Обратная связь⁠⁠

До суда Аркадий Семёнович называл себя кармологом, а после суда — консультантом по личностному развитию, неправильно понятым отдельными клиентами. Разница была существенная: кармолог, согласно его собственной рекламе, видел причины событий на семь воплощений назад, тогда как консультант мог совершенно искренне не понимать, откуда в деле появились семнадцать потерпевших.

Адвокат очень просил его больше не упоминать никакие воплощения. Особенно те, в которых потерпевшие якобы были обязаны Аркадию Семёновичу деньгами.

Схема работы у него была комар носу не подточит. Сначала он выслушивал человека, затем обнаруживал в его прошлом нечто такое, что исправлялось только в настоящем и желательно переводом на карту. Одинокой женщине мешал обет безбрачия, безработному — обет бедности, предпринимателю — неправильно выстроенные отношения с энергией обмена. Последнему Аркадий Семёнович предложил для начала выстроить отношения с оплатой восьми сессий.

Особенно тяжёлый случай оказался у пенсионерки Зинаиды Павловны. Её сын пил. Аркадий Семёнович установил, что в предыдущем воплощении она промышляла работорговлей и теперь должна добровольно расстаться с накоплениями, иначе Вселенная заберёт у неё самое дорогое причём насильно.

Зинаида Павловна перевела деньги, а сынок стал пить ещё хлеще.

— Вы продолжаете цепляться за результат, — вдумчиво объяснил ей кармолог.

Впоследствии эту фразу несколько раз зачитывали в суде. Каждый раз Аркадию Семёновичу казалось, что без свечей и правильной музыки она звучит как-то нехорошо.

Первые дни в исправительном учреждении он держался с достоинством. На вопросы отвечал, что работает с причинно-следственными связями, а к 159 статье совершенно никакого отношения не имеет. Сосед по спальному месту, бывший бухгалтер Павел Ильич, одобрительно кивнул и предложил начать с той связи, которая привела его сюда.

Аркадий Семёнович попробовал объяснить про предназначение.

— Понятно, — зевая сказал Павел Ильич. — А деньги куда дел?

— Это был энергетический обмен.

— В приговоре, наверное, так и сказано. Энергетический обмен с целью наживы.

Павел Ильич вообще оказался неприятно приземлённым человеком. Всякую сложную мысль он сводил к сумме, сроку или фамилии получателя. Аркадий Семёнович чувствовал в нём сильное сопротивление, но работать с сопротивлением бесплатно не привык и поэтому предпочитал помалкивать. Через неделю к нему подошёл пожилой осуждённый по имени Виктор. Дочь перестала отвечать на письма. Виктор слышал, что новый сосед раньше помогал людям разбираться в отношениях, и хотел посоветоваться.

Аркадий Семёнович сразу оживился. Попросил дату рождения дочери, сосредоточенно посмотрел в стену и сообщил, что видит тяжёлый родовой узел.

Виктор побледнел.

— Это что, у неё случилось чего?

— Пока нет, но если не проработать…

С соседней койки спустил ноги Павел Ильич.

— Аркадий, а ты сейчас снова за старое?

— Что — не понимаю вопроса?

— Человек спросил, почему ему дочь не пишет. Ты уже сообщил, что с ней может случиться что-то нехорошее. Дальше у тебя чего? Какие расценки?

Аркадий Семёнович обиделся. Здесь вообще не умели уважать чужой труд. Виктор, однако, к нему больше на эту тему не подошёл, а через несколько дней получил письмо: дочь сменила адрес, много работала и не знала, как сообщить отцу о своей беременности. Родовой узел разрешился без специалиста, что Аркадий Семёнович счёл поверхностным улучшением.

Вскоре ему самому пришёл конверт от сестры.

Сестра писала, что нашла женщину, которая понимает настоящую причину его заключения. Оказалось, Аркадий Семёнович в прежней жизни был тюремщиком и жестоко обращался с невиновными. Нынешний срок представлял собой возвращение долга, однако при правильной работе его можно было сократить. Первую сумму сестра уже внесла.

Аркадий Семёнович перечитал письмо дважды, после чего в скорейшие сроки разжился писчими принадлежностями и бумагой и принялся за ответ.

Он писал быстро, с нажимом. Объяснял, что никакая посторонняя женщина не может знать, кем он был в предыдущей жизни; что размер назначенного наказания не зависит от её ритуалов; что сестра должна немедленно прекратить платежи и сохранить переписку. Не верь ей сестра - она мошенник.

— Случилось чего? — спросил Павел Ильич.

— Сестру обманывают.

— Каким образом?

Аркадий Семёнович начал рассказывать, но на середине остановился. Павел Ильич слушал внимательно, без улыбки, и от этого было особенно неприятно.

— Напиши ей попроще, — посоветовал он. — Чтобы поняла.

Аркадий Семёнович перечеркнул последний абзац. Подумал и вывел крупно: «Люба, она пиздит! Не плати ей больше ни копейки!».

Павел Ильич прочитал через плечо и удовлетворённо кивнул:

— Вот. Теперь и своим клиентам напиши, желательно в том же духе.