Серия «Книжный магазин»

Вы наверняка слышали, что книга — лучший подарок. Мой брат тоже слышал, поэтому как-то раз подарил мне электронную книгу, которая была так красиво упакована, что жалко было разворачивать.

Впрочем, после распаковки подарка я не особо его использую, конечно. Не в том дело, что плохой подарок. Он хороший, брат молодец. Но электронная книга отдельно, а я отдельно😸

Так что я продолжаю читать все что не приколочено с телефона или планшета, попутно скриня или копируя все интересные вещи.

А вот то, что мне обычно всегда заходит, так это книги бумажные и букинистические магазины. Заходишь — а там как в библиотеке пахнет. Вот тут шкаф с фантастикой, там шкаф со сказками. Только взять можно не на две недели, а навсегда. Но другая проблема, куда это все складывать😺.

Как-то раз я пришла в букинистический магазин, чтобы поискать там что-то интересное. Вообще у меня есть любимый поэт, Федерико Гарсиа Лорка. Я как-то лет в 12 наткнулась на его книгу дома, почитала и совершенно осоловела от того, как он красиво пишет. Хотя в случае русских переводов же очень важно, кто переносит стихотворение с другого языка на русский. И тут мне особенно нравится, как Лорку переводил Анатолий Гелескул.

В общем, я не глядя купила две книги Лорки, обе ещё советского издания. Современные издания у меня есть, советские тоже есть, брат из Испании как-то приволок испанское издание.

Но я большой ретроград, мне советские книги нравятся.

Издание одно из двух, которое я ухватила, понравилось мне своим оформлением. Квадратное, с обложкой в рубчик, с золотыми узорами, которые в инициалы поэта складываются. Это красиво, конечно.

И ещё внутри развороты украшены ненавязчивыми рисунками.

В общем, хорошая книга нашлась у букиниста, я очень порадовалась.

Но самое интересное было в начале.

«Под оливой была я счастливой», — цитата из стихотворения опять же Гарсиа Лорки, где девушка вспоминает о каком-то хорошем времени. Дарственная надпись с отсылкой на творчество поэта, мне кажется, выглядит очень интересно.

Получив такой артефакт из чужой жизни, который оказался в букинистическом, я взволновалась и задумалась, а когда в последний раз я надписывала книги в подарок.

И вдруг поняла, что никогда, и обленилась я до такой степени, что даже открытки покупаю в магазине и дарю как есть, ни слова от себя не добавив. До 13 я ещё как-то делала вид, но потом уже все, никак.

В общем, на меня надежды нет в плане продолжения традиции дарственных надписей😾

Но мне вот интересно стало, а как с этим сейчас? Вы дарите/получаете книги с надписями?

Вообще я очень люблю букинистические магазины.

И в них мне иногда попадается очень радующая меня книга. Как вижу, сразу +100 к радости.

Вот она.

Интересно, что эту книгу не так давно переиздавали, и я в книжном магазине уже как-то оценила новую версию. Плюс-минус все по-старому, но есть один момент, который поменялся за время от издания оригинала и до наших дней.

Как вы думаете, что это за момент? Вопрос очень сложный, сразу скажу, что не политика. Ну и не красные сандалики и другие тонкости оформления, само собой, а кое-что не зависящее от прихоти издательства, а только от прихоти научных работников)

Мой жизненный опыт хождения по книжным магазинам показывает, что для создателей успокаивающих блокнотиков слово «антистресс» ужасно сложное.

Им, конечно, можно только посочувствовать, но не от всего сердца, потому что обложка с ошибкой это финиш.

В книжном магазине увидела книгу фотографа Дмитрия Маркова, умершего в прошлом году.

Позабавило предупреждение на задней обложке, что пустые листы в книге — часть дизайна.

Но поскольку книга была запакована, оценить пустоту не представилось.

Когда я училась в начальной школе, я очень много читала. Именно оттуда у меня плохое зрение, хорошая визуальная память на сложные слова и неумение читать плохие книги.

В школе читательские дневники делались из обычной тетради в клеточку. Или половинки тетради в клеточку. Ни один свой дневник я не помню, хотя книги были точно.

В книжном магазине нашлись читательские дневники, которые и с цитатами, и с обложечкой, и все внутри разлиновано под дневник.

Вообще эта книга в таком же примерно виде была одной из первых, которые я запомнила. В детском саду я ни разу не уснула на тихий час, поэтому мне разрешили вместо сна читать книжку. Именно эту.

Отрадно видеть, что легендарное издание повторяют спустя годы: с черной обложкой издание примерно 90-х годов, найдено в букинистическом на Соколе в Москве. Белая обложка — повторяет то издание, которое было у меня, но это наши дни, современное издание.