кинематограф создала такой образ. Раз СС – то обязательно в чёрной форме. С автоматом и засученными рукавами полевой формы, поливающими от живота бесконечными очередями. Впрочем, это уже не про СС, а про Вермахт.

Я узнал этот памятник. В том маленьком городишке, из которого мы с Машей поехали на автобусе Смоленск. Белёный белой известью монумент с красной звездой наверху и золочёной надписью посредине: «Вечная память героям – землякам погибшим в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками». И гранитные стелы с фамилиями. С многими фамилиями.

Мимо шли люди, совершенно не обращая внимание на странную пару остановившуюся у памятника среди кустов акации на площади городка. Милиционер и стоящий рядом нацист в ненавистной чёрной форме. Это сон. Я знал, что это сон и чувствовал, что могу проснуться в любое мгновение. Но не хотел просыпаться.

-«Знаешь, меня до сих пор коробит от этого вашего выражения: «немецко-фашистские захватчики» ведь фашисты…»

-«А разве это важно? – перебил меня Горохов, - нацисты, фашисты, просто немцы… Важно, что с этой войны не вернулись двадцать миллионов советских людей. И среди них Кузин Иван, его брат Кузин Трофим, и сын Трофима – Кузин Игнат и многие другие.»

Он сделал шаг вперёд и провёл рукой по отшлифованному граниту.

-«Знаешь, мне кажется, я их всех чувствую, как угасающее в лесу эхо на самой грани слуха. Вернее не слуха…ну ты понимаешь.»

Я так же как он держал фуражку за козырёк в опущенной руке и легкий летний ветерок трепал мне волосы.

-«Вот скажи, Юрка, у вас там много погибло в войну наших, русских?» - спросил Сергей пристально глядя мне в глаза.

Я вздохнул, собираясь с мыслями.

-«А у нас не делят русских на наших и не наших. Принято считать, что погибший боец РККА и его противник в войне, из Русской национальной армии, общая боль русского народа. Государь сам так говорит… А потери в Освободительном походе были очень большими. Но они и рядом не стояли в вашими двадцатью миллионами. По нашим официальным данным, погибло миллион шестьсот тысяч русских с обеих сторон и примерно шестьсот пятьдесят тысяч немцев. И ещё другие союзники. Финны, венгры, сербы, румыны… 

Очень много, особенно в сравнении с Французской компанией – восемьдесят четыре тысячи у французов и сорок пять тысяч у немцев".

-«Вот как значит… интересно. А мой дед, который в казаках, с немцами вместе, против большевиков воевал, как у нас считается, в тех двадцати миллионах или по особому?» - усмехнулся совсем не весело Горохов, подняв голову и щурясь на пробивающееся сквозь листву берёзы солнце.

Видимо, на какой-то кочке машину тряхнуло и я проснулся.

Из цикла "Проект ХРОНО"
https://ridero.ru/books/proekt_khrono_za_granyu_realnosti/

P.S. Книга в жанре альтернативной истории и научной фантастики. События описываемые в романе никогда не происходили в нашем мире.