Формирование территории России. Часть 8⁠⁠

Бу! Заждались? Итак, что там у нас? На дворе конец XI века. В Киеве сидит Святополк Изяславич, человек с сомнительной репутацией и вечными долгами (и не только денежными). В Чернигове устроился Олег Святославич, он же Гориславич, который свой «родной» город получил, по сути, в кредит у половецких ханов. А в Переяславле, на самом пекле половецких набегов, отсиживается, зализывает раны и копит ярость Владимир Мономах. Казалось бы, все при своих интересах, можно выдохнуть? Ага, как же.

Пока князья пытались понять, кто кого предаст первым, половцы быстро сориентировались в обстановке. Зачем ждать, пока тебя позовут в качестве арбитра в очередную княжескую разборку? Можно просто прийти и взять своё. И они пошли. Не отрядами наёмников, а полноценными ордами. В 1093 г., почти сразу после смерти Всеволода, Святополк Киевский и Владимир Мономах (ещё до черниговской истории) получают от хана Тугоркана и Боняка телеграммой ультиматум: «Хотите мира? Платите. Много». Святополк, уверенный в силах киевского войска, настаивает на битве. Результат – сокрушительный разгром на реке Стугне. Мономах еле ноги унёс, а его младший брат Ростислав Всеволодович утонул при бегстве. Половцы разграбили окрестности Киева и увели толпы пленных. Это был не налёт, это была демонстрация силы.

И что же князья? А князья... в лучшем стиле средневековья продолжили свои разборки. Олег, получив Чернигов в 1094 г., тут же забыл про всех половцев, которые ему помогли. Он не стал делиться с ними добычей, не стал платить по счетам. Его логика проста: «я князь, а вы – степные наёмники. Спасибо, свободны». Половцы, естественно, обиделись. И вместо того чтобы уйти в степь, развернулись и пошли грабить уже самого Олега – то есть Черниговскую землю. Ирония? Ещё какая. Олег из князя-реставратора моментально превратился в осаждённого правителя, которого терзают его же бывшие партнёры. Бизнес есть бизнес, ничего личного.

А что Мономах? А Владимир в Переяславле не зря отсиживался. Он понял главное: против степняков можно бороться только сообща. Пока Святополк в Киеве боится сделать лишний шаг без совета бояр, а Олег отбивается от своих кредиторов, Мономах начинает создавать коалицию. Он использует всё: родственные связи, уговоры, шантаж, угрозы. Его главный козырь – общая опасность. Он говорит: «Ребята, они придут за каждым из нас по очереди. Кончим с дрязгами – выживем. Нет – нас всех сожрут».

И это сработало. В 1097 г. по инициативе Владимира Мономаха происходит невероятное – съезд князей в Любече. Представьте: потомки Ярослава Мудрого, которые только и делали, что резали друг друга, вдруг садятся за один стол и говорят: «Хватит. Почему губим землю Русскую, сами на себя ссоры навлекая? А половцы землю нашу несут розно и рады, что между нами рати». И они принимают историческое (хоть и катастрофическое) решение: «Каждый да держит отчину свою». То есть Киев – Святополку, Чернигов – Олегу и его братьям Давыду и Ярославу, Переяславль – Владимиру Мономаху, и так далее.

Казалось бы, вот оно – рождение федерации! Конфедерации удельных княжеств против общего врага. Но не тут-то было. История Древней Руси – это всегда детектив с внезапной кровью в самом неожиданном месте. Почти сразу после съезда, где все понятное дело обнимались, целовали крест и клялись в вечной любви, дружбе и верности, происходит чудовищное предательство. Святополк Киевский и Давыд Игоревич Волынский (ещё один персонаж с пониженной социальной ответственностью очень гибкой совестью) захватывают в плен и натурально ослепляют князя Василька Теребовльского. Какой мотив? Банальная жадность и подозрение в сговоре с Мономахом. Крестоцелование было нарушено в тот же год. Русь снова на грани большой войны.

И тут снова проявляет себя Владимир Мономах. Он не бежит делить земли. Он собирает князей и выступает миротворцем: «Вот вы что делаете? Опять усобицу зачинаете? Да вас же половцы потом по одиночке перебьют!» Ему удаётся остановить братоубийственную резню и даже на время примирить стороны. Но осадок, как говорится, остался. Ящик Пандоры был открыт. Теперь все знали – договорённости ничего не стоят.

В итоге к чему пришли? Любечский съезд показал, что князья СПОСОБНЫ договориться, когда на кону стоит выживание. Но тут же доказал, что старые обиды и жажда власти сильнее здравого смысла. Половцы, почуяв новую смуту, снова активизировались. Но теперь у Руси был Владимир Мономах, который окончательно понял: его миссия – не просто отсидеться в своём уделе, а объединить Русь если не под одной властью, то хотя бы в одном порыве против Степи.

В следующей серии: как Мономах из князя-миротворца превратился в князя-мстителя, что такое знаменитые «походы в глубь степи» и как один человек попытался переломить ход истории. Ждите, будет жарко!

Подписывайтесь на тг и бусти, там ещё больше материалов!