Каторга⁠⁠

Горсть холодной сырости ворвалась в приоткрытую форточку овального окна и разлетелась по комнате. Мариус проснулся и лениво открыл глаза. По оконным стёклам сползали капли, доносился рёв воды, свист ветра и глухие удары буйных волн о скалы. Зевнув, премьер-агент встал, закутался в одеяло и подошёл к овальному окну. За ним бушевало море.

Шторм, последний шторм лютой зимы пришёл на закате. Огромные волны неспешно и неумолимо одна за другой обрушивались на гранитные скалы, забрасывая на них пенистые солёные гребни. Уходившее за мутный горизонт кровавое солнце расплывалось в багровом тумане мельчайших капель воды, зависших над морем.

Ещё двадцать лет назад свирепые волны, мчавшиеся к берегу, спотыкались и раздирались на бесформенные водовороты и пенные потоки десятками колоссальных железобетонных кубов, преграждавших им путь. Но разведка выяснила, что они служили якорем вторжения Мерзости и за несколько часов волноломы разрушили ультразвуковые бомбы. Сейчас ничто не мешало шторму бросать миллионы тонн разъярённой воды на берег.

Порыв дикого ветра, примчавшийся с океана, подхватил пену с высоченной крутой волны, поднявшейся для удара и бросил её на городок, возведённый на скалах. Она-то, хлестнув по овальным окнам двухэтажного дома, и разбудила Мариуса.

В комнате было холодно и спать уже не хотелось. Он включил старенький камин – допотопная модель homefusion, и кофеварку. Пока комната не нагрелась, надо успеть покурить. Кайф от табака лучше на холоде, чем в тепле. Мариус с удовольствием вдохнул горячий дым и выпустил его толстой струёй в сторону окна.

За обрывом гранитных скал, построенных тысячи лет назад, буйствовали волны. Солнце всё никак не могло упасть в мутную пелену горизонта, но вот с юга диким экспрессом принеслась огромная туча и закрыла свет. Полил дождь, шторм начал утихать.

Докурив сигару, Мариус принялся за кофе, горький, без сахара. В голове начало шуметь, непреклонный кофеин разгонял кровь, застоявшуюся за двое суток беспробудного сна. Наконец Мариус ощутил тепло в груди; остатки сил, почти до конца вытряхнутые в жуткой битве с Мерзостью, сообщали – ты уже можешь двигаться, а нам нужна энергия.