Кривда⁠⁠

Егору Ивановичу только и оставалось, что тихо сидеть в машине и покорно ждать своей участи. Полицейские приехали конечно же не одни, а при полном параде: сначала три пожарные машины на большой скорости подъехали к проходной с разных сторон и перегородили ворота, затем полицейские уазики в количестве восьми штук встали за пожарными машинами и всё это сзади подпёрли машинами скорой помощи.

Кадышев глазом не успел моргнуть как оказался внутри круга из служебных автомобилей, отчего потерял всякую надежду на благополучное разрешение ситуации. Ай, ну и ладно. Всё равно его жигуль не заводится. А что они ему могут предъявить? Спросят за аккумуляторы? Но они же не видят, правильно? Потому что если бы видели то давно бы уже пресекли это прокатное блядство.

Великанам пофиг: жёлтые, фиолетовые - для них все зелёные. Как в том анекдоте, про автобус и негров.

Позади протяжно затарахтел дизель и Егор Иванович испуганно оглянулся. В круг на автостоянке заезжала фура. Чёрный фургон.

Ну точно, чудовищ собрались бить. Что им до него, он так, мелкая рыбка, а вот этим серебристым и искристым, сейчас мало не покажется.

Один из полицейских вышел в центр и начал раздавать приказания. Кадышев его сразу узнал - ну конечно же капитан Салтыков. Как же без него, в любой жопе затычка. Фура начала разворачиваться. Вокруг неё забегали полицейские и пожарные с топорами.

Да кого же они привезли? — изумился Егор Иванович наблюдая как один из полицейских вытащил из грузовика пульт управления на гибком проводе и принялся нажимать на кнопки.

Стенки фургона упали наружу и он увидел внутри некую скульптуру. Кадышев прищурился, а затем перевёл взгляд на свои пальцы и пересчитал их. Пять. Снова посмотрел на скульптуру, потом снова на свои пальцы. Десять. Что происходит? У него не может быть на одной руке десять пальцев! Так, стоп, а сколько у него рук? Это...Что за ерунда? В голове путается. Это скульптура...Для чего она? Что она такое? Почему он не может сконцентрировать на ней своё внимание? А кто не может? Кто он такой? Кто - я такой?

Кадышев закрыл ладонями своё лицо и отвернулся. Что бы он такое не увидел - про это не следовало даже думать иначе можно навсегда потерять память. Вот встрял так встрял, спасибо большое, Конченый!

Он не мог смотреть на происходящее и только слушал. Судя по выкрикам и командам мент Салтыков организовывал ударную группу. Им было срочно нужно какое-то оружие. Что ещё за квантовые топоры?

Егор Иванович на секунду повернул голову и снова отвернулся. Ага. Так смотреть можно. Если не вглядываться. Менты и пожарные кидали на платформу топоры и автоматы. Это что, какой-то ритуал?

Только он об этом подумал, как вокруг загудело, да так сильно, что он оглох и ослеп, а потом во рту появился солоноватый привкус. Кажется он прикусил язык...Чей язык...Что такое - язык... И наступило беспамятство.

*****

Три зеркала на трюмо. Три. Одно центральное, а остальные на створках. Если стоять у окна, то со стороны отражений в зеркалах тебя не видно, но в этом-то и смысл! Веня обещал себе больше не удивляться и проспорил самому себе. Не прошло и пяти минут, как отражения подставной бабушки изменились. Вернее, не все, а только одно - центральное. В отражениях на створках по-прежнему корчился Вова-трансвестит и на все лады говорил - "Кушать подано", а вот в центре ему вторила другая харя. Она тоже была в парике и с напудренным носом, но Абрикосов был готов поклясться - это не Вова! Это кто-то ещё. Надо бы испугаться...

Отражение в трюмо казалось уловило его последнее желание и из зеркала вылезла длинная костлявая рука крепко ухватившая за горло поддельную бабушку.

— Ку..!

— Убью! Душу выну! — пообещало отражение Вове Радио. — Никто не имеет права сидеть на моём месте и пародировать меня! Никто! Слово Силы...

Хрясь! Дзинь.

Абрикосов и моргнуть не успел, а бдительный Игорёк оказался уже тут как тут и ударил по руке своим молотком разбив её буквально в дребезги.

— А-А-А!!! — завыло отражение в зеркале заваливаясь на спину и придерживая обрубок целой рукой. — Конченый! Сука - Конченый!

— Что, не ждала бабуся? — усмехаясь спросил очкарик обращаясь непосредственно к отражению. — А я за тобой. У меня для тебя новая роль. Как насчёт "сыграть в ящик"?

Это что, ведьма? — сам себя спросил Веня. Какая-то она, не очень. А где зелья, порошки, нос крючком и фамильяр на плече? Нет, отражение точно было старухой, но ничего сверхъестественного, кроме внезапного скримера с появлением... Ах-да, молоток и рука словно из хрусталя, только кусочки посыпались. У него, помнится, точно так же лопнуло огнеупорное стекло в духовом шкафе. В таракана целился, ложкой по нему звяк, а стекло треснуло и осыпалось. Неизвестно кто тогда больше удивился: таракан или он?

Точно - теперь вся ясно. Это всё из-за молотка. Пока он в руках у Игорька, совершенно невозможно критически мыслить. Происходит подмена субъективных представлений и самый настоящий кретинизм. Нужно постоянно повторять в уме каждое его действие, как таблицу умножения и только тогда можно обойти это зловещее колдовство. А то ведь, он к примеру: будет рядом с ним маму его убивать, а он, Веня будет стоять и оправдывать. Так. Начнём заново. В зеркале ведьма. Она высунула руку и вцепилась в горло нечастного Вовы, а Игорёк её разбил. Мустафа дорогу строил, а Жиган по ней ходил. Мустафа по ней поехал, а Жиган его убил... Да етить-колотить! Нельзя руку через зеркало просунуть! Она - настоящая ведьма! Всё происходящее - реальный пиздец!

А очкарик, тем временем, ударил ещё два раза: по правому и левому зеркалу. Осталось только одно среднее и когда он занёс над ним молоток старуха из отражения заверещала словно заяц, которого поймали за шкирку.

— Не губи, Игорёшенька! Помилосердствуй! Я ить, тебя жалела. Я тут, совершенно не при делах. Это всё Стелла!

— Знаю, — очкарик оскалился. — А знаешь откуда знаю? Стелла разыскала меня в лабиринте и указала мне на одно дерево. Скушай, говорит, жёлудь с него и ты пройдёшь лабиринт с полпинка. Я и скушал. Эх, лучше бы я его не кушал. Знаешь, что это за дерево такое, а?

— Не губи! — взвизгнула харя из зеркала. — Нельзя семечко из головы вытащить, но я могу облегчить боль...У меня есть средства. Ты познаешь сладкое забвение...

— Но я не хочу забвения, — пожал плечами очкарик. — Мне нужен мой страх, а ты мне его дать не сможешь, я же теперь сказочный. Я, как вы. Однако, я, не как вы. Я настолько потерял страх, что хочу личной встречи с хозяином лабиринта. Можешь организовать, а? А???

Последний вопрос он аргументировал новым угрожающим взмахом молотка и старуха в отражении испуганно съёжилась.

— Нельзя Игорёчек, никак нельзя. Он стоит выше нас, он на другой стороне. Мы по эту сторону, а он по другую.

— Вот и жёлудь в моей башке с тобою согласен, — постучал указательным пальцем свободной руки по виску очкарик. — Плод познания утверждает, что убив вас троих, я смогу открыть дверь на другую сторону. Вы ведь тут на страже стояли, ну когда-то давно, пока не обленились и не охуели от безнаказанности, но теперь я вернулся. Вы хотели сделать из меня послушную собачку? АВ-АВ! А собачка бешеной оказалась. Ну, а теперь закончим Вагнером - "Смерть Изольды"... Щас я тебя...

Веня, который конечно к разговору прислушивался, но больше был занят тем, что повторял в уме последние события, несколько прозевал момент, когда Игорёк нанёс свой последний удар. Именно что прозевал, потому что замахиваясь тот споткнулся и упал под трюмо. Как это вышло было совершенно непонятно: вот он замахнулся и вдруг пропал.

Это всё молоток, нет? — подумал он вглядываясь в опустевшее зеркало. Ведьма в отражении испарилась и только под трюмо, в нише возился Игорёк неуклюже отпихивая от себя ноги мёртвого Вовы Радио.

Только сейчас до Абрикосова дошло, что Вова мёртв. Мёртв окончательно и бесповоротно, потому как раны на его шее и кровь стекавшая по женской одежде свидетельствовали об этом. Несчастный случай. Зеркало лопнуло и осколком порезало шею. Прямо в артерию. Какая нелепость. Наверное самолёт пролетал низко и...

Да кому ты чешешь?!! — рявкнул он сам на себя. — Ты ещё инопланетян приплети, дебил из службы проката. Вову убила ведьма и ты это запомнишь. Запомни! Рука из стекла, ведьма из зеркала, смерть Изольды...Ой, а она кажется сбежала.

— Ведьма сбежала, — негромко сказал он обращаясь к Игорьку, который до сих пор не поднялся на ноги.

— Спасибо Кэп. Ты кстати не видел, кто меня толкнул? — поинтересовался маньяк-убийца.

— Неет. Ты замахнулся, а потом упал.

— Странно.

Очкарик поднялся на ноги и отряхнулся от осколков мелкого стекла.

— Я готов поклясться, что меня толкнули. Но самое странное, что я этого не предвидел.

— Это из-за жёлудя? — уточнил Веня подходя ближе и осматриваясь по сторонам.

Очкарик не отвечал. Он вглядывался в опустевшее зеркало в котором теперь они оба не отражались. Абрикосов стоя за его спиной помахал рукой проверяя, не обман ли это? Нет, всё верно. Отражалась только часть гримёрки.

— Мы вампиры, — резюмировал Веня. — Я всегда мечтал о бессмертии.

— Дурак, — оглянувшись на него сказал Игорёк. — Менты оказали нам медвежью услугу. Они привезли с собой Кривду-Матушку.

— Чего? А что это?

Игорёк смачно харкнул в зеркало и несколько секунд наблюдал затем как стекает по стеклу густая слюна.

— Грубо говоря, это подобие богини Лжи. Кукла Вуду. Она накрыла мясокомбинат полем квантовой неопределённости. Лучшее средство против тех кого нельзя убить обычным оружием. Теперь наши сказочные менты вооружены сказочным оружием, а сказочные пидарасы известные так же, как "Двое из ларца" - сейчас получат сказочных пиздюлей. Понимаешь?

Абрикосов замотал головой показывая, что он ничего не понимает. Очкарик вздохнул и подошёл к окну.

— Там внизу спит Мясная фея, — сообщил он глядя в окно. — Чтобы сбежать, нам придётся разбудить её. Для этого нам потребуются бутылка крови и меткий бросок. Веник, у тебя при себе сколько крови?

Абрикосов попятился.