Когда я была маленькая, то мне часто снился один и тот же сон , как мы прячемся в темном лесу от немцев. Что это было, я не знаю, возможно воспоминания, принесенные из прошлой жизни. Когда я стала взрослой, этот сон перестал мне сниться.
Там всегда темно , свет только от ищущих нас виден через деревья, страх что они нас найдут , и во сне я всегда была не ребенком, а девушкой.
Мой отец прожил всю войну в Белоруссии, в возрасте от 15 до 19 лет, правда за 9 месяцев до окончания войны был угнан на работу в Германию. Получается, лет 18 ему тогда было.
Ни про один случай сожжения деревень и убийств мирных жителей в из регионе он не рассказывал. Крестьяне работали на земле, дети ходили в школу.
Иногда немцы устраивали сбор молодёжи для отправки на работу в Германии, но все деревни предупреждали друг друга и большинство успевало сбежать на время сборов в те деревни, в которых облавы уже прошли.
В Украине случаи такие были, нам выжившая родственница рассказывала, были такие случаи. Сжигали деревни за связь с партизанами.
У меня вообще сложилось тогда впечатление, что Украина больше пострадала.
А дементная бабушка может просто и без личных воспоминаний начать орать "немцы идут"
При деменции полный хаос в голове, воспоминания фильмов и историй могут смешиваться с реальными событиями.
Давно хотела написать пост об этом, но вечно нет времени, а сейчас вот увидела комментарий и решила лучше наспех, в перерывах между уборкой и ребенком, чем совсем никак) Итак..
Мой дед Мороз Михаил Францевич родился около 1905 года и вырос в деревне Росица на самой границе Белоруссии. По воспоминаниям родственников он рассказывал что в его детство часто к ним наведывались «соседи», в те моменты мать выдавала ему пакет сухарей и отправляла с коровой в лес. Там он ходил-бродил несколько дней пока сухари не кончатся и приходил назад, и так было не раз. По контексту времени, я так понимаю, это были плюс-минус времена Первой Мировой, а может и просто какая-то местная приграничная напряженность.
Когда он вырос, в 30х годах Михаил поехал на заработки в Москву, работал здесь на строительстве завода, познакомился с моей бабушкой Сашей, которая приехала из Рязани. После они уехали жить в Рязань, к ним приезжала мать деда и это единственна адекватная фотография которая осталась от нее (я ее обработала и достроила в фотошопе, оригинал был порядком ободран. Лица сделала более четкими в приложении Ремини, полноценных нейросетей шесть лет назад еще не было, а этой улучшалкой лиц я успела попользоватся.
дед Михаил - слева вверху, рядом его жена Саша. Нижний ряд - брат бабушки Алексей, погиб во времена ВОВ, был сапером, далее прабабушка из Беларуси, на коленках у нее дочь дедушки Нина (моя тетя), справа сидит отец бабушки - Михаил Левков, бывший священник
Есть и такое фото, где лиц уже не различить, с дарственной надписью на обороте
В начале 40х дед с женой и детьми перебрался гостить к родителям в Росицу, через какое-то время ему вновь предложили работу в Москве, мать уговаривала его оставить жену и детей с ними чтобы было легче в передвижениях, но дед заявил что семья должна быть вместе и уехал с ними, а вскоре началась война. Начальные ее годы из моей истории ускользают, но вот в феврале 1943 года началась карательная операция фашистов Зимнее волшебство..
Среди сожженных целиком деревень оказалась и Росица, где всех жителей собрали в костеле и через несколько дней подожгли. Среди них были и двое местных священников, которые сейчас причислены католической церковью к лику святых, тк добровольно остались вместе с прихожанами.
Лет 5 назад, когда я искала информацию об этом событии, о котором сама узнала в довольно взрослом возрасте, в жж мне рассказали о некой 95-летней прихожанке Марианне* (имя точно не помню, надо искать) католического храма в Москве на 1905 года, которая была одной из выживших в этой трагедии в Росице - ее вместе с матерью и еще некоторыми людьми угнали в Саласпилс. До женщины я тогда так и не дошла, а сейчас уже и не знаю жива ли она..
Имени моей прабабушки родственники не помнят, я же в свое время узнала что списки мирных жертв есть в собрании книг «Память», изданной в Белоруссии в годы СССР. В моем случае нужен был том «Верхнедвинский район». В России книгу найти было не слишком легко, однако соседка по квартире, где я жила в то время, помогла мне раздобыть информацию во время поездки домой в Могилев, где в краевой библиотеке конечно был экземпляр. В нужном томе с главой про Освейскую трагедию (так называется этот период войны) я нашла деревню деда Росицу, перепечатала список жертв и опубликовала на генеалогическом форуме (там, кстати, некоторые люди увидели и своих родственников, которых искали), а также пыталась дополнить статью на википедии об этой деревне, но правку не приняли. Не знаю, может причина в личных данных - именах? Но ведь людей же нет уже давно на свете..
Искала я список с целью найти имя бабушки, Морозов там было премного, но про моих прадеда и прабабку было сказано лишь «Франц Мароз и его жонка».
Много можно рассказать про мои периодические поиски информации о них, но это не слишком интересная история, весь я редко этим занималась - реальная жизнь отнимает основное время, да и тяжело это. Помню как перепечатывала список имен и не спала всю ночь, просто плакала через каждые несколько фамилий. А их там целая энциклопедия..
Также, года три назад, еще в постковидных ограничениях, я надеялась посетить Росицу с мужем на машине, но попасть туда оказалось не просто. Если в саму Беларусь мы планировали поехать с заездом в санаторий (тогда были ограничения и одним из условий въезда на машине было наличие санаторно-курортной карты, например. Ну, если остановят), то в Росицу, которая сейчас очень красивое и цветущее село, нужно специальное разрешение, тк она входит в приграничную зону страны. К сожалению, пограничников на сайте пропусков не убедили мои фото и истории, было получено уточнение, что мне нужно предъявить приглашение из сельсовета, так что в ту поездку мы поехали на поезде и просто хорошо провели время в поездках по некоторым городам Беларуси, а потом пошли дети и вот это вот все)
Такая небольшая история, о том как я узнала историю одних из своих родственников.. Приложу список погибших, который я смогла найти в книге “Память”, вдруг кому-то будет нужно и здесь..
Перепечатано мною из книги, переводить не умею, поэтому печатала как есть, думаю все итак понятно
*UPD: Стало не по себе из-за того что я не вспомнила имя женщины свидетельницы событий, про которую мне говорили на одном из форумов, поэтому я восстановила старый аккаунт на жж, перерыла свои переписки и комментарии и оказалось что женщина никакая не Марианна (с чего у меня так память запомнила, может по названию костела св. Марии..?), а пани Лида. Чуть больше покопавшись я нашла ее имя и статью с интервью от 2023 года.. Кажется, надо все-таки найти время и встретится лично. А здесь и сама статья, если кому будет интересно, читать тяжело..
Мама мужа сейчас в глубокой деменции. И как часто это бывает,не помнит взрослую жизнь, но что -то помнит из детства.
Пока ещё была здорова, рассказывала, что у них в Белоруссии немцы заходили в деревни и сжигали эти деревни вместе с жителями. А перед этим угоняли молодежь. А потом шли дальше.
В их деревню, которая в первые дни уцелела, немцы зашли несколько позже.
И их деревню особо не тронули, так как в деревне разместилась крупная военная часть и позанимала все хаты.
Но местные жители уже знали, что их может ждать, когда зайдут немцы.
Поэтому мать мамы мужа при первых признаках приближения немцев схватила детей и корову и они побежали в лес.
Четверо детей, младшей из которых был всего один год, а маме мужа тогда было 5 лет, четыре дня сидели в лесу. Одни. Ночью. Потому что мать, после того, как дети были в безопасности, вернулась в деревню, чтобы успеть взять какие-нибудь вещи. И четыре дня ее не было. За давностью лет, мама мужа не помнила, почему их матери так долго не было, но помнила отчётливо , что на второй день они поняли, что остались сиротами.
К их счастью, на четвертый день мать за ними вернулась и они поселились в сараюшке, потому что хату заняли немцы.
И вот сейчас, находясь в деменции, мама мужа время от времени начинает проявлять беспокойство и со слезами и со страхом в голосе начинает кричать "Немцы идут".
84 года прошло, но этот детский безумный страх преследует ее всю жизнь.
Всех с днём Победы! Мирного неба всем нам, чтобы мы и наши дети никогда не узнали этого ужаса.
