Ответ на пост «Папа»2
А я вот думаю, что дочка вспомнит? С суток пришёл, с дочкой позавтракали, после завтрака поспали в обнимку 1-2 часика (ей ещё меньше 1,5 лет). Потом папа пошёл на озон забирать тумбочку и собирал её (для дочкиных вещей), пропылесосил, помыл полы, покушали и уже вечер, пора спать. Два дня с утра до вечера на подработке, утром только доброго утра успеваешь пожелать и чмокнуть, а вечером пожелать спокойной ночи. Сегодня утром не успел даже доброго утра пожелать потому что они с женой ещё спали, ушёл на основную работу на сутки. А утром после работы не заходя домой нужно ехать в командировку на два дня. И только после командировки будет один выходной, а потом сутки. Плюс минус такой график постоянно. А через три недели, месяц отпуска на основной работе, но пока отпуск на основной работе, нужно ехать в другой город работать месяц и вернусь домой к новому году. Я бы и рад проводить с дочкой и женой больше времени и меньше работать, но приходится ишачить чтобы было что есть, где жить, платить ипотеки и коммуналку. И всё это ради семьи, люблю их безумно.
Одно из очень ранних моих детских воспоминаний - папа приходит с работы, когда я засыпаю. Он торопился и курил на ходу, он вбегает домой и прямо в куртке проходит к моей кроватке - огромный, смеющийся, пахнущий табаком, он целует меня, баюкает и наговаривает что-то ласковое, и я засыпаю.
И тысячи таких воспоминаний, которые сейчас определяют мое отношение к папе. Как мы с братом будили его, открывая ему пальцами глаза (папа, как ты это терпел? ты не понимаешь, это такой кайф, когда твои детишки рядом, это важнее сна). Как мне попал шампунь в глаза и с комментарием про «виу - виу - скорую помощь» папа смывал его из душа. Да, это мне еще трех лет не было, мы вдвоем ездили к его родителям в другую страну… Помню, как я боялась засыпать в чужой квартире, и он расставлял под ночником моих игрушечных динозавров, чтобы они меня охраняли. Помню, как я посмотрела щелкунчика и боялась мышиного короля, и папа торжественно поставил мышеловку мне под кровать, обещая, что она сильнее всякого колдунства.
Папа не был идеальным, у него не было сил быть идеальным, но он очень старался и бесконечно меня любил, и этого было достаточно.
Помню, как ревела ему в жилетку, что младший брат больше не слушается. Помню, как он учил нас не теряться в лесу, собирать грибы, лазить по деревьям , ездить на велосипеде, бороться, готовить шашлык, менять прокладку на потекшем водопроводном кране («а вот к розеткам не лезь, делать нечего»). Помню, как рассказывала ему о вылазках в запрещенные места («ты запретил туда лазить, но мы слазили. было вот так-то»), и он хмурился притворно, но глаза смеялись. Помню, как он называл меня принцессой махонькой и повторял, что я очень красивая.
Когда я была ершистым подростком, однажды он подхватил меня на руки и закричал, что, пока он может меня поднять, я должна его слушаться. Сейчас мне почти 30, и при встречах он смущенно смеется и поднимает меня на руки. Все равно не слушаюсь))
Вот я ему бесконечно благодарна и уважаю за то, каким сильным он был в 90е, как закрыл собой семью от происходящего и костьми лег, чтобы у его родителей, жены и детей все было хорошо. Но по-настоящему люблю за этот бэкграунд, за то, сколько добра и тепла он в меня вложил. Дети будут помнить красивые игрушки и поездки на море, но эмоциональная связь с родителями формируется все-таки не через деньги…