На злобу дня⁠⁠

Мы будем петь
Александр Баль

Горжусь своей свободой слова
Пока не стану под прицелом. -
Я не боюсь остаться смелым -
Боюсь, что разрыдаюсь снова.
А на Руси опять морозы,
Опять вопросы без ответа.
А на Руси от горя ветры,
А на Руси от ветра слёзы.
Мы будем петь, мы будем пить
Лет по пятьсот за каждую победу
И будет родина носить
Пуховый будничный платок.
А сколько платят на войне -
Скажите мне, и я поеду,
Чтоб увидать, как рядом с телом
Хоронят толстый кошелёк.
Встречает дом голодной кошкой.
Разрежу ночь настольной лампой
И посижу ещё немножко
С гитарой над дворовым штампом.
И что-то вскрикнет мать спросонок,
И я склонюсь над спящим братом, -
Сегодня он ещё ребёнок
А завтра станет он солдатом.
Мы будем петь, мы будем пить
За все победы, что за нами,
Мечтая женщинам дарить
Букеты слов, букеты роз...
А мама, выплакав глаза,
В бессилье разведёт руками,
А значит на Руси зима,
А значит на Руси мороз.
В котомке бритва и табак...
“Да ты уже совсем мужчина.
Лишь не курил бы натощак” -
Прощаясь, мать просила сына.
“Дай, обниму тебя, сынок! -
Не забывай меня, старуху”. -
Пуховый ласковый платок
Впитает новую разлуку.
Мы будем петь, мы будем пить
Лет по пятьсот за каждую победу.
И будет родина носить
Пуховый будничный платок.
“Ах, мама, напеки блинов,
Когда домой с войны приеду...
Как сладко этот воздух пить -
Ещё глоток, ещё глоток”.
Наденут форму, постригут,
Пришьёшь петлички и погоны.
Вот, ты солдат. Но что-то вдруг
Среди войны запахнет домом,
И что-то вдруг тебя спасёт
От разорвавшейся гранаты,
И командир тебе нальёт,
И вы споёте “Аты-баты!..”
Мы будем петь, мы будем пить
И падать в старые траншеи,
Легко бранить, с трудом любить,
Чертить мишени на висках.
А завтра скажут: “Под ружьё” -
И мы свои подставим шеи.
И будут женщины носить
Нас, перебитых, на руках.
Мы будем петь, мы будем пить
Лет по пятьсот за каждую победу
И будет родина носить
Пуховый будничный платок.
А сколько платят на войне -
Скажите мне, и я поеду,
Чтоб увидать, как рядом с телом
Хоронят толстый кошелёк.