Ответ на пост «Как дела в Певеке?»3
Я не Певекчанин, - на 14 км на юго запад, на Валькумее жил. В Певеке доучивался последние классы в 3ей школе (Ее как и 70 процентов другой инфраструктуры СССР уже нет на фото).
В советское время это был обычный по бытовым меркам город - как все, со всей необходимой стандартной инфраструктурой - никакого значительного влияния на жизнь людей труднодоступность уже не оказывала, люди обживались надолго и все уже устроили почти к этому времени.
Депрессивным он в то время не был и более того - даже в 90е, когда, было время, пару лет картошку вообще не завозили - им тоже не был, люди не те, чтобы так вот сразу. Помереть могли, уехать, но не в депрессии.
Можете сами прикинуть - в каком таком депрессивном месте могут построить на 5000 населения - одну школу на 1200 детей, 4 детсада (один с двумя бассейнами, а второй - с панорамными окнами во всю стену, с видом на Чаунскую губу, высотой метров 5, третий ясли, четвертый старый универсальный, ну и пятый и шестой - второй и первый по хронологии, уже закрыть успели к тому времени, на нижнем поселке.), музыкалку, ПТУ, несколько библиотек (включая ведомственные), стадион полноценный построили. Даже завод шлакоблочный под конец был. Вот такая вот депрессия.
И это все не в Певеке (там было еще больше и круче, 4 полноценные школы (4 Карл, на 10 000 населения!)) а в поселке неподалеку. И не потмоу что бабла рекой а потому что нужно.
Труднодоступным и депрессивным (немножко) город стал сегодня, потому что из него ушла жизнь. Экспансия закончилась эффективными менеджерами. Раньше в Апапельгино непрерывно сновали самолеты туда сюда, даже атмосфера в аэропорту была уже как в Домодедово. Толпы людей, местных, коренных, вахтовиков командировочных, и везде детей просто море. Куча предприятия самого разного толка. Везде все строится. Коров разводили - молоко, мясо круглый год, пиво даже местное делали, детские напитки. Овощи в ведомственных теплицах выращивали. Это была целая история. Целый мир, про который сегодня забыли.
Певек наполовину вычистили от того, что осталось после населения. И никто теперь никогда не узнает что в этом месте буквально кипела жизнь.