Больничная история. Часть первая⁠⁠1

Попал я, значит, в больницу по причине острого аппендицита. Сам аппендицит начался довольно странно: сидим мы с женой одни дома, смотрим Один Дома, опотчеваем чыпсы, все как обычно, как вдруг она без слов и со светящейся лампочкой над головой вскакивает с дивана и направляется в сторону кухни, а оттуда возвращается с банкой замороженной малины (я уже и сам забыл, какие мы запасливые). После этого она ела одну лишь малину, у меня был малиново-чыпсовый микс, юный Маколей Калкин на экране телевизора уплетал мороженое за обе щёки и вообще всем нам было хорошо, как вдруг почувствовал я какое-то подозрительное тепло в желудке. Не такое, какое бывает после рюмки «чаю», а какое-то.... странное, в общем. «Малина»-подумал я тогда с небольшим расстройством и вернулся к изначальной диете. Но примерно через час тепло переместилось в правую подвздошную область и превратилось в режущие боли. «Ничего себе малина схватила» - не переставал надеяться я, хотя уже начинал понимать, что тут должно быть что-то посерьёзнее обычной ягоды, хоть и замороженной. И действительно, на утро увезли меня на машине скорой помощи с подозрением на аппендицит в больницу, где диагноз подтвердился. Через час-полтора я уже здоровался со своими сопалатниками, коими оказались три деда и один мужик лет пятидесяти. В целом соседи были нормальные кроме одного деда, который периодически писился под себя, но он правда был в тяжёлом состоянии, так что никто на это не обращал особого внимания. Часа через три за мной пришла медсестра и повела в операционную. По пути нас ждала другая медсестра с каталкой, и вот уже две медсестры с довольно приличной скоростью везут эту каталку, а за ними, держась за больной бок, пытаюсь поспевать я. «Может, притормозим немного? Парень-то еле поспевает.» «Ничего, молодой, робегает»-доносятся до меня их переговоры. Во время этого марафона я потихоньку начинал надеяться, как бы мой аппендикс сам не отошёл от кишки. Ладно, прибыли мы в операционную, мне дали простынку, сказали раздеться и прикрыться снаружи пока они будут увозить другого прооперированного, коим оказалась громко стонущая, чуть ли (а может и) плачущая женщина. «Ну хотя бы живая» пронеслось у меня в голове пока я оголял свой зад. Через пару минут меня пригласили на операционный стол, на нем я расположился по всем канонам: яркий свет в глаза, поза Христа, к важдой руке по катетору, вокруг ходят медсестры и ассистенты, жалуются, что уже устали от такого количества пациентов и вообще все это им даром не нужно (последнее моя додумка). Одна сестра увидела, что что-то я волнуюсь немного, и как-то шутливо мне сказала «да расслабься, все нормально будет». Мне тут приходит на ум аналогия со Славиком и Димоном из Наша Раша «Славик, да чота я очкую» - «да ты успакооойся я сказал!», вот только в их случае вечно очкующий Димон не зря очковал, это ведь он постоянно под раздачу попадал. Так и я ей ответил «ну да, вам легко говорить с той стороны операционного стола». Потом мне ввели наркоз и в считанные секунды я попал в царствие Гипноса. Не знаю, сколько я спал, но похоже, что проснулся от хлопков по щекам, хотя на самом деле сложно это утверждать, потому что из наркоза выходишь... как после наркоза (Кэп). Перед погружением в сон меня предупреждали, что подключат к ИВЛ, так как наркоз специфический, «расслабляющий» все мышцы, да так, что самостоятельно перестаешь дышать (даа, расслабило похлеще чем Джигана). И вот, значит, проснулся я с трубкой в горле, ее быстренько вынули и приказали мне перелезть с операционного стола на каталку. Я охренел. Сперва я думал, что сёстры шутят, но нет, аргументируя тем, что руки-ноги у меня на месте, они настаивали на моем скорейшем перекарабкивании. И вот я, без часу минута как проснувшийся после наркоза, учусь заново двигать ногами чтобы перекинуть их на соседнюю каталку и потом переместить свой беспомощный торс туда же. Жесть, в животе резать начало так, как-будто чужой вот-вот вырвется наружу. И после того, как я на своё удивление успешно передислоцировался, боли не прошли, а просто опустились на половой чилен. Лучше бы они оставались в животе. Теперь ощущение было таким, как-будто чужой решил выбраться наружу через мой мочевыводящий путь. «Проснулся-и слава богу»-думал тогда я, «а чилен поболит да отвалится» (шутка, сплюнул три раза и постучал по голове). Пока меня везли, я пытался что-то шутить, что-то спрашивать, но на все ответом получал одни лишь уставшие вздохи (и правда устали, не шутили), и вот меня привезли обратно к благодати (нет) в палату, где я опять перелезал с каталки на свою койку и где чужой предпринял ещё одну попытку отобрать у меня мой половой орган. Потом медсестра меня укрыла, спросила, нужно ли мне еще что-то, я сказал что да, принесите, пожалуйста, мне мой портфель из шкафа, на что она психанула, сказала, что и без того уже очень злая и уставшая сегодня и быстро убежала. В итоге портфель мне подал дед, который был тоже после аппендэктомии, он же меня укрыл еще одним пледом и я провалился в сон.