Глава 3. Погоня
Бойня продолжалась несколько часов, и натиск не начинал заметно спадать. Тела инкритов застилали всю поверхность местности. Новые волны шли по трупам своих сородичей, однако визуально их становилось значительно меньше. Гвидон уже стоял по щиколотку в сине-зелёной жидкости. Цвет его брони полностью изменился, став мутно-зелёным, а топор раз за разом рассекал воздух со свистом, отделяя части тел врагов. Он наслаждался происходящим и не показывал даже намёка на усталость.
Так бы продолжалось ещё неизвестно сколько времени, если бы внезапно не послышались взрывы и звуки выстрелов. Гвидон обернулся и увидел, как сзади приближаются отряды союзных сил в сопровождении боевой техники и дронов. Те обрушивали на противника настоящий дождь из плазмы, лазеров и ракет. Град залпов сметал остатки инкритов, а Гвидон двинулся вперёд, добивая тех, кто уцелел после огня.
При массированной огневой поддержке им удалось уничтожить всех врагов за час, а затем добить оставшихся в живых. Люди не проявляли жалости, методично устраняя одну цель за другой.
Когда последний из инкритов перестал двигаться, к Гвидону подошли несколько бойцов, среди которых был офицер. Он вышел вперёд, протянул Гвидону руку и представился:
— Меня зовут капитан Андрэа Форрис, и я хочу поблагодарить тебя от лица сил обороны Раденея за твою доблесть! Ты — один из сверхсолдат? Как тебя зовут и откуда ты вообще здесь появился?
— А я — Гвидон Цехис, наёмник из ВиЭл. Я здесь с официальным заданием.
Капитан посмотрел на него:
— Та гора тел — твоя работа?
— Это я сделал. И что? — небрежно ответил Гвидон.
Офицер осёкся. Он окинул взглядом фигуру наёмника, что было заметно по движению его головы. Гвидон был полностью покрыт зелёной жижей, кусочками панцирей и внутренностями. Было очевидно, что он не шутит. Но эта грубость ничуть не испортила настроение капитану.
— Чёрт, парень, да ты герой, мать его! Эти твари осаждают нас уже несколько дней подряд, и у нас не было даже мгновения на передышку. Связь не работает ни хрена, подкрепление не вызвать, а эти твари всё ползут и ползут. Благодаря тому, что ты здесь их удерживал, мы смогли расправиться с осаждающими отрядами, перегруппироваться и прямо здесь, в поле, накрыть их всех разом. И, чтоб я сдох, неужели ты их просто этим рубилом укладывал?!
— Да, именно так, — спокойным и безучастным тоном ответил он, словно ему не был интересен ни разговор, ни сам офицер.
— Нда, если бы тебя прислали ко мне чуть раньше, мы бы уже давно тут всё зачистили. Да будь у меня десяток таких ребят, я бы уже давно весь Кеттл и окрестности зачистил. Где же вашу братию такую кормят только? Ах-ах-ах! — заливисто засмеялся Андрэа. Он остановился и, успокоившись, продолжил: — Хоть я и не получал никакой информации о подкреплении из-за отсутствия связи, но всё равно чертовски рад, что ты тут.
— Нет, я направлялся в Вашенг на банке, но увидел, что внизу происходит интересная движуха, ну и решил сойти, — перебил его Гвидон.
— Ну, неважно почему. Главное, что ты оказался в нужном месте в нужное время.
— Рад был помочь. Хотелось бы остаться подольше, но, прошу прощения, мне пора на основное задание, — закончив эту фразу, Гвидон посмотрел на свою перчатку, где был встроен небольшой экран, представляющий собой персональный компьютер. — Определить моё местоположение и проложить маршрут до Вашенга, — произнёс он.
Спустя некоторое время он понял, что не мог определить ни своего местоположения, ни даже просто установить связь.
— Ты меня не слушал, да? Бесполезно, — сказал Форрис и пожал плечами. — Связи нет, а навигация работает на честном слове. Но ты не волнуйся, отсюда добраться можно по прямой, — он указал рукой направление. — Двигайся до упора, пока не упрёшься в огромную гору. Ты её увидишь издалека, не пропустишь. От неё двигайся по правую сторону, и там увидишь Завод. Местность — сплошная равнина, так что ты за десяток километров увидишь строения. Это и будет Вашенг.
— Благодарствую! Тогда я пошёл, — с этими словами он спрятал топор за спину и уже уверенным шагом направился в ту сторону, куда указал капитан.
— Погоди, может, с тобой отправить несколько моих людей?
— Нет, они лишь задерживать меня будут. Одному будет проще.
— Стой, я так не могу. Ты нас очень выручил и сэкономил просто уйму техники и людей. Дай хоть как-то тебя отблагодарить, — он подозвал одного из солдат и обратился к нему: — Сержант, передайте ему «Стрелу».
Сержант показал жестом, что приказ принят, и пошёл в сторону танка. Он нажал на дисплей, расположенный на борту танка, после чего открылся отсек, откуда выехал двухколёсный вездеход, напоминающий по своему строению мотоцикл, но покрытый бронёй и оснащённый колёсами, в несколько раз превышающими размеры стандартных транспортных средств. Он сел за руль, нажал на кнопку зажигания, и машина взревела.
Форрис утвердительно кивнул:
— Бери, не обижай. На нём ты быстро доберёшься.
Солдат встал и уступил место Гвидону. Тот сел на мотоцикл, и машина слегка просела под его весом. Взявшись рукой за рулевую ручку, он провернул её на пол-оборота, и двигатель взревел ещё громче.
— Вот это хорошее приобретение. Постараюсь вернуть в целости, но не обещаю. Если что — выписывайте счёт на ВиЭл, они оплатят. Ну всё, удачи, капитан!
Закончив фразу, Гвидон резко газанул. Мотоцикл вздыбился на заднее колесо и рванул вперёд на огромной скорости. Оба колеса оставили после себя длинный шлейф пыли. Спустя несколько мгновений его фигура скрылась вдали.
Стоявший рядом солдат обратился к своему старшему по званию:
— Капитан, он разве не знает, что там красная зона?
— Не думаю. Но вряд ли это его остановит. Этот персонаж не из тех, кто слушает предостережения и запреты. Да и ты видел, как он их рубил? Если там что-то и есть, то у него явно возможностей больше, чем у нас. Пусть он немного их подсократит — нам же меньше будет работы.
Он отдал приказ, и колонна техники начала разворачиваться, а люди пошли в обратную сторону — туда, откуда приехал Гвидон. Капитан же, в последний раз бросив взгляд на удаляющуюся точку вдали, подумал про себя: «Нда, жалко этого дурачка, но ничего не поделаешь: кто-то должен там разобраться». С этой мыслью он громко хмыкнул и сел в свой вездеход, который, поднимая пыль из-под шин, поехал вдоль колонны.
На огромной скорости равнина проносилась перед глазами, но пейзаж не менялся. Единственное, на что можно было смотреть, — огромная одинокая гора, которая, казалось, не приближалась ни на метр.
Гвидон смотрел на экран, расположенный на рулевой системе. Он заметил, что дисплей некорректно отображает ни скорость, ни местоположение, ни даже банальное время: всё мерцало и рябило.
«Что происходит? — подумал он. — Словно что-то глушит сигналы, и техника сходит с ума. И чем ближе я приближаюсь к цели, тем сильнее всё искажается. Что вообще происходит?»
Он остановился и начал поворачивать руль в разные стороны, наблюдая за дисплеем. Внешне, казалось, ничего не менялось, но, пробуя различные углы и направления, Гвидон заметил, что в какой-то момент дисплей начал рябить сильнее.
— Вот оно. Значит, двигаемся туда.
Он снова повернул руль, и мотоцикл сошёл с первоначального пути. С каждым километром дисплей рябил всё сильнее. Символы на экране хаотично то исчезали, то появлялись вновь, пока экран окончательно не погас.
Стало понятно, что он двигался в правильном направлении. И он не ошибся.
Сначала ему показалось, что вдали, посреди бескрайней пустоши, появился странный нарост, напоминающий кочан цветной капусты, только в тысячи раз больше. Он пульсировал, отвратительно то втягиваясь внутрь, то, наоборот, раздуваясь, словно бычье лёгкое. Приблизившись ещё ближе, он заметил большое скопление инкритов. Они сновали, словно муравьи вокруг муравейника, осторожно патрулируя окрестности в поисках пищи. Что бы это ни было, Гвидон понимал: ему нужно именно туда.
Он двинулся на полной скорости, не пытаясь хоть как-то скрыть своё присутствие. Вдалеке уже была заметна нарастающая активность — инкриты реагировали на его приближение. Теперь это были уже не далёкие фигуры, а огромное множество существ, несущихся на бешеной скорости прямо ему наперерез. Словно клякса, стекающая по стеклу, они хлынули в его сторону — прямо на Гвидона. Их ряды растянулись, сужаясь по мере приближения к нему, и все, как один, были готовы к атаке.
— Рачье, ссаное! Сразу видно, что у вас мозгов не больше, чем у креветок! — громко вскрикнул Гвидон.
С этими словами он резко повернул мотоцикл и с такой силой ударил ногой по земле, что его вместе с байком подкинуло на несколько метров в сторону. С грохотом приземлившись, он тут же набрал огромную скорость и по касательной обогнул всю толпу. Икнриты, увлечённые движением толпы, никак не могли осознать, что их цель уже оказалась у них в тылу.
В его сторону полетели залпы кислоты, от которых он ловко уворачивался, маневрируя на мотоцикле из стороны в сторону. Инкриты прыгали на него, пытаясь собственными телами остановить его продвижение, но он разил их топором, отчего тела разлетались на куски в разные стороны. Пробиваясь на огромной скорости через их ряды, он смог прорваться сквозь первую волну. После этого перед ним открылся вид на огромную капусту— или на то, что до сих пор казалось ему капустой. С такого расстояния Гвидон не мог поверить своим глазам. Это был не естественный природный ландшафт и даже не искусственное сооружение, а огромное живое существо.
Он сильнее выкрутил ручку и ускорился, пытаясь на полной скорости влететь в эту гору мышц и студенистой субстанции. Но не успел он приблизиться даже на сотню метров, как из-под этой массы, подобно пружинам, выпрыгнули массивные ходовые лапы, напоминающие конечности краба. И эта гора плоти побежала с такой ловкостью и проворством, что мотоцикл, несмотря на полную скорость, мог лишь удерживать прежнюю дистанцию, но никак не приблизиться ближе. Гвидон был поражён тем, что такое внешне неповоротливое существо способно двигаться настолько быстро. Но это было не единственным сюрпризом.
Это существо начало издавать звук — настолько пронзительный и раздражающий, что тело Гвидона содрогнулось, а мозг, казалось, вот-вот закипит. Ему становилось всё труднее сосредоточиться, и уже через несколько мгновений он мог отключиться, но силой воли продолжал держаться.
Самым странным было другое: он буквально начинал забывать о своей цели. Ему требовалось несколько секунд, чтобы вновь вспомнить, зачем он преследует это существо. Словно из памяти вырывали целые куски, оставляя после себя пустоту. И только прямой зрительный контакт с целью позволял Гвидону вновь восстановить их.
— Бляха, эта тварь влияет на мозг! Нужно быстрее его заткнуть! — прорычал про себя Гвидон, сквозь боль пытаясь не потерять концентрацию.
Он почувствовал, как кровь прилила к голове, а на языке появился металлический привкус. Но не останавливался — лишь ускорялся. Существо тоже не сбавляло темпа. Они продолжали двигаться вперёд, пока вдруг оно резко не свернуло вправо, в сторону горы. Гвидон не отставал, изо всех сил стараясь сократить расстояние.
— Чёрт! Надо было всё-таки взять с собой что-нибудь дальнобойное! — с глубокой досадой грыз себя он. — Довыпендривался, дурак!
Над ним появилась странная тень. Подняв взгляд, Гвидон увидел несколько существ, двигавшихся с ним вровень. Они напоминали гигантских насекомых, чем-то похожих на стрекоз, только размером с истребитель. Их тела были полностью покрыты чёрным хитином, и лишь два огромных светящихся глаза выделялись на его поверхности.
Их были десятки. Они двигались с такой скоростью, что без труда поравнялись с мотоциклом и существом, которое преследовал Гвидон. Некоторые зависали в воздухе, развернувшись прямо к нему, словно застывая на месте.
И тут в Гвидона ударила целая волна кислоты.
Как бы он ни был быстр и как бы ни была отточена его реакция, увернуться от такой стремительной атаки было невозможно. Кислота попала на него, мгновенно начала разъедать костюм, а мотоцикл под ним прямо на глазах стал плавиться. Кожа горела, словно на неё вылили кипяток, но вскоре стало ясно, что кислота его не берёт. Это было хорошей новостью, хотя боль оставалась чудовищной.
Осознавая, что ситуация стремительно выходит из-под контроля и обычными способами ему уже не выбраться, Гвидон решил сделать то, что всегда удавалось ему лучше всего, — импровизировать. Он резко прибавил скорости, заставляя почти расплавившийся мотоцикл выжать из себя последние крохи мощности. Машина содрогалась под ним, двигатель захлёбывался, металл уже начинал деформироваться от кислоты, а вокруг продолжали мелькать огромные стрекозоподобные твари.
Гвидон крепче сжал руль, дождался нужного момента и, не сбавляя хода, поднял топор. Со всей силы он обрушил лезвие прямо на двигатель. Удар раздался оглушительным металлическим грохотом. Корпус двигателя разорвало, наружу брызнули искры, а из повреждённого механизма вырвалось пламя. Мотоцикл тут же начал терять устойчивость, но Гвидон уже не собирался его спасать. Всё происходило именно так, как он и рассчитывал.
Почти сразу в него ударила ещё одна мощная струя кислоты. На этот раз кислота попала прямо в разогретый и повреждённый двигатель. На долю секунды всё вокруг будто застыло.
А затем прогремел взрыв.
Мотоцикл буквально разорвало на части. Огромная огненная вспышка мгновенно смешалась с облаком раскалённого пара, обломками металла и едкими брызгами кислоты. Ударная волна разметала ближайших существ, а самого Гвидона швырнуло в сторону, словно тряпичную куклу.
Но он именно этого и добивался. Пользуясь инерцией взрыва, Гвидон вылетел из облака пара прямо навстречу одной из стрекоз. В последний момент он развернул тело и обеими руками вцепился в её хитиновый корпус. Тварь резко дёрнулась, пытаясь сбросить неожиданного пассажира, но Гвидон уже успел найти слабое место в её защите.
Его рука скользнула к огромному светящемуся глазу. Он рванул изо всех сил. Хитин треснул, раздался влажный хруст, и Гвидон вырвал глаз вместе с соединёнными с ним нервными волокнами. Существо взвыло, забилось в воздухе и начало беспорядочно метаться, но Гвидон не отпустил его.
Наоборот, он перехватил вырванный нерв, натянул его и потянул в сторону. Стрекоза тут же изменила направление. Гвидон замер на мгновение, осознавая происходящее.
— Заебись...
Он снова дёрнул нерв — сильнее, заставляя существо повернуть. Стрекоза послушно накренилась в воздухе. На лице Гвидона появилась хищная усмешка. И они вместе рванули вперед, в сторону удаляющейся горы мяса.
Он занёс свободную руку и со всей силы ударил ею по стрекозе. От этого резкого движения тело существа на полной скорости понеслось вперёд и с чудовищной силой врезалось в убегающую гору. В тот же момент Гвидон вытащил топор. Не теряя ни секунды, он пробил им студенистое тело. Лезвие вошло внутрь с глухим хлюпом, и гигантская масса вокруг него заходила ходуном. Существо запульсировало, словно огромное живое сердце, его тело затряслось и начало издавать звуки, от которых хотелось зажать уши и кричать. В воздухе раздался пронзительный визг, настолько сильный, что у Гвидона заболели глаза, а в ушах один за другим начали раздаваться хлопки.
А потом наступила тишина.
Страшный резонанс продолжал проходить через его тело. Он ощущал его не ушами, а каждой костью, каждым суставом, каждым зубом. Всё внутри него дрожало, словно организм пытался избавиться от этой вибрации. Визг становился всё сильнее. Летающие поблизости существа начали терять управление. Одно за другим они задёргались в воздухе, их крылья переставали работать, и они камнем падали вниз. Некоторые ударялись о землю и больше не двигались.
У Гвидона мутнело зрение. Мир вокруг начал расплываться, превращаясь в бессмысленное месиво из движущихся теней, пара и пульсирующей плоти. Сознание постепенно отступало. Он уже не понимал, где находится, не различал направление и почти не осознавал, что вообще делает.
Но его тело продолжало двигаться. Мышцы словно обладали собственной памятью. Руки сами поднимали топор. Вниз. Удар. Снова вверх. И снова вниз.
Удар. Гвидон уже ничего не видел, но продолжал рубить.
Каждый следующий удар погружал лезвие всё глубже в студенистую массу. Куски плоти разлетались в стороны, смешиваясь с густой жидкостью и кровью. Существо бешено пульсировало, пытаясь сбросить с себя человека, но Гвидон вцепился в него мёртвой хваткой.
Он уже по пояс погрузился в кашеобразную субстанцию. Топор снова взметнулся над головой. Удар.
Теперь он бил не только перед собой. Лезвие ходило из стороны в сторону, расширяя чудовищную рану. Он рубил вглубь, затем вширь, разрывая всё новые слои плоти.
Удар. Ещё удар. И ещё.
В какой-то момент он перестал считать. Десять ударов? Двадцать? Пятьдесят? Сто? Тысячу?
Он не знал. Для него существовал только ритм. Поднять. Ударить. Поднять. Ударить.
Существо пульсировало всё слабее. Его движения становились медленнее. Ещё несколько ударов. Тело под ногами содрогнулось. Гвидон снова поднял топор, но на этот раз существо уже почти не сопротивлялось. Он обрушил лезвие в последний раз. Из глубины гигантской массы вырвался протяжный, истошный рев. А затем всё тело существа резко обмякло. Огромная масса начала заваливаться набок.
Земля содрогнулась. И с грохотом, похожим на падение гигантского валуна, чудовище рухнуло на землю, подняв вокруг себя облако пыли, пара и разлетающейся жидкости.
Когда все звуки затихли, мысли перестали путаться у Гвидона, и он начинал приходить в себя. Весь шлем был наполнен кровью, поэтому ему было сложно увидеть что-то вокруг. Также он был полностью погружен в тело существа, которое как мокрая губка его обтекала со всех сторон. Он попытался двинутся, но его прижимало со всех сторон. Напрягшись всем телом, и начал вырваться из плена, разрывая все вокруг, процесс напоминал заплыв в очень плотном желе, но силы ему хватало, чтобы преодолевать эту стену мяса и жижи. Сделав еще несколько усилий, он прорвал внешнюю оболочку и вышел наружу, после чего упал на землю. Он снял шлем, из которого выливалась кровь ручьем, отхаркнул остатки и лег пластом, закинув руки в разные сторону. Тело еще было немного онемевшим, а в голове звучал звон, но он уже вздыхал от облегчения, так как боль прекратилась, и можно было отдышаться.
Пролежав так некоторое время, он постепенно начал приходить в себя. Ощущения восстанавливались, а невыносимое давление в ушах наконец исчезло. Гвидон тихо издал звук ртом, проверяя слух, и, убедившись, что снова всё слышит, с облегчением выдохнул.
— Ох, хорошо... Я уже думал, что оглох. Отвратительная тварь! Я уже думал, что помру, — пробормотал он.
Ему повезло родиться с настолько прочным телом. Обычный человек погиб бы в первые же секунды, но твёрдый череп Гвидона оказался словно непроницаемая стена, принявшая на себя основной удар.
Упершись руками в землю, Гвидон резко подтянулся, поднял обе ноги и одним движением вскочил, полностью выпрямившись. Он огляделся. Вокруг не было видно никого, кто мог бы представлять непосредственную угрозу. Затем Гвидон посмотрел на свой костюм. Местами тот был расплавлен и покрыт следами кислоты, а встроенный в перчатку компьютер полностью сгорел.
— Итого: я понятия не имею, где нахожусь, связи нет, мотоцикла нет. Ну, хотя бы я прикончил эту махину — и это уже радует. Но теперь непонятно, куда мне идти.
Произнеся это вслух, он вдруг услышал странный сигнал, донёсшийся из динамиков.
Сначала это были лишь помехи — треск, шипение и прерывистый шум. Но через несколько секунд среди них начали проступать слова.
И знакомый голос.
— Гвидон! Гвидон! Меня слышно?! Ответь!
— Слава яйцам, связь появилась! Да, это я!
В ответ послышалась целая тирада, состоявшая исключительно из отвратительной брани. От некоторых выражений у Гвидона даже появился гадкий привкус во рту.
— Обещаю тебе, что я сам тебя задушу, грязная скотина! Я возьму толстый прут и засуну его тебе прямо…
На этом месте Гвидон выключил связь. Наступила тишина. Прошло несколько секунд, после чего динамик вновь ожил, и раздался сигнал входящей связи. Гвидон, немного подумав, снова принял вызов.
— ТЫ МЕНЯ ОТКЛЮЧИЛ?! ТЫ ТАМ СОВСЕМ ***ЕЛ?!
— Говори по делу. Орать на меня не нужно.
И он снова отключил собеседника. Гвидон остался стоять в полной тишине, озираясь по сторонам. Перед ним простиралась пустынная даль, лишь изредка прерываемая небольшими возвышенностями — следами падения космических тел. Он обернулся и снова увидел огромную тушу, возвышавшуюся над ним и закрывавшую собой весь обзор. Гвидон подошёл поближе и легонько пнул её ногой. Тело тут же заходило мелкой дрожью, словно гигантская куча желе.
— Ну и уродливый же сукин сын... — подумал он. В динамиках снова раздался сигнал.
— Так, ладно. Я спокоен. Ты можешь определить своё местоположение? — на этот раз собеседник говорил гораздо спокойнее.
— Так... Я вижу очень высокую гору. А вы не можете определить, где я нахожусь, по моей геолокации?
— Нет. Твой компьютер не отвечает, а костюм не передаёт никаких данных о местоположении. Вообще чудо, что связь с тобой хоть как-то работает. Мы уже подумали, что тебя давно убили.
— А, не. Этого точно не будет. Более того, я тут уничтожил большую группу этих тварей поблизости. Было весело. Ещё встретился с капитаном Форрис. И, кажется, им бы не помешала помощь.
В ответ последовало продолжительное молчание.
— Форрис? Андреа Форрис? Так он же в Кеттле со своими солдатами! После того как связь восстановилась, мы получили сотни сообщений о нападениях. Да тут вообще хаос происходит!
— Похоже, что да. После этого мне выдали мотоцикл, и я двинулся в сторону Вашенга. Но, не доезжая, заметил, что техника начала сходить с ума, и нашёл источник. Какой-то огромный кусок туши на длинных лапках. Более уродливой твари ещё поискать надо. Но пищала она так, что мозги плавились. Еле догнал и прикончил. Наверное, из-за неё и не было связи — раз после её смерти вы смогли до меня дозвониться.
И снова в динамике повисло долгое молчание. Казалось, собеседник на другом конце никак не мог понять, о чём именно ему сейчас рассказывают.
Наконец он заговорил:
— Так. Оставайся на месте и никуда не двигайся. Мы вышлем за тобой группу, но это будет не быстро.
Гвидон уже не слушал. Где-то вдали над горизонтом поднялся столб пыли. Сначала он был едва заметен, но с каждой секундой становился всё выше и шире. А затем из-за возвышенностей показалась движущаяся масса. Целая армия инкритов. Их были сотни, если не тысячи. Они двигались прямо в его направлении, поднимая за собой огромную пыльную завесу. Над армией проносились целые стаи гигантских стрекоз, заслоняя собой небо.
Гвидон молча смотрел на приближающуюся орду.
— Гвидон? Ты меня слышишь? — донёсся из динамика голос.
Он медленно усмехнулся.
— Можете не спешить. Я тут немного погуляю, — стальным голосом сказал Гвидон.
— СТОЙ! НЕТ! ЗАПРЕЩАЮ ТЕБЕ!.. — сигнал вновь оборвался.
Гвидон медленно опустил руку и убрал коммуникатор. Затем крепко перехватил топор обеими руками и поднял его на уровень груди. Правую ногу он выставил вперёд, слегка согнув колено и развернув корпус. Всё тело напряглось, готовое в любой момент сорваться с места. Впереди надвигалась орда. Пыль клубилась под ногами инкритов, а над их головами мелькали стаи гигантских стрекоз. Расстояние между ними стремительно сокращалось.
Гвидон оскалился.
— Ух... Люблю войну. Я в ней родился — и в ней же умру.
Он крепче сжал рукоять топора и сделал шаг навстречу приближающейся армии.
— Давайте, креветочки. Покажите, что можете!
Летательный аппарат приближался к предполагаемой области нахождения Гвидона. Пилот специально опустился на опасно низкую высоту, чтобы попытаться обнаружить его визуально, поскольку радары по-прежнему не могли засечь его местоположение. Местность была практически лишена рельефа и растительности, которые могли бы осложнить поиск, поэтому с воздуха всё просматривалось как на ладони. Но даже при таких условиях обыскать тысячи квадратных километров было далеко не просто.
— Стой! Вон там! Видишь?! — внезапно воскликнул кто-то.
Все находившиеся внутри тут же приблизились к правому борту и прильнули к иллюминаторам. Посреди пустоши раскинулось огромное озеро. Но вода в нём двигалась каким-то неправильным, безумным образом, закручиваясь вокруг одной точки и образуя гигантский круговорот. А в самом центре этого хаоса возвышалась гора. Пилот взял курс прямо на неё. По мере приближения детали становились всё отчётливее. И вскоре стало понятно, что это вовсе не гора. Это была гигантская куча тел.
По ней бесконечным потоком карабкались всё новые и новые инкриты, цепляясь друг за друга и образуя сплошной покров из чёрных хитиновых панцирей. Одни падали вниз, другие тут же занимали их место, продолжая неумолимо лезть наверх. А на самой вершине этого чудовищного образования стояла одинокая фигура. Уже знакомый всем присутствующим солдат. Гвидон рубил каждого, кто пытался к нему приблизиться. Раз за разом топор взлетал в воздух и обрушивался вниз. Очередной инкрит разлетался на части, а на его место тут же бросались новые. Гвидон словно играл в чудовищную игру в царя горы, только противником у него была целая армия.
Он не сбавлял темпа. Вокруг него постепенно сформировалось непроходимое кольцо смерти. Достаточно было инкриту приблизиться на расстояние одного взмаха топора — и через мгновение от него оставались лишь куски плоти и хитина. Зрелище потрясало настолько, что невозможно было отвести взгляд. Для обычного человека было немыслимо, что один-единственный солдат способен удерживать против себя тысячи... нет, десятки тысяч противников, не останавливаясь и не сбавляя темпа ни на секунду. Логика подсказывала, что его должны были разорвать на части ещё несколько минут назад. Задавить массой тел, окружить со всех сторон и просто утопить в этой чёрной волне. Но логика здесь переставала работать. Гвидон продолжал рубить. Снова и снова. Не позволяя ни одному существу приблизиться к себе ближе, чем на расстояние взмаха его топора.
— Если мы подойдём слишком близко, они разом начнут по нам плеваться! И тогда мы все — трупы! — громко предупредил пилот.
— Надо с ним связаться, чтобы он был готов к прыжку! Мы можем подлететь на скорости, и есть шанс увернуться от плевков. Только сначала нужно расчистить пространство вокруг него, иначе они просто не дадут ему возможности! Карпер, наведи плазму прямо на него! Выжги всех!
— Стойте! Мы же его тоже убьём?! — с ужасом в голосе возразил второй пилот.
— Не ссы! Он и не такое выдержит. Связывайтесь! Чего вы яйца мнёте?!
Второй пилот посмотрел на своего коллегу с недоумением. Но, не заметив на его лице ни тени сомнения, повернулся к дисплею на приборной панели и начал настраивать канал связи.
— Гвидон! Это пилот Карпер Венкс! Слушайте внимательно! Мы летим в вашу сторону! Сейчас запустим несколько плазменных зарядов по вашей позиции. Как только появится возможность — бегите вперёд, на три часа. Мы пролетим над вами через десять секунд, и сразу прыгайте! Вы меня поняли?! Приём! — уже кричал он. — ГВИДОН! КАК СЛЫШИТЕ?!
В ответ — лишь тяжёлая тишина. В динамиках потрескивали помехи. Пилот уже собирался повторить вызов, когда сквозь шум наконец прорвался короткий, спокойный ответ:
— Окей.
Оба пилота и их старший переглянулись. После всего услышанного это было, пожалуй, самое спокойное «окей», какое они когда-либо слышали.
Второй пилот кивнул и начал нажимать на несколько кнопок справа от дисплея. На экране появилась карта района, где находился Гвидон. Он увеличил масштаб, затем несколько раз коснулся пальцем экрана, обозначая нужные области, после чего схватился за рычаг справа от себя. На нём выделялась большая красная кнопка. Пилот крепко сжал рычаг и большим пальцем нажал на неё. Вдали, в указанных им точках, одна за другой мгновенно вспыхнули плазменные заряды. Над раскалёнными телами поднялись клубы дыма.
В пассажирском отсеке открылся люк. Первый пилот начал снижаться и одновременно приближаться к оговорённому месту, не сбавляя скорости. Летательный аппарат лишь на долю секунды оказался прямо над нужной точкой. И тут раздался громкий удар. Аппарат слегка качнуло.
— Есть! — коротко бросил пилот.
Он понял, что Гвидон запрыгнул внутрь на полной скорости. Люк мгновенно закрылся, и пилот дёрнул рулевой рычаг на себя. Летательный аппарат рванул вперёд на полной скорости, так что обоих пилотов буквально вжало в кресла. Всех, кто не успел пристегнуться в пассажирском отсеке, снесло к хвостовой части. Аппарат продолжал набирать скорость.
Скопление инкритов быстро осталось позади, превратившись сначала в огромную чёрную массу, затем в едва различимое пятно на пустынной местности. Когда летательный аппарат окончательно вышел из зоны досягаемости, пилот наконец сбавил скорость. Внутри стало безопасно передвигаться. Люди начали подниматься с пола, поправляя экипировку и приходя в себя после резкого манёвра. И только тогда они заметили, кто лежал в хвостовой части.
Там находились Гвидон и офицер, который ранее отдавал приказы. Офицер поднялся, снял шлем и направился к Гвидону. Тот лишь перевернулся на спину и продолжил лежать. Он был полностью покрыт засохшей жижей, которая затвердела на теле толстой коркой — с ног до головы. Гвидон поднял руки и снял шлем, наконец представ перед всеми без защиты.
Лицо его было багрово-красным. Он тяжело и часто дышал, а волосы от пота стали тяжёлыми и липкими, прилипая ко лбу. Несколько секунд он просто лежал, восстанавливая дыхание.
Затем громко крякнул и с нескрываемым облегчением произнёс:
— Ух, хорошо! Прям отлично! Спасибо, что подобрали. А то ещё пару часов такого махача — и мне было бы уже тяжеловато.
У офицера дёрнулся глаз. Было видно, как кровь приливает к его лицу, постепенно окрашивая его в багровый цвет. Несколько секунд он ещё пытался сдерживаться, глядя на покрытого грязью и кровью Гвидона. Но терпение закончилось. Офицер наконец сорвался и выплеснул на лежащего перед ним Гвидона всю накопившуюся ярость.
— Тупой сукин сын! Из-за тебя весь план пошёл по жопе! Клянусь своей головой, я добьюсь того, чтобы тебя засунули обратно в ту клоаку, из которой ты вылез! Не будь ты личной собственностью ВиЭл, я бы прямо сейчас прострелил тебе голову, а труп скинул этим тварям на растерзание!
— Да ладно тебе. Чего ты так орёшь и ругаешься? Никто же не умер! — с улыбкой на лице ответил Гвидон, даже не открывая глаз.тОт этих слов у офицера глаза едва не вылезли из орбит. Казалось, ещё немного — и они действительно лопнут.
— Да я тебя прямо здесь прикончу!
Он уже потянулся к пистолету, но в тот же момент его с двух сторон схватили двое подчинённых.
— Сэр, умоляю вас! Успокойтесь! — принялся уговаривать его один.
— Годо! Он того не стоит! Возьмите себя в руки! — попытался остановить его второй.
— А ну пустите меня! Я его задушу нахрен!
Гвидон тем временем поднялся на ноги. Теперь, стоя перед ними, он возвышался сразу над всеми троими. Его лицо было совершенно лишено эмоций: расслабленные губы, слегка прищуренные глаза. Но именно отсутствие какой-либо выраженной реакции придавало его лицу зловещий оттенок. Офицер постепенно замолчал.
— Ты ведь понимаешь, что я буду сопротивляться? — спокойно произнёс Гвидон. — Хочешь попробовать, а? Я тебе не один из твоих солдатиков, чтобы стоять и молча выслушивать твои угрозы.
Эти слова подействовали на разгорячённого офицера отрезвляюще. Он наконец осознал, что перед ним не подчинённый, которого можно запугать криком, а человек, способный в любой момент ответить силой. Несколько секунд он молча смотрел на Гвидона, после чего процедил сквозь зубы:
— Хорошо. Но я сделаю всё, чтобы это было твоим последним заданием.
— Да пожалуйста. Не ты первый, не ты последний, кто мне угрожает, — пожал плечами Гвидон.
После этого они летели в полной тишине.