Нормально видно в бинокль, рассмотрел всю рок-группу. Справа от сцены стояли несколько рядов колонок, одна на другой. Вроде бы по две колонны с каждой стороны, по 3-4 колонки в каждой, внизу самые огромные. В щель между ними увидел за пультом звукооператора (или звукорежиссёра?) группы. К нему по очереди подходили молоденькие москвички, он от имени группы давал автографы на листочках или на плакатах, которые продавали у входа. И каждая чмокала его в щёку. В бинокль мне была видна его улыбка при этом.

Освещение на сцене хорошее было. В самом начале вышла дама в офигенном сверкающе-блестящем концертном платье. Представила группу и Маккаферти.

Гитарист, не отвлекаясь от игры, закурил сигарету. Затянется, положит рядом, проиграет свою партию — и снова к сигарете. На цветном фото он — с гитарой.

Играли всё нон-стоп, подряд, без пауз. Начало каждой композиции публика встречала аплодисментами.

Большие трудяги, исключительно талантливые люди!

В середине выступления все, кроме ударника, перестали играть, кто-то из них в микрофон, уходя за сцену, сказал публике: "Two minutes!". Ясно, перерывчик себе сделали понятно для чего.

А на сцену вышел ударник с волынкой. Даррелл Свит (?). Красиво сыграл мелодию...

(Пытался найти фото барабанщика Nazareth, играющего на волынке. Выдаёт только фото с Маккаферти и "серебряной" волынкой. Но твёрдо помню, что сыгравший в перерыве участник группы крупнее габаритами был, не Маккаферти. Он на чёрно-белом фото первый слева в первом ряду.)

Мне очень понравилось. В метро ехал — всё ещё звенело "We... are... animals!!".

Больше суток в голове играли мелодии этой группы.

...С тех пор не стало ударника Nazareth. И Маккаферти ушёл от нас в 2022 году...

Примерно в мае 1990 года семейная пара моих коллег попала на выступление Йена Гиллана. А я и не видел афиш о его выступлении. Видимо, разлетелись в один миг все билеты. И им могла "по знакомству" достаться пара билетов. Видимо, поэтому мне они ничего не сказали, ну да ладно...

Говорили — "ну народ и орал на концерте!!!".

Я подумала, что раз уж мужчина смотрит в руки, то я со своей массивной оптикой точно впишусь в коллектив. Вот теперь настал момент, пора! И я его достала. Навела фокус – размыто всё – Лепс слишком близко. «Ладно, – думаю, – не зря же я тащила целых кило восемьсот». Стала ждать, когда он уйдёт со сцены. Не в смысле, совсем – а отойдёт в левую часть зала. Так сказать, чтобы попасть в поле моего бинокольного зрения.

Дождалась. Фокус накрутила, долго смотрела – целый куплет. Всё разглядела! И костюм, и очки, запонок в этот раз не было. Потом смотрю – Лепс обратно идёт. Резко убираю бинокль и вижу, что соседка слева смотрит прямо на меня. А Лепс поёт в другой стороне, слева. Что она хотела увидеть? Посмотреть, как её чёлка выглядит в окулярах?

Странные люди какие-то. Заплатили за место в четвёртом ряду, а на артиста не смотрят. И даже бинокль с собой не взяли.

Другие истории на канале.