Гением не рождаются⁠⁠

Природа тяжело вздохнула, отряхнулась от зимы и развела в стороны руки, принимая в свои объятия весну.
 Птицы - твари небесные, пели пронзительные песни.
Вили гнёзда, где попало! Пробивалась новая, зелёная трава на лугах...

В лёгком, льняном, воздушно - белом платьице с бантиком в волосах. Тринадцатилетняя дочь комбайнёра- Алёнушка, бежала через лес.
В руке она держала маленький кувшинчик с молоком. На её лице была улыбка, она радовалась жизни.
Недалеко было озеро, туда девочка и направляла свой путь...


- Нет, нет и ещё раз нет! 
- Кто это будет читать? -   воскликнул Редактор.

 Напротив него на скрипучем,   старом стуле сидел с Планшетом в руках, нервно дёргая ногой, писатель.

***

Этой ночью писателю не спалось, в муках творчества сон напрочь его покинул.
Сигареты закончились, кофе из пакетиков оставлял во рту привкус железа. 
Он писал "Роман" впечатывая слова в экран Планшета.

 Он думал, что он талантлив и что вот-вот он напишет бестселлер и его грёбанная, скучная жизнь
заиграет по-новому, по-богатому.
Уже завтра, да точно завтра, он
купит небоскрёб, широченную яхту и футбольную команду.

Он докурил бычок из пепельницы, облизал обожжённые пальцы, кинул в сумку планшет и побежал на трамвай.
Его уже ждал в редакции шеф.

- Нет, нет и ещё раз нет!
- Кто это будет читать?
- Цветочки, птички,кружочки.
- Девичий сладкий сахар!
- Ты же мужик! Где брутальность, где секс, где страх?

Писатель пожал плечами, шмыгнул носом и уткнулся в планшет.
- Сейчас, я быстро, подправлю   строку. 
- Вот, готово! 

...Пробивалась новая, зелёная трава на лугах. В лёгком, льняном, воздушно - белом платьице с бантиком в волосах.
Тринадцатилетняя дочь комбайнёра- Алёнушка, бежала через лес. На её молодых ногах скрипели тяжёлые, чёрные, армейские сапоги.

В руке она тащила чёрный, 20 литровый бидон молока. Ей было тяжело, она не радовалась жизни. Недалеко был заброшенный карьер, туда она и направляла свой путь....

- Другое дело!
- Чувствуешь мурашки по яичкам побежали?
- Это успех? - спросил писатель.

- Мой юный друг!
- Разве нет более милых женских имён, чем Алёнушка?
- А?
- И не связывайся с     тринадцатилетними!
- Напишешь ты, а посадят меня.

Писатель нервно закачал ногой под стулом, застучал пальцами по планшету.

- Минуту, вот, ага, сейчас.
- Готово!

...Пробивалась новая, зелёная трава на лугах.
В лёгком, льняном, воздушно - белом платьице с бантиком в волосах. 
Тридцатипятилетняя дочь иеромонаха- Варвара, тащилась через Чернобыльский лес. 

На её немолодых, потёртых икрах, скрипели чёрные, армейские сапоги. 
За собой она тащила чёрный, 40 литровый бидон, наполненный гвоздями. 
По лесу разносился зловещий скрежет металла.

 Ещё четыре километра до Атомной электростанции.
Там, на заброшенном, старом Реакторе, она и сведёт счёты с грёбанной жизнью.

- Мой юный друг! 
- Мужик! 
-Ты стал мужиком!
-Ты блядь, брутален!

- Я придумал тебе псевдоним!
- Я назову тебя - " Боря Стэйк "!

- Это успех? - спросил писатель.

- Давай свою флешку, упырь!
- Гонорар получишь завтра, -       редактор взял флешку, положил в конверт и маркером сверху написал, 
" Одобрено к печати. Редактор ".

Писатель быстро встал, показал за спиной " fuck " редактору, вышел и тихо закрыл за собой дверь. 
На двери синей изолентой был приклеен белый лист.

          Редакция журнала :
               " Максимка ".