Краковские бабочки
Предисловие: этот бред написан по просьбе, вроде как челендж для меня. А вообще - любая работа это работа, мне плевать, лишь бы не моя девушка и не моя дочь.
Ночные улицы обычного города. Культурного центра этой паршивой страны. Как вообще у людей поворачивается язык называть этот, пропавший в упадке чёрного наркотического и алкогольного угара, грязной непрекращающейся борьбы за место под ночным светилом, город - культурной мессией среди прочих ему равных? Люди здесь озлобленные, грязные, отвратительные по своей сути. Улыбку от неизвестного тебе прохожего человека можно увидеть только после того как прочувствуешь внутри себя скрежет заржавевшего и годами не точеного лезвия по своим костям.
Всё в руках людей. Обычных людей, самых простых, таких же как вы, таких же как я. Всё в наших руках. Но эти руки заняты поглощением тонн фастфуда, эти руки измазаны грязными деньгами за которыми мы с яростным пламенем в глазам бегаем в алчном безумии. Эти руки мы готовы запустить в любое дерьмо которое может нам принести мнимое и временное счастье. Этими руками мы ублажаем себя, эти руки мы покупаем у, прекрасных с виду но разлагающихся изнутри, местных шлюх, облепивших центр этого изначально прекрасного места. Люди по природе своей не более чем алчная и чрезмерно гордая грязь под ногтями Создателя.
Шлюхи. Самая древняя профессия. Их даже можно разделить по определённой иерархии: портовое отребьё, за которое не может со спокойной душой взяться до чёртиков упиый и не далёкий умом имбицил; шлюха обыкновенная - разновидность бабочки ночной, шлюха среднестатистическая, к услугам коих прибегают тысячи людей, боясь признаться в этом даже самим себе, основной источник рождаемости всего того отребья что можно встретить на ближейшей к вам помойке; конечно же шлюха “элитная”, содержанка - как вам угодно - высший сорт продажной промежности за которой табунами готовы бегать в поисках иллюзорной любви любое поколение чёртовых членоносцев на нашей планете.
Грязный мусор нашего города, от которого я пытаюсь его избавить. Я не приемлю, общепринятых нашим обществом, попыток искоренить это явление путём попыток перевоспитания этих якобы представительниц прекрасного пола мира нашего. Я не работаю в какой-либо кутузке и не гоняюсь за этими дырками, втайне присовывая первой понравившейся притворнице. У меня свой способ, приносящий особое удовольствие, в разы превосходящее по остроте ощущений любое испытанное когда-либо вами наслаждение.
Убийство - страшное слово для большинства из нас, но не для мея. Для меня это дело благородное, требующее духовной решимости и душевной чистоты. Убийство шлюх. Истребление этой нечисти, разносчика болезней ведущих людей к смерти, засоряющих и без того далёкий от идеала человеческий генофонд.
Самый верный способ провернуть подобную очистку города - действовать скрытно, действовать в момент их привычного времени работы - ночью, ведь наше общество не приемлет подобного способа решения вопросов и проблем, хотя я искренне не понимаю почему это должно быть уголовно наказуемо. Четыре или пять утра - лучшее время. Тот самым момент когда часть любителей подебоширить в ночное время суток уже или валяется с непереносимой дозой алкоголя в крови в подворотне или уже разошлись домой, остыпаться перед тяжёлыми трудовыми буднями на благо нашего великого общества. Ни раньше, ни позже.
У меня нет критериев выбора жертвы. Никаких. Все они одинаково бесполезны для нашего процветания. И всё равно придётся изничтожить каждую из них, без права выбора. А потому стоит мне завидеть хоть одну шлюху - жертва уже определена.
Хорошо когда они сразу свободны, но случается и такое что прежде чем сделать “заказ к своему столику” приходится простоять в очереди, в ожидании своей порции вяленого мяса. Это не приятно, но в оттягивании момента полного блаженства тоже есть своя прелесть.
Главное притвориться клиентом, быть самим собой, ведь я тоже падок на женские прелести, а потому особого труда это не стоит. Цена, место, время, условия. Оговаривается всё быстро и без проблем, ведь я пришёл не за её услугами, у меня свои цели.
И вот, её номер. Она удаляется в ванную что бы совершить некоторые приготовления, что мне только на руку - ведь убийство - процесс священный и мне тоже нужно время что бы войти в состояние упиения процессом.
Она выходит, покачивая бёдрами подходит к постели, на которой сижу я, по пояс укрытый покрывалом, якобы стесняясь, в неистовом нетерпении сжимая в руке рукоятку своего ножа. Запах её приближающегося тела доносится до меня, пробуждая во мне желание, но желание другого плана. И наконец она садиться рядом, перед моими глазами пелена.
Обрывочное изображение потрясло бы обычного представителя ячейки нашего общества, но я упиваюсь каждым воспоминанием об этом - в жиком порыве любви к своему делу я набрасываюсь на её тело. Ничего ещё не понимая, шлюха воспринимает это как обычную сексуальную несдержанность и робко улыбается своими потрескавшимися от постоянного курения и обветривания губами, я смеюсь ей в лицо оскалом зверя после удачной охоты. Всё уже решена, она подо мной и никуда уже не денется. Струя её обжигающей и липкой крови практически попадает мне в левый глаз, но рефлесы не подводят и глаз смыкается вовремя, что бы я имел возможность наслаждаться продолжением банкета.
Вытаскивая нож из её горла я делаю ещё три решительных, отмеренных годами удара: грудь - прямиком в погрязшее в грязи сердце, левое ухо - прекратить её страдания, ведь когда-то она возможно ещё была достойным человеком, правый глаз - за личную обиду, за то что она занялась этим “ремеслом”.
А дальше всё просто, главное вовремя выйти из блаженного транса успеть разделать тело глупой девчёнки. Разделать на мелкие кусочки, чем меньше - тем сложнее найти, а лучшее - оставить себе, ведь мне тоже нужно питаться, а в номере есть прекрасная кухня...
Ночные улицы обычного города. Культурного центра этой паршивой страны. Как вообще у людей поворачивается язык называть этот, пропавший в упадке чёрного наркотического и алкогольного угара, грязной непрекращающейся борьбы за место под ночным светилом, город - культурной мессией среди прочих ему равных? Люди здесь озлобленные, грязные, отвратительные по своей сути. Улыбку от неизвестного тебе прохожего человека можно увидеть только после того как прочувствуешь внутри себя скрежет заржавевшего и годами не точеного лезвия по своим костям.
Всё в руках людей. Обычных людей, самых простых, таких же как вы, таких же как я. Всё в наших руках. Но эти руки заняты поглощением тонн фастфуда, эти руки измазаны грязными деньгами за которыми мы с яростным пламенем в глазам бегаем в алчном безумии. Эти руки мы готовы запустить в любое дерьмо которое может нам принести мнимое и временное счастье. Этими руками мы ублажаем себя, эти руки мы покупаем у, прекрасных с виду но разлагающихся изнутри, местных шлюх, облепивших центр этого изначально прекрасного места. Люди по природе своей не более чем алчная и чрезмерно гордая грязь под ногтями Создателя.
Шлюхи. Самая древняя профессия. Их даже можно разделить по определённой иерархии: портовое отребьё, за которое не может со спокойной душой взяться до чёртиков упиый и не далёкий умом имбицил; шлюха обыкновенная - разновидность бабочки ночной, шлюха среднестатистическая, к услугам коих прибегают тысячи людей, боясь признаться в этом даже самим себе, основной источник рождаемости всего того отребья что можно встретить на ближейшей к вам помойке; конечно же шлюха “элитная”, содержанка - как вам угодно - высший сорт продажной промежности за которой табунами готовы бегать в поисках иллюзорной любви любое поколение чёртовых членоносцев на нашей планете.
Грязный мусор нашего города, от которого я пытаюсь его избавить. Я не приемлю, общепринятых нашим обществом, попыток искоренить это явление путём попыток перевоспитания этих якобы представительниц прекрасного пола мира нашего. Я не работаю в какой-либо кутузке и не гоняюсь за этими дырками, втайне присовывая первой понравившейся притворнице. У меня свой способ, приносящий особое удовольствие, в разы превосходящее по остроте ощущений любое испытанное когда-либо вами наслаждение.
Убийство - страшное слово для большинства из нас, но не для мея. Для меня это дело благородное, требующее духовной решимости и душевной чистоты. Убийство шлюх. Истребление этой нечисти, разносчика болезней ведущих людей к смерти, засоряющих и без того далёкий от идеала человеческий генофонд.
Самый верный способ провернуть подобную очистку города - действовать скрытно, действовать в момент их привычного времени работы - ночью, ведь наше общество не приемлет подобного способа решения вопросов и проблем, хотя я искренне не понимаю почему это должно быть уголовно наказуемо. Четыре или пять утра - лучшее время. Тот самым момент когда часть любителей подебоширить в ночное время суток уже или валяется с непереносимой дозой алкоголя в крови в подворотне или уже разошлись домой, остыпаться перед тяжёлыми трудовыми буднями на благо нашего великого общества. Ни раньше, ни позже.
У меня нет критериев выбора жертвы. Никаких. Все они одинаково бесполезны для нашего процветания. И всё равно придётся изничтожить каждую из них, без права выбора. А потому стоит мне завидеть хоть одну шлюху - жертва уже определена.
Хорошо когда они сразу свободны, но случается и такое что прежде чем сделать “заказ к своему столику” приходится простоять в очереди, в ожидании своей порции вяленого мяса. Это не приятно, но в оттягивании момента полного блаженства тоже есть своя прелесть.
Главное притвориться клиентом, быть самим собой, ведь я тоже падок на женские прелести, а потому особого труда это не стоит. Цена, место, время, условия. Оговаривается всё быстро и без проблем, ведь я пришёл не за её услугами, у меня свои цели.
И вот, её номер. Она удаляется в ванную что бы совершить некоторые приготовления, что мне только на руку - ведь убийство - процесс священный и мне тоже нужно время что бы войти в состояние упиения процессом.
Она выходит, покачивая бёдрами подходит к постели, на которой сижу я, по пояс укрытый покрывалом, якобы стесняясь, в неистовом нетерпении сжимая в руке рукоятку своего ножа. Запах её приближающегося тела доносится до меня, пробуждая во мне желание, но желание другого плана. И наконец она садиться рядом, перед моими глазами пелена.
Обрывочное изображение потрясло бы обычного представителя ячейки нашего общества, но я упиваюсь каждым воспоминанием об этом - в жиком порыве любви к своему делу я набрасываюсь на её тело. Ничего ещё не понимая, шлюха воспринимает это как обычную сексуальную несдержанность и робко улыбается своими потрескавшимися от постоянного курения и обветривания губами, я смеюсь ей в лицо оскалом зверя после удачной охоты. Всё уже решена, она подо мной и никуда уже не денется. Струя её обжигающей и липкой крови практически попадает мне в левый глаз, но рефлесы не подводят и глаз смыкается вовремя, что бы я имел возможность наслаждаться продолжением банкета.
Вытаскивая нож из её горла я делаю ещё три решительных, отмеренных годами удара: грудь - прямиком в погрязшее в грязи сердце, левое ухо - прекратить её страдания, ведь когда-то она возможно ещё была достойным человеком, правый глаз - за личную обиду, за то что она занялась этим “ремеслом”.
А дальше всё просто, главное вовремя выйти из блаженного транса успеть разделать тело глупой девчёнки. Разделать на мелкие кусочки, чем меньше - тем сложнее найти, а лучшее - оставить себе, ведь мне тоже нужно питаться, а в номере есть прекрасная кухня...