Серия «Лирика»

Помните с пивом косые ларьки,
Хлебного кваса ржавые бочки?
Бабки крутили газеты в кульки,
Всем продавая черные точки.
-
Пенного солода множество кружек
Ставят на стойку мужчины гурьбой,
А с никотином засохших подружек
Также в ларьках отдают по одной.
-
Товаром пробит бетонный фундамент,
Толстые сумки в горошек стоят.
Толкают за деньги тетки Парламент,
Как будто страну продает депутат.
-
Помните с тряпками шумные рынки?
Примерочной теплой служили ларьки.
В мороз ледяной скупали ботинки,
Не зная, что будут потом бутики.
-
Как же то время от нас далеко,
Нынче для всех покажется странным:
В стеклянных бутылках стоит молоко,
Йогурт в разлив, а также сметана.
-
За ворот казак подцепит бандита,
Играют в футбол, в догонялки и прятки.
С шумом окошко чужое разбито —
Пострелы бегут, сверкают лишь пятки!
-
Расплавят в костре добытый свинец,
В землю бросают тупые ножи.
Подпалит селитру лихой сорванец —
Столько веселья, что почва дрожит!
-
Рыбу сухую об лавку стучат,
С водкой под нею сидят мужики.
Учат в фигуры юрких внучат
Играть на доске во дворах старики.
-
Черная в шрамах на плечи косуха,
В три полосы на штанах адидас.
«Пацаны, хороша блатная житуха?» —
Отсидевший сосед спросит у нас.
-
Музыку слышно, открыто окно,
Кассету смотает цветной карандаш.
Что-то чужое и наше Кино,
Там Ласковый май, Гражданка, Мираж.
-
Алёнка за дверью колотит по трубам,
Ключ золотой обронил Буратино.
Явились на смену Виспа и Турбо,
Купила и Колу, и Сникерс Мальвина.
-
Тромбами плотно дворовые вены
Забили машины, закрыли пути.
Всюду паркуются даже в три смены —
Тощий ребёнок не сможет пройти.
-
Забыли про фильмы наивных Советов,
И Запад без боя захватит экран.
Где войны, убийства, разврат, и на это
Все смотрят упрямо, врастая в диван.
-
И новости режет реклама на Первом,
На протвини Фейри, в лицо Клерасил.
От тысячи кадров изжёваны нервы —
Наш ящик так раньше собой не бесил!
-
Детские годы, помню я вас,
Все повзрослели в момент перемен.
Вернуться назад хоть бы на час...
И тихо сидеть у стареньких стен.

Найти бы тихое, тёмное место,
Там свернуться уютно калачиком.
Слышатся вопли детей за окном —
На поле сыром месят без устали тесто,
В грязи размытой бегая с мячиком,
Шумом футбола тревожат весь дом.
-
Спать не могу, измотан и зол.
Бабка торчит из оконной дыры.
Крики детей сменились другими —
Видно, мальчишки оформили гол.
Как серая крыса из чёрной норы,
Что-то орёт про расправу над ними.
-
Коты дворовые сбежали в подвал,
А пацаны разошлись по квартирам.
Бабка пропала во мраке окна.
Один разрыдался: «Мой мячик пропал!»
Мама его в Новый год подарила,
Будет ругать за потерю она.
-
«Мальчик хороший, так громко не плачь,
Одену штаны и старые тапки,
Нажму на звонок у потёртой двери
Соседской, излишне несдержанной бабки.
Откроет старуха. Отдай, душка, мяч!
Денежка вот, на окно забери».
-
Вынесу парню измученный шар,
Сделанный криво из кожи свиной.
«На, сорванец, забирай, просто в дар!»
Быстро схватил и как пуля — домой.
Зайцем дворами малыш дёрнул прочь.
Солнце упало за дом. Скоро ночь.

Смогом отравлен немытый район,
Курят заводы сигары из труб.
Кто-то был кем-то навек окрылен,
По стенке сползает бледнеющий труп.
-
В загоне задворка бодается скот,
Убиты бутылки о пьяный забор.
Янтарные розы посадят в живот —
Видно, в тупик зашел разговор.
-
Грузится смена в обвисший трамвай,
Плевавши на своры безродных собак.
Пошлют им вослед заливистый лай,
Срывая с последнего драный башмак.
-
Порваны куртки и порваны лица,
В жёлтых газетах — чёрные тексты.
Панельный народ ничего не боится:
Волненья, стычки, пикеты, протесты.
-
Свободы волну скорее настрой-ка,
Скинем, товарищ, оковы застоя!
Глянь же в окно: грядет перестройка,
Встретим рассвет, не чокаясь, стоя.
-
Юный боец незримой войны
Каску покрепче надел меховую.
Слабой надежды лучи холодны —
Выжить в эпоху свершений лихую.
-
Тенью до школы дошёл мальчуган,
Спрячет от улиц замученный домик.
Немытый район погибнет от ран,
Раненых слижет омоновский бобик.
-
Тенью привычной вернётся домой,
Снова багряным украшен подъезд.
Щелкнет затвором замок за спиной —
То, что оставят на кухне, поест.
-
Во взгляде ребёнка — усталость и страх,
Детством как будто у бездны забыт.
Мама обнимет и скажет в слезах:
«Главное — выжил, и главное — сыт».
-
* * *
-
Канула в Лету тройка зубастых декад,
На всех наступило нежное время.
Хоть не боярин, как царь бородат,
Гелем измазано чёрное темя.
-
Кофейни пестреют, как клумбы, цветами
Вывесок, свет рвётся сквозь шторы.
Вейпы испортили небо парами.
Маркетплейсы, шопы и сторы.
-
Тенью увядшей на лавке отшельник
Доносит до края несбывшийся срок.
Каждому выдан с экраном ошейник —
Век двадцать первый, заводы и смог.
-
Лают всё так же без рода собаки,
Задворки и ночь — всё так же угрозы.
Бобиков нет, но есть автозаки,
Так же цветут янтарные розы.
-
Что спрятало завтра? Что было вчера?
Будни играют короткий аккорд.
Даты меняют свои номера,
Вишенка сгнила, венчавшая торт.
-
На сцене другие: эпоха, страна...
Кулисы скрывают затасканный быт.
Мягкое время, но та же война.
В памяти мамино: «Выжил и сыт».

Сижу во мраке у погибшего камина,
Чернота воцарилась за грязным окном.
Зазывает к себе ночная трясина
И лунный рассвет, проникающий в дом.

Скрипит у камина тихонечко дверца,
Разносит поток над порталом золу.
Заноет от боли уставшее сердце —
Окутанный бредом, кого-то зову.

Возможно, ту юность, что пролетела,
Таилась у сердца всеядным червем…
Запомнило с болью ослабшее тело
Безумие нового, что стало старьем.

Противно слабею от этой дремоты,
Навевает она мне скупую печаль.
Желудок воротит, доходит до рвоты —
Прошедшего мимо безудержно жаль.

Сижу во мраке у погибшего камина,
Чернота воцарилась за грязным окном.
Холодным бураном проносится мимо
Реальность событий, что кажется сном.

Пил бы, буянил без цели,
Падал, вставал бы, чтобы упасть.
Мятый лицом, улыбкою пасть.
Ровно пойду, но биты колени.

Пьяные мутные зенки
Ищут наивно в людях добро,
Но снова поставят у стенки —
Ударить в бревно топором.

Не стоит меня осуждать,
Дайте, пожалуйста, денег.
Знаю — ничтожный бездельник,
Вы тоже не царская знать.

Ухо прижмите со мною
К бутылке, плотно закройте глаза —
Вышли как будто бы к морю,
Над оным сгустилась гроза.

Пил бы, буянил без цели,
Падал, вставал бы, чтобы упасть.
Жизнь не подарок, злая напасть.
Добраться хотя-б до постели.