В жирные нулевые великий русский режиссёр Алексей Балабанов решил снять комедию. Шутки, юмор, игра актёров - всё на высоте. Однако, фильм получился настолько реалистичным, что больше похож не на комедию, а на документалку, от которой волосы в жилах стынут.

- Вытащите из ушей всё, что может помешать вам воспринимать информацию, которая сделает вас людьми в этой бурлящей реке под названием «жизнь».

— Мы тут, это... впросак попали чуть-чуть.
— Серёжа, а ты знаешь, что такое «просак»?

— Вот только не надо сейчас крайних искать...
— А почему бы не поискать?! А давайте поищем крайнего, который думает, что раз у него пушка, он может из неё шмалять направо и налево, не предупредив своих коллег по опасному бизнесу.

— Теперь люди думают, что мы на всю голову отмороженные.
— А раньше не думали?
— Раньше думали, что мы не на всю голову отмороженные, а теперь думают, что на всю!

— Ну если ты видишь, что ситуация накаляется, ну переведи ты стрелку на другой день... Пороть вас надо!
— А вас-то пороли?
— Меня? А как же. Пороли. А ты думаешь почему я такой стал, а?

— А я считаю, что детей пороть нельзя. Вот меня отец тоже порол, а чё хорошего? Я до сих пор очень хочу его убить, и ещё кого-нибудь заодно.

— Слышь, Баклажан, у вас в Эфиопии все такие умные?
— Я русский.
— Вот только не надо гнать. Русские столько не курят.

- Да, братец, ты реальный маньяк!

- Чужие слабости надо уважать.

— Ты сказал пистолет и что-нибудь потяжелее...
— Я имел ввиду автомат! Это у вас в Эфиопии, если потяжелее, сразу миномет берут?
— Я — русский!
— Русский он... Надеюсь, гранаты не взял?... Ну, ты, Баклажан, точно, ты — псих! Тебе пора к врачу лечиться и, думаю, русский врач здесь уже не поможет.

— Смотри-ка, верующий!
— И чё такого? Я тоже – верующий.
— И какой у вас в Эфиопии бог? Вуду?

- С вещами надо расставаться легко!

- А кто вам сказал, что вас, ребята, подставили? Вас КИ-НУ-ЛИ!

- Скажи, где героин, не держи в себе. А то мы тебе ножичком глаз выколем. Саймон, сможешь?

- Запросто.

— Вроде, героин, правда, я не сильно понимаю... Нет, точно, не стиральный порошок...
— Бодрит.

- У меня такое чувство, что мы сегодня обгадили серьёзных людей.

— Как бы международного конфликта не вышло...
— Он сказал, что русский...
— Наврал...

- Мы, наверное, квартирой ошиблись, нам лучше уйти.

— Я же говорю — ошиблись, мы на день рождения к девочке шли.
— А сколько лет девочке?

— Двадцать.
— Что, в наше время есть девочки, которым уже двадцать лет? А в мешке, вероятно, подарки для девочки. Девочка много курит, путешествует по области на машине и пьет за рулем пиво. Не очень хорошая девочка...

- Последнее желание есть?

- Есть. Отпустите меня пожалуйста.

- Чувство юмора — это хорошо. С чувством юмора помирать легче.

- Здрасьте вам. А чё так много народу мёртвых?

— А ты знаешь, как это делать?
— Ну конечно. Я ж клятву Гиппократа давал.
— Это бодрит.

— Ты знаешь, а ведь это в первый раз меня сегодня подстрелили.
— Ну и как ощущения?
— Не знаю. Такое впечатление, как будто девственность потерял.
— Не самое плохое ощущение.

- Я думаю, валить нам отсюда надо. Мало ли кто ещё придет. А у меня патроны кончаются.

— А что ты хочешь, чтобы я пирожки что ли кушал?
— А ты Русские пирожки не трожь!

— А вы че, ребята, всё стреляете?!
— А че?
— А то, что уже не стреляют. Сейчас по-другому бизнес делают. Сейчас, братан, время такое. Можно здорово подняться... Только не в вашей дыре!

- Куда Россия катится, когда такие уроды, как ты, с мигалками ездят!

- Так и ты ездишь.

Даже странно, что этот фильм ещё не запрещён.