Делегированный синдром Мюнхаузена.⁠⁠

Под впечатлением от фильма захотелось разобраться в так называемом "делегированный синдроме Мюнхгаузена». Он представляет собой патологию, при которой родители заставляют симулировать либо намеренно вызывают физические заболевания у своего ребенка. В медицинских изданиях часто можно увидеть такие синонимы этого синдрома, как:

«синдром Мюнхгаузена by proxy»;

синдром Мюнхгаузена по доверенности или от третьего лица.

Главная цель подобного поведения родителей или лиц, их замещающих, — это обращение за медицинской помощью, а также привлечение к своей персоне дополнительного внимания. Со стороны может казаться, что вы имеете дело с чрезмерно заботливым, преданным своему чаду родителем. Однако его действия приносят гораздо больше вреда здоровью малыша, чем пользы. Более того, такое отношение к ребенку негативным образом отражается на его эмоциональном состоянии. В подростковом возрасте эта разновидность синдрома Мюнхгаузена у его матери или отца может привести к возникновению депрессии, лишению нормальных детских радостей и изменению отношения к нему со стороны других людей.

В таком случае лечение назначается и больному с делегированным синдромом Мюнхгаузена, и ребенку, так как ненужные госпитализации, неконтролируемый прием медикаментов и эмоциональное воздействие может привести к страшным последствиям. В первую очередь врачи рекомендуют разлучить ребенка с таким родителем. Далее медицинские специалисты осматривают и беседуют с пострадавшим, выявляют, есть ли место каким-либо заболеваниям, моральным травмам. Если у малыша отсутствуют жалобы и симптомы различных патологий, то в дальнейшем с ним, как и с больным делегированным синдромом Мюнхгаузена, работу продолжает только психолог.

Наибольшую опасность этот синдром наносит самому человеку, а при разновидности расстройства — в том числе и его ребенку. Поэтому очень важно выявить симптомы в самом начале и не дать больному причинить вред своему здоровью и окружающих его людей.

Страдающие делегированным синдромом по‑разному провоцируют появление болезни у своей жертвы. Воображаемая или вызываемая болезнь может быть любой, но самые частые симптомы — это: кровотечения, припадки, диарея, рвота, отравления, инфекции, удушье, лихорадка и ­аллергии.

Для диагностики ­характерно:

исчезновение симптомов у ребенка, когда рядом нет ­матери;

ее недовольство выводом об отсутствии ­патологии;

очень заботливая мать, которая под надуманными предлогами отказывается оставить своего ребенка хотя бы ­ненадолго.

Искусственные болезни очень плохо поддаются лечению (ведь матери это невыгодно!), поэтому дети-жертвы подвергаются массе ненужных медицинских процедур, некоторые из которых могут быть ­опасны.

«Бароны» могут наносить непоправимый вред здоровью и угрожать жизни ребенка. По данным ряда авторов, жертвы синдрома Мюнхгаузена by proxy были отмечены среди детей с диагнозом синдрома внезапной смерти — до 35 % всех случаев, наблюдавшихся авторами в течение 23 лет. Делегированный синдром Мюнхгаузена очень трудно распознать, поэтому точно определить его распространенность пока не удается.

Вред может наноситься любым способом, который не оставляет улик: затруднение дыхания (рука на рту, пальцы на ноздрях; лечь на младенца; полиэтиленовая пленка на лицо), удержание пищи или лекарств, другие манипуляции с лекарствами (повышение дозы, ввод лекарств, когда это не нужно), умышленная задержка вызова необходимой медицинской ­помощи.

Когда жертва находится на грани гибели (удушье, приступ и т. д.), его мучитель может предпринять действия по спасению, чтобы его восхваляли как доброго героя, который спас пациенту ­жизнь.

«Добрые самаритяне»

Матери, вызывающие у детей болезни, часто страдают от недостатка общения и понимания, нередко несчастливы в браке. Некоторые также страдают от других психических расстройств. Подавляющее большинство (до 90 %) в детстве сами подвергались физическому или психическому ­насилию.

Если врачи обнаруживают искусственную природу болезни ребенка, «мюнхгаузены» отрицают свою вину даже при наличии серьезных доказательств и отказываются от помощи ­психиатра.

Mедсестра или няня с делегированным синдромом Мюнхгаузена может получать внимание и благодарность от родителей за доброту, которую она проявляла во время короткой жизни их ребенка. Однако такая «благодетельница» озабочена только вниманием к себе, и имеет доступ к огромному числу потенциальных ­жертв.

Пациенты с делегированным синдромом Мюнхгаузена осознают, что если у окружающих появляются подозрения, они вряд ли озвучат их, так как боятся ошибки. Любые обвинения MSBP-личность истолкует как преследование, где она сама стала жертвой клеветы и наветов! Таким образом, ситуация используется как еще более выгодная, чтобы снова оказаться в центре внимания. Очень важно понимать, что MSBP-личность, как и все больные с расстройствами, направленными на получение внимания, часто внушает доверие своей «правдоподобностью» и ­убедительна.

Комментарии людей, психологов и не психологов встречающихся на своём жизненном пути с подобными случаями:

1."Единственный способ без ущерба для всех борьбы с этим явлением - это воззвать к разуму самого ребенка. Показать ему, что он теряет, будучи "больным". Да впрочем, не такие дурные дети, чтобы не понимать этого сами... А дальше.... симтомы нездоровой обстановки вылазят у самого слабого, и, если вы решили ему помочь, из каких бы то ни было побуждений, то будьте готовы к сопротивлению семьи. Хотите помочь ребенку - учите его видеть свои проблемы со стороны, учите его смотреть с разных точек зрения на себя, покажите ему разные выходы из проблемной для него ситуации. Проблема в том, что за помощью никто не обратился, но вы понимаете, что ребенок гибнет, не как личность, а вообще... И здесь надо расставлять ловушки и незаметно вмешиваться в ситуацию мимо которой вы пройти не можете. Возникает масса вопросов..."

2."сталкивалась с подобными случаями в другом ракурсе, знаю, что при некоторых диагнозах такое может . Вообще-то, когда в подобной (без уточнения, это была не моя мама) ситуации я оказалась на месте ребенка, врач попросила всех выйти, говорила со мной одной. Неправильно считать 12-13летнюю девочку маленьким ребенком, надо поговорить с ней, выяснить, что с ней происходит. Мамаша врачу не поверит, конечно, но врач будет знать ситуацию, у вас же существуют службы, занимающиеся защитой детей... "

3.Лично мне пришлось лишь пару раз столкнуться с «синдромом по доверенности». Вот довольно благоприятный ­эпизод.

Молодую женщину ко мне на прием буквально волоком затащил муж. Суть жалоб сводилась к болезненной тревоге, чувству напряжения, перепадам настроения, раздражительности, постоянном страхе за здоровье десятилетнего ­сына.

У мальчишки пару лет назад обнаружились проблемы со зрением; был установлен довольно безобидный диагноз. У пациентки же возникла уверенность, что ребенку грозит слепота. Вопреки убеждениям окулистов и родных — женщина не находила себе места. Она пользовалась малейшей возможностью показать сына «лучшему специалисту», не отпускала его на занятия спортом: «Ты же ослепнешь!..». Начала тайком от семьи самостоятельно закупать и давать сыну лекарства «от глаз». Любые возражения встречала в штыки, обвиняла близких в черствости. Дальше — больше. Выяснилось, что мать добивается от окулистов направления на операцию. Для мальчика, естественно. На этом терпение мужа иссякло, и он повел жену к ­психиатру.

Я долго собирал сведения о жизни пациентки. Женщина с яркими истероидными чертами, неглупая, но не реализовавшаяся в жизни, не добившаяся «достойного» внимания окружающих, на материальном обеспечении любящего мужа… В общем, всё вполне укладывалось в описанный ранее стереотип. В беседе больная признала, что искала возможность стать нужной «хоть для кого‑то»…

В описанном случае мне, как врачу, повезло. Болезнь зашла не слишком далеко; женщина согласилась на лечение. Ситуация разрешилась благополучно. Но у меня остался тот самый осадок, о котором я упоминал вначале. Ощущение дремучей жути, пугающего мрака больной души, словно ищущей жертву, которую можно ласково задушить в ­объятиях…

Сейчас в нашей стране (да и многих других) отсутствует законодательная база для рассмотрения подобных ситуаций. В случае синдрома Мюнхгаузена врач сталкивается с ложью и саморазрушительным поведением больного, который пытается втянуть в свою игру и доктора. Проблема приобретает этический характер: врач не может рассчитывать на открытое общение и честность подобных пациентов, а значит, не может действовать в их ­интересах.

«Мюнхгаузены» — это всегда трудные пациенты: диагноз можно заподозрить, но невозможно его установить без всестороннего обследования и длительного динамического наблюдения. Об этом заболевании можно подумать, когда опытный клиницист говорит: «Первый раз встречаюсь с подобным случаем!».

И на последок сам фильм :" Девятая жизнь Луи Дракса" 2016 год

The 9th Life of Louis Drax

Приятного просмотра. Очень надеюсь на обсуждение фильма в комментариях с психологической точки.