Дедушка. 6 часть⁠⁠

Ссылка на предыдущий пост Дедушка. 5 часть

Ранним утром я и Ма сидим на кухне, пьем какао и едим тосты с джемом. Мама замечает пятно джема в уголке моего рта, облизывает большой палец и перегибается через стол. Я вовремя реагирую и успеваю увернуться. Хихикая, Ма вновь плюхается на стул.

- Ну, Ма! - возмутился я, вытирая лицо салфеткой.

Ма выпрямилась, посмотрела на меня поверх чашки с какао, которую держала в ладонях. Большие голубые глаза улыбаются, отчего в уголках появились морщинки. Русые волосы заплетены в тугой хвост.

- Все время забываю, что ты уже большой. Скоро вырастешь и улетишь во взрослую жизнь. Забудешь свою Ма, - с наигранной горечью в голосе произносит она.

Протестуя, я качаю головой. Я был полностью уверен, что Ма невозможно забыть.

- Сначала учиться, потом еще нужно найти работу… - начал я.

- И кем ты будешь работать?

- Не думал пока, - я пожимаю плечами.

Ма ставит чашку и заговорщицки мне подмигивает:

- Может, космонавтом?

Я закатываю глаза:

- Ну, нет. И счетоводом как ты, тоже не хочу. Я ветеринаром буду.

- Со своей клиникой?

- Точняк. И денег смогу заработать, - мое лицо просияло, и я даже отложил в сторону тост. - Я куплю дом на берегу моря с огромным садом.

- А для меня там место найдется?

- Конечно! - киваю я. - У тебя будет отдельная комната и все такое.

Мама протерла глаза ладонями так, будто пыталась избавиться от соринки, чтобы я не заметил слезы. Я заметил. Просто еще не понимал, что с ней происходит. В последнее время она стала часто уезжать в больницу. Иногда ее сопровождал дядя Саша, иногда она была с тетей Томой. Ма часто жаловалась на боли, потом уходила в свою комнату. Часами сидела в ванной. Одна из кухонных полок теперь была заполнена тюбиками с таблетками и пузырьками с какой-то жидкостью. На самом деле Ма вновь боролась, только сражалась она в этот раз не с цифрами.

- Будем гулять по пляжу каждый день, - мечтательно проговорила она. - Собирать всякие ракушки и разноцветные камешки. Я куплю себе шляпу с широкими полями.

- Зачем? - удивился я.

- Потому что тогда я смогу делать так, - Ма наклонила голову набок, взялась за поля воображаемой шляпы и быстро заморгала ресницами. Мы рассмеялись. - И большой бонус - мне больше не понадобятся солнцезащитные очки. Ты же знаешь, я терпеть не могу эти очки, - на последнем слове ее голос едва заметно дрогнул.

- Еще у нас будет свой виноградник и зона барбекю! - продолжил я.

- Барбекю? Что это еще за зверь? - с усмешкой говорит она.

- Ну там шашлыки и сосиски жарить. Витек мне рассказывал, что это индейцы придумали такой способ приготовления.

- Твой знаменитый Витек, - вставила Ма.

- Так они пленных пытали. Представляешь? Прямо так. Привязывали к длинной жерди человека и подвешивали над углями.

- Ужас какой, - Ма театрально скривилась.

- Да я не об этом! Я о том, как нам здорово будет! Можем и тетю Тому с собой в этот дом взять.

Она не отвечает. Я замечаю слезинки, скатившиеся по ее щекам, дрожь в изящных руках. Она рассматривает их словно видит впервые. Ее лицо искривилось от приступа внезапной боли. Пытаясь совладать с болью, она хватается за живот. Случайно задевает чашку с какао, и та летит ко всем чертям на пол. Слышится звон разбитого стекла. Никому из нас нет дела до этой чашки. Пошатываясь, Ма поднимается и идет к полке с таблетками.

На самом деле, я ведь все давно понял. Понял, но просто не хотел в это верить и убеждал в себя в обратном. Все эти мрачные разговоры в гостиной, все эти полные сочувствия взгляды, все эти «Я просто немного устала и мне нужно полежать».

Хлебные крошки на столе начинают дрожать и кружиться, затем на короткое мгновение поднимаются в воздух. Совсем чуть-чуть отрываются от бежевой скатерти с маками. Буквально на пару миллиметров. Чайная ложка в кружке начинает стучать о ее края. Ма реагирует не сразу. Она обводит взглядом стол, упирает в меня свой взгляд. В этот момент Ма не испытывает ни страха, ни удивления, но заметно напряглась. Чувство боли словно притупилось. Сейчас она волновалась о другом. И было из-за чего. Ма стояла у кухонного гарнитура и с силой ударила по столешнице.

- Перестань! И больше никогда так не делай! - крикнула она.

Крошки упали на скатерть, чайная ложка замерла в кружке.

Ма проглотила пару таблеток, подошла к окну и задернула шторы, отрезав солнечный свет. Она заметалась по комнате, пытаясь быстро сообразить, что ей делать. Пару раз заглянула за штору, словно пыталась увидеть того, кто за нами шпионил. Ничего не понимающий, я вертел в руках недоеденный тост и уставился на нее. Фокус с крошками я проделал неосознанно. Раньше также неосознанно, испытывая сильные эмоции, я мог опрокинуть попкорн в кинотеатре или приподнять карандаш во время контрольной. Ма об этом знала, но сегодня что-то пошло не так и об этом нам предстояло еще поговорить.