Ландскнехт. Во сне и наяву. 10 - 11

Ландскнехт. Во сне и наяву. 1

Ландскнехт. Во сне и наяву. 2 - 3

Ландскнехт. Во сне и наяву. 4

Ландскнехт. Во сне и наяву. 5 - 7

Ландскнехт. Во сне и наяву. 8 - 9

Из написанного в общую тетрадь с забавными котятами на обложке…

10

Когда Роланд подошёл к лавке старьёвщика, звезды на ночном небе стали бледнеть. Долго стучать ему не пришлось: Федерико открыл дверь после первого удара.

— Сеньор Муэрто, — старик низко поклонился Роланду, такое обращение он заслужил, спасши когда-то жизнь младшего сына Федерико.

— Федерико, — Роланд приобнял старика за плечи, — я же просил…

Старик жестом остановил Роланда и быстро заговорил:

— Сеньор, я вас жду. Проныра прислал уже четыре записки, и в последний раз парнишка, их доставивший, был явно озабочен.

Старик протянул Роланду смятые клочки бумаги. На трёх, словно курица лапой, было нацарапано одно и то же:

 

Гуссанос[1] съехали. Я за ними слежу.

Как только прибудут на место, пришлю посыльного.

 

В четвёртой, всё тем же корявым почерком было выведено:

 

Петушки в гнёздышке. Ждите меня в кабаке «Три пескаря».

 

Сие злачное заведение Роланд знал хорошо. Располагалось оно на окраине, у западных ворот. В «Трёх пескарях» собирались самые отпетые головорезы.

Джозе уже ждал его в кабаке.

Увидев Роланда, он махнул кабатчику и тот незамедлительно проводил их в отдельную комнату.

Войдя в тёмное помещение, Роланд поморщился: в тесной клетушке, мало того, что было темно, как у игерийца подмышкой, так ещё и воняло тухлой рыбой, луком и прокисшим пивом.

— Рассказывай. — Роланд нетерпеливо пристукнул каблуком по грязным доскам пола.

— Эти лосментикатос[2] свинтили из гостиницы, едва луна взошла на небо. Отправились они к западным воротам и дальше, по старой дороге в лес, и сеньор Муэрто, вы не поверите, куда они завернули перед этим.

Джозе хитро и как-то смущённо, что ли, посмотрел на Роланда. Он, наверное, единственный во всей Оливе знал, куда иногда отлучается Роланд. Только по поводу его знания Роланд не беспокоился, об этом Проныра не проболтался бы и на дыбе. Не одна Долорес Де ЛаВега любила окружать себя верными людьми, обязанными жизнью. Роланд спас Проныру от смерти, от очень, надо сказать, нехорошей смерти. «Портовые крысы», поймав его за руку на шулерстве, хотели разрезать ему живот, насыпать туда камней и кинуть в море, дабы посмотреть, как тот, ещё живой, идёт на дно. А Роланд его тогда выручил, правда, схлопотал при этом пару дырок в шкуре.

— Не тяни кота за яйца, — Роланд понял, куда клонит молодчик, — заезжали они в один из домов Дельгадо, я прав?

— Откуда вы знаете? — Проныра в непритворном удивлении всплеснул руками.

— Куда они после отправились? — Роланд проигнорировал вопрос.

— Ну, в свете всего вышесказанного, — Проныра пожал плечами, — вы не удивитесь, узнав, что обосновались они на асиенде Дельгадо, лигах в пятнадцати от города.

— Я так понимаю, из дома они уехали в сопровождении девушки?

Джозе пожал плечами:

— Насчёт девушки ничего не знаю, а вот тройка головорезов, увешанных оружием, их сопровождала.

Роланд нахмурился:

— Они были верхом?

— Верхом и крытый возок, кто в нём сидел – не знаю, так что, может, и была с ними какая-нибудь тиа[3].

— Кроме этих пятерых, есть ещё мужчины в доме?

Проныра задумчиво почесал кончик носа:

— Дельгадо я видел, а он, насколько я знаю, без гардов не ездит.

Ролан кивнул.

— Пятеро, охранников у него пятеро.

Джозе произвёл нехитрый подсчёт:

— Минимум одиннадцать, это если не считать привратника. Видел я его – здоровый как бык, и тесак в локоть длинной на поясе. Много.

Роланд его почти не слушал, размышляя, кого из парней стоит взять с собой на бойню. А то, что никто из обитателей асиенды живым из неё не выйдет, он не сомневался. Это даже хорошо, что Дельгадо замешан во всём этом. Роланд одним ударом прикончит двух мух. Отправит на тот свет и этих ублюдков наёмников, и муженька Изабеллы.

— Так, Джозе, с собой возьмём…

— Сеньор Роланд, — оборвал его Проныра, — никто не пойдёт на это.

Он смущённо опустил глаза.

Вот это да! Каким только Роланд его не видел: и в стельку пьяным, и голым, с двумя  шлюхами в кровати, изрезанным до полусмерти, весёлым и отчаянным, но вот смущённым – никогда.

— Почему?

— Глава, — Проныра стрельнул глазами в потолок, — он запретил.

— Что, запретил? — Роланд даже и не думал скрывать удивления в голосе.

— Всё. Он откуда-то узнал, что вы, ну, это самое, — он провёл большим пальцем по горлу, — задумали этих… Нашёл меня, не сам, конечно, через Пабло, передал, чтобы мы больше за ними не следили. Ещё тогда – днём. Все парни сразу и рассосались кто куда.

— А ты, значит… — Роланд не закончил.

Проныра кивнул:

— Я вам должен.

Роланд нервно топнул ногой по грязным доскам пола. Дело обернулось хуже некуда. Что же делать?

— Я тут подумал, — Проныра пододвинулся к нему почти вплотную и тихо зашептал, — наёмников нанять надо. У северных ворот, им глава не указ.

Роланд задумчиво постучал носком сапога по доскам пола. Пожалуй, Проныра дело говорит. Сам он об этом не подумал.

Джозе тем временем продолжил:

— В порту заведение есть. «Дикий гусь» называется. Там завсегда головорезов найти можно. Которые за звонкую монету кого хошь прирежут: хоть герцога, хоть гранда, хоть сестру родную. И порт – это не вотчина главы. Только, я так думаю, это дело побыстрее провернуть надо. Ну, найм в смысле.

Роланд задумчиво покивал:

— Быстро и аккуратно.

— Ага, пока Глава о найме вашем не прознал, и вас к себе не вызвал.

— Почему сразу не вызвал?

— Так искали вас, только никто не знал, где вы?

— А ты?

— Ха! — Проныра усмехнулся. — Меня никто не спрашивал. Кто я? Так, мелкий шулер.

— Хорошо, — Роланд протянул руку Проныре.

Тот осторожно пожал её.

— Держи. — Роланд отстегнул кошель и протянул его Джозе.

— Нет, — Проныра облизнулся, — я должен…

— Твой долг оплачен. — Роланд хлопнул жулика по плечу и сунул ему кошель в руку. — Исчезни из города на пару месяцев.

— Как скажете, сеньор Муэрто. А может, плюнете на всё? Зачем вам против Главы идти?

Роланд задумчиво произнёс:

— Нет, к сожалению, не могу, здесь замешено личное, да и воняет от всего этого премерзко. Что-то нехорошее затевается. Расскажешь, как до асиенды добраться, и вали подальше.

— Я покажу дорогу и уйду.

— Встретимся на западном тракте, в тисовой роще… — Роланд прикинул время, нужное для набора бойцов, — за час до заката. Приведи мне лошадь и оружие захвати на всякий случай.

 

11

В свой дом, находившийся недалеко от южных ворот, он крался, словно полночный ладрон[4] задами, так, чтобы никто не увидел. Но, проникнув к себе через чёрный ход, понял, что мог и не таиться. В доме его ждали.

Вольготно развалившись в его любимом кресле и попивая редкое для этих краёв, и также любимое им Хешарское пенное, его ждал Алехандро Тромпетисто[5]возио[6] Главы ночных теней.

— Проходи Кадавр.[7] — Гулко произнёс он, ставя бокал на столик с резными ножками.

— Я, Муэрото, — равнодушно откликнулся Роланд.

Трубач, единственный, кто, проявляя неуважение, позволял себе коверкать прозвище Роланда, все остальные были мертвы, но глас Главы он трогать не мог.

Пожалуй, пора это исправить, подумал Роланд. Тем более что и с Главой придётся что-то решать, так что, как говорится – но се аррепиента дела лече деррамада[8].

Он скинул плащ прямо на пол, отправил туда же шляпу и сделал шаг в сторону  Алехандро.

— Глава велел передать… — начал тот, приподнимаясь из кресла, но закончить не успел.

Змеиным движением Роланд выхватил из-за спины чинкуэду, лезвие в предвкушении крови запело песнь смерти, и в длинном выпаде вонзил похожее на иглу остриё в горло Трубача, чуть правее кадыка и резко повёл руку в сторону, вскрывая горло возио, словно умелый рыбак брюхо только что пойманной рыбины.

Алехандро захрипел, выгнулся всем телом и тут же обмяк, бессильно свесив голову на грудь.

Роланд аккуратно положил меч на столик и, взяв бутылку, с удовольствием, горло уж очень пересохло, отхлебнул прохладного вина прямо из горлышка. Он задумчиво посмотрел на мертвеца в своём кресле, на кровь, заливающую дорогую бархатную обивку и уже начавшую капать на пол, и, сделав ещё один глоток, вернул бутылку на столик.

Пора заняться изменением внешности.

Этому хитрому ремеслу он обучился двенадцать лет назад у гимнастки и помощницы метателя ножей цирковой труппы во время осады Андона. В промежутках между дежурством на городской стене и муштрой солдат он бегал к смуглой гладкокожей Алисии в цирковой фургончик, раскрашенный в весёлые жёлто-оранжевые цвета. Там они предавались любви, перемежая любовные баталии уроками по накладыванию грима и метанию ножа. Тот месяц, вялотекущую осаду, в конце концов, сняли, он запомнил навсегда. Эти тридцать дней были, пожалуй, самыми светлыми в его тогдашней жизни наёмника. Никаких битв и смертей, редкие перестрелки с осаждающими были не в счёт, только солдатская рутина и постельные сражения с черноволосой красавицей.

Умения изменять внешность, потом, по прибытии в Оливу, ему очень пригодилось. Не все дела, проворачиваемые Роландом под покровом ночи, можно было делать без маскировки. Да и начинал он в Оливе свою карьеру ночной тени, не с самых низов, конечно, но и на собрания братства его пустили не сразу.

Роланд достал ящик с гримёрными принадлежностями, открыл и придирчиво осмотрел коллекцию усов, бород и накладных волос. Выбрав понравившиеся, он пристроился перед серебряным зеркалом и принялся за работу. Через полчаса преображение было закончено. Из отполированного металла на Роланда смотрело чужое лицо. Глаза остались прежними, а вот всё остальное…

Усы, обрамлявшие рот, переходили в густую бороду, тянущуюся до самых висков, совершенно преобразили его лицо, светлые волосы он спрятал под платок, а брови перекрасил в тёмный цвет. Пожалуй, теперь его не узнала бы и родная мать. При воспоминании о матери Роланд тяжело вздохнул.

Закончив с маскировкой, он начал переодеваться.

Элегантный светлый наряд благородного идальго сменился на одежду простою, но добротную. Вместо шелковой камисы – хлопковая рубаха со стоячим воротом. Бриджи и элегантные туфли сменили плотные тёмные штаны и мягкие сапоги. Из прежней одежды Роланд оставил только колет со вшитой кольчугой. Напоследок он надвинул на самые глаза рыбацкую шляпу, с широкими вислыми полями, надёжно скрывающими преображённое лицо от досужих взглядов. Длинный плащ из грубой ткани спрятал прицепленный на пояс кальцбальгер и два пистоля.

Роланд помедлил и, отодвинув шкаф с книгами, снял одну половицу, ту, что возле самой стены. Запустив в дыру руку, он достал увесистый кошель, прикинул в ладони: около полусотни золотых, для наема маловато будет. Он достал ещё один, так, пожалуй, в самый раз будет, и прицепил оба кошеля на пояс. После, вернув половицу и шкаф на место, покинул дом.

 


[1] Гусано – буквально червь (зд. мешок дерьма).

[2] Лосментикатос – идиоты.

[3] Тиа – здесь девушка.

[4] Ладрон – вор.

[5] Тромпетисто  – трубач.

[6] Возио – голос (здесь человек, через которого глава передаёт приказы подчинённым).

[7] Кадавр – мертвец.

[8] Но се аррепиента дела лече деррамада – не жалей пролитого молока (дословно) – аналог – снявши голову, по волосам не плачут.

CreepyStory

11.2K постов36.2K подписчика

Добавить пост

Правила сообщества

1.За оскорбления авторов, токсичные комменты, провоцирование на травлю ТСов - бан.

2. Уважаемые авторы, размещая текст в постах, пожалуйста, делите его на абзацы. Размещение текста в комментариях - не более трех комментов. Не забывайте указывать ссылки на предыдущие и последующие части ваших произведений.  Пишите "Продолжение следует" в конце постов, если вы публикуете повесть, книгу, или длинный рассказ.

3. Посты с ютубканалов о педофилах будут перенесены в общую ленту. 

4 Нетематические посты подлежат переносу в общую ленту.

5. Неинформативные посты, содержащие видео без текста озвученного рассказа, будут вынесены из сообщества в общую ленту, исключение - для анимации и короткометражек.

6. Прямая реклама ютуб каналов, занимающихся озвучкой страшных историй, с призывом подписаться, продвинуть канал, будут вынесены из сообщества в общую ленту.