Серия «Наше кино»

Этот фильм поразил не только зрителей - он вызвал неподдельное восхищение у профессионалов: сотрудников милиции, которые по долгу службы знали криминальный мир изнутри. Для них картина стала редким случаем, когда кино не скатывается в романтизацию преступности, а показывает «изнанку» с точностью почти документальной — и при этом остаётся по хорошему смешной и человечной.

Ключ к правдоподобию — личный опыт режиссёра Александра Серого. Банальный случай. Дал в морду лица товарищу. А тот не тем ударился об землю, дурачок. В итоге: две судьбы погублены не за хвост собачий. Один в больничку, другой на нары. Просто и без затей.

После освобождения Серый оказался без работы: его имя было «под вопросом» в киноиндустрии.

Георгий Данелия, его друг со времён учёбы на Высших режиссёрских курсах, решил помочь. Он предложил схему: Данелия пишет сценарий и выступает художественным руководителем картины; Серый — режиссёр‑постановщик, то есть непосредственно снимает фильм.

Таким образом, Серый получил шанс вернуться в профессию.

Особенно выделяли филигранную работу над речью.

Фразы вроде «пасть порву, моргалы выколю», «канай отсюда», «редиска» (придуманная как «безопасная» замена грубым ругательствам) звучали настолько органично, что вызывали у оперуполномоченных улыбку узнавания. При этом язык не переходил грань цензурного — задача, которую команда решала кропотливо.

Впрочем, птичку жалко.

Спустя годы после выхода фильма «Джентльмены удачи» Георгий Данелия сожалел что одно из выражений стало широко использоваться в разговорной речи как грубое ругательство. Более того, оно изменило восприятие самого образа — из символа утра, добра, солнца и храбрости, который часто встречается в сказках, птица превратилась в объект насмешек и оскорблений. После этого фильма слово "петух" стало ругательным и в приличном обществе не употреблялось.

Сценарий под рабочим названием «Рецидивист» придумал Валентин Ежов. Изначально главным героем должен был стать сотрудник милиции, перевоспитывающий бандитов. Но Георгию Данелии и Виктории Токаревой идея показалась слишком сказочной. На дворе были не наивные 50-е, а вполне себе застойные 70-е. В итоге на первый план вышел заведующий детским садом Евгений Трошкин. Талантливый педагог, фронтовик, который в 40 лет живёт с мамой. И он вовсе не по своей воле вынужден участвовать во всей этой изумительной истории с зэками и золотой шапкой. А потому что его очень сильно попросили товарищи...

Сложно не заметить похожесть фильмов «Джентльмены удачи» и «Бриллиантовая рука».

В обоих фильмах главные герои — обычные люди, семейные скромные домоседы, абсолютно случайно попавшие в криминальный водоворот. Их фронтовое прошлое — не случайная деталь биографии. Оба привыкли жить честно и просто.

Семён Семёныч, попав в переплёт с контрабандистами, остаётся самим собой. Пусть он растерялся, иногда боится, порой выглядит смешно, но ни на секунду не перестаёт быть тем, кто он есть: патриотом, любящим мужем и отцом. Скромный, немного робкий, но в решающий момент не предаёт себя и своих. Его фронтовая закалка — это не повод хвастаться, а тихая уверенность: он знает, что такое страх, но умеет его преодолеть.

Евгений Иванович Трошкин — будто усиленная версия Семён Семёныча. Горбунков держится за себя в чужой игре; Трошкин же вынужден стать другим человеком.

Мужчина под пятьдесят, всю жизнь проработавший с детьми, живущий с мамой, так и не создавший своей семьи. Его мир — тихий, упорядоченный, построенный на доверии и слове. Он умеет говорить с малышами, находить к каждому подход, терпеливо объяснять. А теперь ему надо изображать вора в законе — грубого, резкого, балакающего на жаргоне, от которого ему физически тошно.

Как ему это даётся? Почти невыносимо.

Каждый раз, когда он произносит «блатную» фразу, когда пытается напустить на себя важность, когда кричит на взрослых мужчин, — он чувствует, как трещит его собственная природа. Он не притворяется легко, не скользит по роли: он переступает через себя. И это видно — в каждом взгляде, в паузах, в неловких интонациях.

Он не может просто «включать» вора — он каждый раз переживает это как предательство самого себя. И именно поэтому его срывы на крик — не агрессия, а крик души: он не знает, как иначе достучаться до этих людей, как заставить их услышать то, что для него очевидно.

В этом — гениальность игры Евгения Леонова. Он показывает не просто перевоплощение, а борьбу внутри человека. Мы видим, как Трошкин то почти сливается с ролью, то вдруг спотыкается, моргает, словно очнувшись... Леонов умудряется держать оба полюса одновременно: и вора, и педагога, и слабого, и сильного. Его герой то нелепо копирует «авторитета», то вдруг — совершенно естественно — проявляет силу.

Во время монтажа «Джентльменов удачи» возник негласный конфликт — не между героями, а между художественным замыслом и чувством такта. В черновой версии фильма присутствовала лирическая сцена: Евгений Иванович Трошкин (в образе Доцента) рассказывает ворам Косому и Хмырю трогательный фронтовой эпизод о том, как под Курском солдаты жарили картошку на углях и смотрели на звёзды.

«Вот у нас на фронте тоже интересный случай вышел… Мы тогда под Курском стояли. Зима уже отступала, но по ночам — морозило. Мы в окопах, холодно, голодно, конечно. Но однажды повезло — нашли клад. Полведра картошки! Примерно такая вот кастрюлька.

Мы угли, значит, раздули, картошку в них закопали. А пока ждём — лежим молча, смотрим в небо.

Звёзды… такие яркие, будто кто‑то их только что вымыл. И тишина. Только картошка шипит да ветер в траве шуршит.

А запах… Не передать. Как будто весь мир в этом запахе — и дом, и детство, и надежда».

Хмырь сначала слушает настороженно, потом его лицо смягчается. Он не замечает, как на глазах появляются слёзы. Вспоминает что‑то своё — может, детство, может, давно утраченное тепло.

Лжедоцент продолжает:

«Когда достали картошку — она вся в золе, горячая, трещит. Руки нам греет родимая. Разломили — а внутри мягкая, как пух. И ели мы её, и казалось, что вкуснее ничего на свете нет. И звёзды над нами, и тишина… Вот такое счастье, ребята. Простое».

Косой тоже затихает, но его реакция иная: он слушает, приоткрыв рот, будто ребёнок, которому читают сказку. Потом вдруг хмыкает, потом вдруг взрывается хохотом:

«Хы-хы-хы. Во заливает! На фронте... Ты ж с малолетства по зонам шатаешься. Академии всех Северов изучил, Доцент!»

Трошкин, слегка смутившись, тоже улыбается:

«Точно… Сильно я, видать, головой ударился — то что было не со мной помню... Так это я кино вспомнил...».

Косой:

«Кина не будет...Электричество кончилось».

Все трое хохочут до слёз, забыв на мгновение, кто они и зачем здесь.

Когда отснятый материал показали съёмочной группе, сцена вызвала неоднозначную реакцию. Большинство восхищались её поэтичностью: мягкий свет, задумчивый тон Леонова, искренние эмоции бандитов. Но сам Евгений Павлович после просмотра остался задумчивым.

На следующий день Леонов подошёл к Александру Серому:

«Саша, я вот что подумал… Эта сцена про картошку — она ведь не просто милая зарисовка. Она про войну. Про настоящих людей, которые там были. А мы её подаём почти как анекдот — с хохотом в конце. Мне кажется, это… не то».

В финальной версии «Джентльменов удачи» всё получилось очень тонко и умно. Вместо того чтобы подробно рассказывать о прошлом Трошкина, фильм просто намекает: вот медали дома, вот спокойная уверенность в глазах. И этого хватает.

Зритель сам додумывает: да, этот человек прошёл через тяжёлое, но не стал злым, не очерствел. Он умеет и пошутить, и поддержать, и найти общий язык даже с бандитами.

Если бы сцена с картошкой осталась, мог возникнуть неприятный оттенок: вот, люди голодали, воевали, а мы над этим смеёмся. А так — никакого риска. Шутки остаются шутками: смеёмся над тем, как герои попадают в нелепые ситуации (с верблюдом, цементом, переодеваниями).

Получается, что фильм одновременно и весёлый, и человечный. Он не грузит длинными монологами, не давит моралью, но при этом даёт почувствовать: за улыбкой Трошкина — характер, за его добротой — жизненный опыт. И это работает лучше, чем любой подробный рассказ.

Однако, фильм оказывается ещё более гениален, чем казалось, когда просмотрев его в тысячный раз, понимаешь, что тут ведёт свою игру суперагент.

При поверхностном просмотре «Джентльменов удачи» этот персонаж предстаёт добродушным, слегка наивным. Но если присмотреться внимательнее, перед нами — блестяще внедрённый агент, чья миссия оказалась настолько тонкой и многоплановой, что даже зритель не заподозрил истинной роли этого персонажа.

Он не похож на остальных: не грубит, не лезет в драки, не пытается что‑то украсть. Вместо этого он постоянно наблюдает, прислушивается, мягко направляет других. Например, когда все спят, он может не спать — просто слушает, что говорят соседи. Или вовремя останавливает назревающий конфликт, уговаривая всех успокоиться.

Его «случайные» поступки на деле оказываются продуманными шагами. Когда все бегут из тюрьмы, он тоже бежит — но не от страха, а чтобы не потерять контроль над ситуацией. Когда поджигают дом, это выглядит как глупость, а на самом деле помогает переместить группу туда, где нужно искать шлем. Он то и дело напоминает остальным, что жить честно лучше, чем воровать — будто незаметно готовит их к новой жизни.

Зачем всё это нужно? Дело в том, что шлем Александра Македонского — не просто драгоценность. Его пропажа могла ударить по репутации страны, а вернуть его надо было тихо, без лишнего шума. Вот КГБ и решило действовать незаметно: внедрить своего человека в самую гущу событий.

Василий Алибабаевич идеально подходит для такой роли. Его добродушная внешность и комичность полностью скрывают настоящую работу. Никто и не подумает, что этот простоватый парень на самом деле следит за всеми, контролирует ситуацию и ведёт дело к нужному результату.

Василий Алибабаевич — мастер оперативной игры. Его роль в «Джентльменах удачи» — это не просто комедийный образ, а пример виртуозного внедрения агента, который:

1. Выполнил задание;

2. Сохранил легенду;

3. Оставил даже зрителей в неведении.

Перед создателями встал вопрос: каким должен быть состав банды Доцента?

Первоначально сценаристы задумали ввести яркого авантюриста — лихого, изворотливого, с острым языком и дерзкими выходками. Такой персонаж мог бы стать двигателем комических ситуаций, придать действию динамизм и озорной задор.

Однако от этой идеи довольно быстро отказались. Этакий Остап Бендер в банду Доцента не годился. Нужен был кто поглупее.

Пригласили Юрия Никулина, уже прописали ему роль, но он в проект не попал — у него были плотные гастроли в цирке. Никулин предложил позвать на его роль Георгия Вицина. Дескать, Георгий Михайлович может и Труса сыграть, и Балбеса, и Доцента с Шуриком.

Вицин согласился, хотя на момент начала съёмок чувствовал себя неважно: он простудился, голос звучал приглушённо, а в глазах читалась усталость. Но уже на первых дублях стало ясно: эта неяркость, эта приглушённость идут образу только на пользу. Вместо привычного комического Труса перед камерой возникал человек с надломленной интонацией, с осторожными движениями, с взглядом, в котором смешались страх, стыд и робкая надежда.

Так персонаж, изначально задуманный как лёгкая пародия, обрёл глубину. Его даже переименовали: из «Труса» он стал «Хмырём». По легенде новую кличку дал ему сам Доцент — вор в законе, чей авторитет непререкаем. «Хмырь» — слово грубое, мрачноватое, оно словно приклеилось к герою, обозначив его место в этом мире: тот, кто всё ещё помнит, что когда‑то был другим, но смирился с грязью вокруг и медленно умирает внутри.

Георгий Вицин сыграл это с редкой тонкостью и деликатностью. В его Хмыре нет гротеска, нет карикатуры. Есть только тихая боль, неловкость, затаённая тоска по дому. Он не смешит — он заставляет сочувствовать. И именно поэтому его герой запоминается не как комический второстепенный персонаж, а как один из самых печальных и правдивых образов.

Георгий Вицин совершил едва уловимый, но поразительный переворот: он продолжил линию Труса — и одновременно полностью её переписал. На первый взгляд, в Хмыре можно разглядеть знакомые черты: та же робость, таже вороватость, та же неловкость, тот же инстинктивный страх перед силой. Но если Трус был комической маской — забавным трусишкой, чьи страхи всегда оборачивались смешным конфузом, — то Хмырь стал живой раной, обнажённым нервом.

Косой — на первый взгляд, типичный комический подручный: нелепый, простоватый, с забавной мимикой и смешными репликами. Но очень скоро зритель понимает: этот герой не просто добавляет юмора — он становится чуть ли не вторым по значимости персонажем фильма.

Савелий Крамаров сыграл Косого с такой обезоруживающей искренностью, что за смешными выходками проступает настоящий человек: ранимый, доверчивый, по‑детски мечтающий о простой счастливой жизни. Его «Автомашину куплю с магнитофоном, пошью костюм с отливом — и в Ялту!» — не просто шутка, а тихая исповедь. В этой фразе — вся тоска одинокого человека, который хочет тепла, уюта, признания, но не знает, как этого добиться.

Для Трошкина, человека системы и порядка, Косой поначалу — словно не взрослый мужчина, а ребёнок, которого когда‑то не научили главному: что такое «можно», «нельзя», «надо». И если в детском саду Трошкин привык терпеливо объяснять, направлять, мягко корректировать — здесь его методы рассыпаются в прах.

Трошкин срывается не от злости, а от бессилия. Он говорит: «Надо же по‑человечески!», а Косой отвечает: «Кому надо? Ладно, чё ты…»

Трошкин шаг за шагом убеждается: время упущено. Перед ним не чистый лист, а исписанный каракулями черновик, где каждая строка — ошибка, каждая помарка — срыв. И это убеждает Трошкина: «Перевоспитать уже нельзя. Твой дом - тюрьма, Федя. Держи тапки.» И это страшно.

Трошкин один из персонажей данной драмы. Несмотря на всю свою доброту и желание помочь, под конец он видит в своей троице не людей, а «испорченный материал», который уже не исправить. Большая часть их жизни уже бездарно прожита. Остается пожелать этим мёртвым душам покоится с миром.

Однако фильм показывает нам, невидимым наблюдателям, всю картину целиком.

Фильм тонко и без назидательности показывает: доброта не всегда говорит громкими словами, а «правильность» не гарантирует чуткость.

В этом — подлинная гениальность художественного фильма «Джентльмены удачи». Он не рассказывает историю победы добра над злом. Он рассказывает историю о том, как добро может пробудиться в каждом — даже в том, кого все привыкли считать плохим. И как важно не спешить с выводами, потому что за маской шута или грубияна может скрываться человек, который просто ещё не знает как быть счастливым. Или забыл...

«Джентльмены удачи» — это не просто комедия про воров и милицию. Это история о том, как человек может измениться, если к нему относятся по‑человечески. И наоборот. Евгений Трошкин сам чуть было не «ломается» под конец приключений. Все герои данной драмы будто меняются местами. Окунувшись в ужасную жизнь зэков по уши, воспитатель сам не заметил, как озлобился.

«Джентльмены удачи» - это больше, чем кино на Новый год. Взглянув на фильм трезвым взглядом, понимаешь, что это картина про одиночество человека и человечность окружающих. Про то, что даже в самом «отпетом» сердце может проснуться что‑то светлое.

Или нет.

Тогда начинают работать специальные органы.

Александр Белый по кличке Доцент стал подлинным воплощением криминального мира — мрачным, пугающим, абсолютно чуждым всякой мягкости.

Чтобы вжиться в образ Доцента, Евгений Леонов пошёл на серьёзную подготовку: он посещал Бутырскую тюрьму, наблюдал за заключёнными через глазок камеры, впитывал их манеру держаться, говорить, смотреть. Он искал не гротеск, не карикатуру, а живую, страшную правду — ту, что прячется за обыденностью жестов и интонаций.

И результат оказался поразительным. Доцент в исполнении Леонова — это не просто «злодей из кино». Это человек, живущий по законам преступного мира, где нет места жалости, где доверие — слабость, а сила измеряется способностью ломать. Его речь — отрывистая, грубая, с жаргонными вкраплениями — звучит как удар. Его взгляд — холодный, цепкий, будто сканирующий жертву. Каждое движение, каждый жест выдают в нём хищника, привыкшего доминировать. «Я чувствую… я всегда чувствую».

Леонов не ограничивается одной лишь внешней брутальностью. Он показывает внутреннюю механику Доцента: тот живёт чутьём, интуицией, а не разумом. Он не рассуждает — он чувствует, где можно взять, где можно ударить, где можно исчезнуть, где можно напрыгнуть и растерзать.

При этом актёр мастерски балансирует между устрашением и харизмой. Доцент пугает — но и завораживает. В нём есть мрачная притягательность, та самая «преступная стать», которая заставляет и сообщников, и зрителя ощущать его силу. Леонов не играет монстра — он показывает того, кто окончательно и бесповоротно выбрал тьму.

Особенно выразительно этот образ раскрывается в контрасте с Трошкиным. Одно и то же лицо — но совершенно разные сущности. Там, где Трошкин улыбается, Доцент скалится. Там, где Трошкин вступает в диалог, Доцент ставит перед фактом. Эта дуальность не просто трюк: она обнажает трагедию личности, которая могла бы быть иной, но выбрала путь тьмы.

Режиссёр Александр Серый применял методику параллельных съёмок: разные сцены снимали одновременно на нескольких площадках. Пока одна группа работала над боевой сценой с Леоновым, другая снимала чаепитие с второстепенными персонажами. Монтаж картины велся практически параллельно со съёмками — монтажёры работали в круглосуточном режиме.

На съёмках «Джентльменов удачи» Георгий Вицин и Савелий Крамаров не раз становились источниками неожиданных, почти импровизационных эпизодов, придавших фильму особую живость. Так, во время сцены с «цементом» (на деле — хлебной закваской с луковой эссенцией) Вицин, узнав, будто состав якобы обладает целебными свойствами и продлевает молодость на 15 лет, долго не хотел вылезать из цистерны. Коллеги подшучивали над его верой в «лечебный раствор», а сам актёр, обычно скрупулёзно заботившийся о здоровье, на этот раз поддался шутливому соблазну — и сцена затянулась из‑за его упорного пребывания в липком «цементе».

Другой яркий эпизод случился на морозе: актёры договорились не раздеваться для сцены со снегом при −17 °C, но Раднэр Муратов опоздал и вышел в плавках. Пришлось раздеться и остальным. Савелий Крамаров, решив «наказать» опоздавшего, неожиданно начал растирать Муратова снегом. Георгий Вицин подхватил игру и в ответ окатил снегом уже Крамарова. Эта непринуждённая перепалка, полная искреннего смеха и дружеского азарта, попала в финальный монтаж и стала одной из самых запоминающихся сцен фильма. Так естественная химия между актёрами превратила рабочий момент в маленький шедевр.

Перед самым выходом фильма возникли разногласия между Данелией и Серовым. Дело в том, что Георгий Николаевич Данелия был категорически против некоторых комедийных ходов, например, с переодеванием персонажей в женское. Данелия предпочитал более осмысленные, остроумные решения, а не прямолинейные гэги (комедийные приёмы), которые он считал вульгарными.

Георгий Николаевич Данелия: «Ну вот что смешного в голом мужике? Есть в этом комедия? И Виктория на полном серьёзе заверяла нам : голый мужик - это классика комедии! А ещё давайте их в женское нарядим! Ну смешно же будет! И так на протяжении всего фильма. Понапихали туда с Сашей дешёвых хахатулек. А вот тут ему в морду верблюд плюнул, а тут ему по башке заехали, а тут... Я уже взмолился, пожалуйста, пусть хоть тортами не кидаются. Обойдёмся без Чаплина!»

Данелия стремился к глубине и психологизму в своих работах, его комедии часто пропитаны грустью и гуманизмом. По воспоминаниям Александра Серого, огорчённый Данелия посоветовал ему не указывать себя в титрах как соавтора сценария, предложив вместо этого вписать туда Викторию Токареву и себя.

Больше они никогда не работали вместе.

«Джентльмены удачи» — признанная классика советской комедии, однако некоторые аспекты сценария вызывали вопросы у критиков и зрителей. Главный сюжетный парадокс сосредоточен в финале: профессор сразу кидается к золотой шапке и упрыгивает с ней без всяких расшаркиваний, милиция блестяще "пакует" Доцента, товарищи майоры обнимаются с Трошкиным и усаживаются в волгу, а преступники... никого не интересуют. Они, стоя посреди лесополосы, недоумённо спрашивают у отъезжающих в даль сотрудников органов: «А мы?»

Ох уж эти открытые финалы в советских фильмах! Делалось это специально, чтобы зритель, выходя из кинотеатра ещё долго обсуждал увиденное. Писал письма в "спортлото", ходил на встречи с создателями фильма, которые гастролировали по стране. Ещё раз сходил на сеанс. И уже с новыми зрителями обсуждал открытый финал. И уже шли коллективные письма в "спортлото". И "вечерний огонёк" с актёрами фильма по телевизору. И новые киносеансы. И новые зрители. И новые встречи с создателями фильма в местном Доме Культуры. И так далее...

Сегодня уже и трудно представить такое. Чтобы годами люди ходили на один и тот же фильм. Знали его на изусть и ходили снова и снова. А ведь такое было.

Удивительная ушедшая эпоха.

Трус, Балбес и Бывалый - эти клички рецидивистов были знакомы каждому советскому человеку. Троица уголовников имела большую популярность ещё до подкастов трукрайма. Про них пели песни, сочиняли байки и анекдоты, снимали фильмы и мультфильмы. Увековечивали в искусстве. Однако мало кто знал их по настоящему печальную историю.

20-й век. 60-е. Советский Союз. Надои доятся, хрущёвки строятся. Космические корабли бороздят просторы Большого театра. По Москве ходят счастливые советские люди.

Счастливые люди идут по улице и поют про то, что у них всё хорошо. Счастливые люди верят в прекрасное далёко и даже дождь не мешает им быть счастливыми.

А это наши герои. Они работают в магазине одежды. И они тоже, должно быть, счастливы.

Василий Дорошин - женат, дважды отец, директор магазина одежды. Гаврила Шереметьев - женат, дочкин папа , заведующий отделом мужской одежды. Семён Горбунков - холост, ветеран, продавец мужской одежды.

И как же порядочные сотрудники магазина одежды превратились в матёрых уголовников, спросите вы?

Ответ до банальности прост:

ПЬЯНКА!

«Придёшь домой — там ты сидишь».

Сообразить на троих между работой и приходом домой в прошлом веке было делом обычным. Посидели, отдохнули, можно и снова в бой. К жене, к детишкам.

Однако, привычка "культурно посидеть" для нашей троицы превратилась в зависимость, которая привела к деградации личности и к понижению в социальном статусе.

После увольнения, троица продолжает пьянствовать.

Алкоголь, как им кажется, даёт им не вероятные способности и пир духа.

И шаг за шагом Трус, Балбес и Бывалый скатываются в беззаконие.

"Синяя" дорожка уводит их далеко-далеко от родного дома.

И вот граждане алкоголики-тунеядцы уже в горах Кавказа, где воздух свеж, душа свободна и зреет красный виноград.

Тут они могут наслаждаться свободой на всю катушку.

Однако, на их пути встаёт советский супергерой STUDENT Shurik.

Троица получает свой первый срок.

После отсидки Трус, Балбес и Бывалый устраиваются на официальную работу.

Теперь это снова законопослушные сотрудники торговли Семён, Гаврила и Василий.

Однако, тяга к быстрой наживе оказывается сильнее страха перед Уголовным Кодексом.

Тем более, что в этот раз воровать ничего и не надо.

Лишь имитация кражи, без шума и пыли.

На их пути встаёт советский супергерой STUDENT Shurik.

Второй встречи с STUDENT Shurik троица не выдерживает.

След Василия Дорошина - Бывалого теряется. и больше в этой саге упоминаться не будет

Семён Горбунков - Балбес берётся за ум. Бросает пить. Женится. Заводит детей. Участвует в самодеятельности. Чтит уголовный кодекс и всецело сотрудничает с администрацией. За что получает уважение в обществе и всесоюзный почёт.

А вот Гаврила Шереметьев - Трус не смог наладить свою жизнь. Влившись в банду авторитетного вора Александра Белого - Доцента, он, казалось, навсегда ушёл из мира нормальных людей

Однако, благодаря совместным усилиям внутренних органов и силовых структур, гражданин Шереметьев встал на путь исправления под чутким руководством ветерана и талантливого педагога Евгения Ивановича Трошкина.

Впрочем, это уже совсем другая история...

Картина «72 метра» вышла через четыре года после гибели атомной подлодки «Курск», которая унесла жизни ста восемнадцати членов экипажа. После премьеры фильма Владимира Хотиненко многие зрители посчитали, что «72 метра» — экранизация тех самых событий. На самом деле фильм снят по рассказам подводника Александра Покровского. Они были написаны до трагических событий и выходили в сборниках под названиями «Расстрелять!» и «72 метра».

Подлодку «Славянка» изображала настоящая дизельная подлодка «Алроса», на тот момент единственная боевая подлодка Черноморского флота. Это было не первое и не последнее появление «Алросы» кино — она принимала участие даже в съёмках гонконгского фильма с Джеки Чаном! Но внутрь подлодки съёмочную группу не пустили — все сцены в отсеках «Славянки» снимали в павильонах «Мосфильма». Там построили бассейн и сделали копию подлодки из пенопласта. Натурные съёмки проходили на настоящих базах ВМФ в Североморске, Севастополе, Гаджиеве и Полярном.

По сюжету фильма на борту оказался всего один исправный дыхательный аппарат. Подобная ситуация случилась в 1983 году на Камчатке с подводной лодкой «К-429» — она затонула по пути на учения. Экипаж решил протестировать погружение, через вентиляцию хлынула вода и лодка легла на дно. После аварии выяснилось, что спасательные средства неисправны, а кислородные баллоны почти все пусты. По неизвестным причинам аварийную тревогу не объявили и поиски не начали. Как и в фильме, на поверхность были отправлены два добровольца, которые сообщили о случившемся, и на третьи сутки из затопленной подлодки спасли 104 человека из 120.

Музыку к фильму написал итальянский композитор Эннио Морриконе. Договаривался с ним сам Владимир Хотиненко — пригласить знаменитого итальянца было его идеей. Режиссёр рассказывал, что ему надо было написать Морриконе несколько убедительных строк, и после долгих раздумий он отправил следующее послание: «Дорогой Эннио, я понимаю, что удивить Вас ничем невозможно. Поэтому напишу коротко. Нашей стране, как и нашему фильму, нужна красота и надежда. Все это есть в Вашей музыке. Поэтому прошу принять наше предложение и написать музыку». Композитор прочитал письмо, ознакомился со сценарием и впервые написал музыку для русского фильма. Его тронула история о мужской дружбе и верности присяге.

Андрей Краско сам дописал некоторые реплики своему капитану Янычару и придумал ему черты характера. Это его идея, чтобы грозный Янычар прерывает отчитывание мичмана Легкоступова и подбегает к жене сказать, что купил картошки. Актёр пользовался уважением как у коллег по съёмочной площадке, так и у военных. Однажды актёры прямо в форме пошли перекусить в кафе. К Андрею Краско подошёл офицер ВМФ и сказал: «Товарищ капитан первого ранга, мне очень нравятся фильмы с вашим участием, можно попросить автограф?»

В том же эпизоде, где капитан ругает Легкоступова за безграмотность, Андрей Краско держит в руке рапорт мичмана. На самом деле это текст роли. Если присмотреться, то можно заметить, что под словом «Рапорт» написано то, что Краско произносит в кадре: «Ты знаешь, какая у тебя фамилия? Легкоступов… то есть легкий, можно сказать воздушный, ты чего написал?»

Подводниками фильм был принят благосклонно. И всё же режиссёру указали на откровенные ляпы: недопустимо, чтобы во время боевой тревоги оставали открыты переборочные люки, не соответствуют действительности указания объёма самих люков, никто не имеет права перемещаться из отсека в отсек, двухкорпусная лодка не может так быстро утонуть после взрыва за бортом, да и вообще мина Второй Мировой войны не могла нанести столь серьёзные повреждения современной подлодке.

Игорь Дыгало, помощник главкома ВМФ: «Главное, что при просмотре фильма не возникает чувства пессимизма. Конечно, с профессиональной точки зрения можно придраться к определенным моментам. Но, с другой стороны, если делать фильм только с учетом знаний и опыта военных моряков, то широкий зритель может не понять».

Владимир Хотиненко, режиссёр фильма: «Мы старались пройти по лезвию бритвы. С одной стороны, не хотелось заступать за территорию ТВ и снимать социальный репортаж. В то же время нельзя было отрывать героев от бытовой среды… На ранней стадии проекта я посмотрел практически все фильмы о подводных лодках, прочитал массу литературы. Когда говорят об аварии на той или иной подлодке, внимание акцентируют на мировых проблемах, всемирных катастрофах, но забывают о конкретных людях, которые сидят в полной темноте, рассказывают анекдоты и ждут, ждут…»

"Подкидыш" — комедия, снятая до нашей эры в 1939 году режиссёром Татьяной Лукашевич по сценарию легендарных Агнии Барто и Рины Зелёной на базе киностудии "Мосфильм".

Агния Барто и Рина Зелёная не имели опыта работы с киносценариями, но всё же их совместную работу взяли на "Мосфильм" без каких-либо изменений. Дописывать сценарий приходилось в процессе съёмок. Например, крылатую фразу "Муля, не нервируй меня" произнесла Фаина Раневская в перерыве между дублями, обращаясь к своему "экранному мужу" — Петру Репнину. Услышав это, сценаристы решили, что данная реплика гармонично вписывается в картину. По воспоминаниям Раневской "Муля, не нервируй меня" преследовало её всю жизнь, и даже Леонид Брежнев не удержался от этой фразы, когда вручал ей орден Ленина.

Также в первоначальном сценарии не было домработницы Ариши, её дописали, когда было решено ввести в картину ещё один комичный персонаж. Рина Зелёная вспомнила про помощницу своих соседей, дописала сценарий и взяла за основу её характер и манеру речи, когда сама и исполнила роль Ариши.

- У нас вот так вот как раз в 57 квартире старушка одна тоже зашла, попить воды попросила. Попила воды. Потом хватилися - пианины нет!

Возникли сложности с подбором девочки на главную роль Наташи. Было просмотрено множество кандидаток, но у них не получалось естественно держаться перед камерой. Веронику Лебедеву специалист по подбору актёров увидел на улице, и предложил её родителям привести девочку на студию. На просмотре она прочитала величайшее литературное творение человечества: "Муха села на варенье — вот и всё стихотворение".

Режиссёр - женщина до того впечатлилась, что было решено её взять на главную роль. В будущем девочка решила не связывать свою жизнь с кино и выучилась на учителя английского языка.

Картина получила множество положительных отзывов. На иностранных кинофестивалях "Подкидыш" был представлен как первый семейный фильм. Иностранный зритель был восхищён актёрской игрой детей, добрыми шутками взрослых и с удовольствием смотрел на жизнь простых советских граждан в далёкой прекрасной Москве 1939 года.

В 40-х негатив фильма был утерян. Но благодаря позитивной копии картину удалось отреставрировать в 50-х годах. Повторный показ фильма имел невероятный фурор. "Подкидыш" получил вторую жизнь. Теперь это была уже не просто семейная комедия.

- И я буду танкистом.

- Ты ещё маленький. Тебя не примут.

- Тогда я буду милиционером!

- Милиционером нельзя. Ты ещё маленький потому что.

- Ну, а пограничной собакой я могу быть?

- Пограничной собакой? Можешь!

Когда режиссер Владимир Чеботарев в 1961 году взялся снимать «Человека-амфибию», американцы подняли его на смех. Даже прославленная студия Уолта Диснея со своей русалочкой не рисковала браться за подводные съемки! Куда уже этим русским?

Несмотря на то, что «Человек-Амфибия» по своей сути являлся детским, страсти в нём кипели вполне себе взрослые. Что там ваша русалочка! «Человек-Амфибия» стал одной из лучших фантастических картин в СССР, которую и сегодня приятно смотреть.

«Море хранит свою тайну» — последняя строчка научно-фантастического романа «Человек-амфибия» русского писателя Александра Беляева. Фантаст, пережив славу, забвение и сгинув в братской могиле, оставил читателям историю о юноше, который перестал быть неразумным животным, когда узнал тайны океана. Авторы одноименного фильма студии «Ленфильм» так же стремились создать подводную утопию, преодолевая техническую несостоятельность своего времени.

До того, как Владимир Чеботарев взял в руки сценарий «Человека-амфибии», он не один год пылился на полках «Ленфильма». Даже опытные мэтры, ознакомившись с ним, отказывались от идеи снять такой фильм. Никто просто не понимал, как вести съемки под водой.

Но Чеботарев был еще новичком в своем деле, его глаза еще горели, он пока ни разу не обжигался в киносфере. К тому же разве ему, прошедшему всю войну, перенесшему тяжелое ранение и застенки Гестапо, было бояться трудностей?

В общем, молодой режиссер загорелся идеей снять кино про незнакомый людям мир – мир полный моря, неба, страсти и любви. Даже требование к актерам у Чеботарева было только одно - небо и море в глазах.

А где этого самого моря не хватало, в ход шли спецэффекты по-советски. Например, Ихтиандру, которого играл Владимир Коренев, чтобы глаза были синими, на съемочной площадке их подсвечивали синим экраном.

А злодею Педро Зурите в исполнении актера Михаила Козакова, наоборот, чтобы выглядел более зловеще, глаза подсвечивали черным экраном.

Сам Чеботарев, с детства обожавший фантаста Александра Беляева, по роману которого должен был сниматься фильм, и сам увлекавшийся подводным плаванием, был уверен, что у него все получится. Хотя ему тогда даже не представлялось, сколько трудностей ждет впереди съемочную группу.

Началось с того, что чиновники денег на фильм не дали, поэтому Чеботареву пришлось взять в сорежиссеры Геннадия Казанского и привлечь к переделке сценария знаменитого советского режиссера и сценариста Алексея Каплера, который выступил еще и продюсером.

Еще до того, как приступить к работе, Чеботарев проконсультировался с профессиональными подводниками, которые убедили его в том, что при соблюдении определенных условий съемки под водой в СССР вполне реальны.

Именно тогда у режиссера возникла идея привлечь к съемках знаменитого исследователя подводного мира Жака Ива Кусто. Чеботарев связался с именитым французом, и тот проявил интерес к предложению русского киношника.

Однако, дальше разговоров дело не пошло. Чеботареву просто не дали денег, чтобы нанять Кусто с его оборудованием и командой.

Пришлось просить помощи у советских спецов. И здесь киношникам очень помог первый чемпион СССР по подводному спорту Рэм Стукалов. В свое время он уже помогал археологам на Чудском озере, так что, определенный опыт имелся. С помощью спортсмена и его коллег команде режиссера Чеботарева удалось создать настоящий шедевр.

Работа под водой оказалась еще даже более сложной, чем киношники себе это представляли. Пришлось на ходу многое корректировать, изобретать, придумывать. Как, например, прозрачные боксы для подводных съемок.

Однако, соорудив их, столкнулись с другой проблемой. В бухте Ласли почти не оказалось рыбы. А какой же океанский подводный мир без живности?

Чтобы зрители поверили, что действие происходит на тропическом побережье, пришлось склеить специальный раструб-аквариум. В него запускали тропических рыб, раструб надевали на камеру и так снимали подводные сцены.

Другая проблема коснулась дельфинов, которых обещали оплатить чиновники от кино. Но уже вовсю шли съемки, а денег все не было и не было. Тогда киношники пошли на вынужденную хитрость – в специальный вольер вместо дельфинов запустили рыб и мелких черноморских акул - катранов.

Для людей они не опасны и немного похожи на дельфинов. Тем не менее, прожорливостью отличались неимоверной. Поэтому здесь главной сложностью было успеть снять очередную сцену с «дельфинами», прежде чем те с акульей жадностью не набросятся на плавающую вокруг них рыбу.

Дальше ком проблем только нарастал. Когда уже начали снимать, оказалось, Владимир Коренев заядлый мерзляк, он мерз даже в теплой черноморской воде. А Анастасия Вертинская и вовсе не умела плавать. Тем не менее, подавляющее число подводных сцен актеры сыграли сами, отказавшись от профессиональных дублеров.

Но все равно многие кадры пришлось снимать долго и тяжело. Особенно трудно дались съемки эпизода, в котором Гуттиэре тонет. Эпизод был длинным: на девушку нападала акула, она медленно опускалась на дно моря и лежала там на песке.

Подводники Анастасию Вертинскую научили «травить» воздух так, чтобы опуститься на дно моря, а чтобы спуск проходил быстрее, в купальных трусиках закрепили свинцовое грузило.

Лишь после того, как сцена была снята, к актрисе подплывал аквалангист и давал ей подышать воздухом, после чего снимали следующую сцену: Она снова опускалась на дно, и уже тогда Ихтиандр подплывал к Гуттиэре, брал ее на руки и спасал, поднимая на поверхность.

Несмотря на то, что актеров страховали, в некоторых моментах до трагедии было совсем недалеко. Так было во время съемок сцены, в которой Педро Зурита бросал в море привязанного к якорю Ихтиандра. Сначала хотели снимать на десятиметровой глубине, но Чеботарева так увлекла игра света на глубине двадцать метров, что решили снимать именно там.

Владимир Коренев играл без дублёра, и когда все успешно сняли, Рэм Стукалов тут же подплыл к артисту, чтобы всунуть ему в рот загубник запасного акваланга, поскольку Коренев уже хватал ртом воздух от недостатка кислорода.

Но оказалось, что и из запасного баллона воздух не идет. Еще бы минута, и актер мог погибнуть. Но вот что значит профессионализм!

Стукалов среагировал мгновенно - снял с себя собственный акваланг, надел на Коренева и отправил его из глубины наверх. А сам, задержав дыхание, буквально на одном вдохе, без остановок, выплыл с глубины на поверхность. Из-за перепада давления у него лопнули барабанные перепонки.

В другой раз Коренев мог погибнуть, когда во время съемок еще одной сцены матрос выпустил из рук конец 60-метровой цепи. Она начала быстро разматываться, унося актера на глубину, откуда его вытащить уже точно бы не успели. Но другие участники эпизода сориентировались и пришли незадачливому матросу на помощь, подхватив цепь.

На фоне невероятно сложных съемок участие других членов съемочной группы осталось незамеченным. Однако, и без их участия фильма не было бы. Например, костюмеры этой картины проделали просто огромный фронт работы, буквально из ничего создавая сказочные наряды для героев.

Например, Ихтиандру его серебристые костюмы сделали из обыкновенного капрона, а чешую вырезали из… старой кинопленки. Потом ее вручную раскрасили серебром, и уже затем получившуюся чешую нашивали на костюмы. На минуточку – на каждой из трех одежек Ихтиандра было нашито 10 тысяч чешуек.

Что касается Вертинской, из нее костюмеры и вовсе сделали настоящую куколку, тщательно подогнав под ее точеную фигурку платья от Dior.

Много внимания уделялось образу Зуриты: пробковый шлем, короткие шорты, косынка на шее - все это должно было придать ему еще большую зловещую экзотичность.

Но постарались костюмеры не только для главных персонажей. Все, кто хоть ненадолго появлялся на экране, выглядел так, как и было задумано.

Ремни, башмаки, повязанные на головы банданы, кружевное бельё, выглядывающее из-под юбок, серьги, грубоватые сандалии девушек – все эти сделанные буквально из ничего атрибуты и стали главным фундаментом для того, чтобы на нем строилась волшебная история любви.

После выхода фильма на экраны 1961 года съемочную группу и актеров ждала слава. Зрители этот фильм полюбили, причем, зрители абсолютно всех возрастов. Школьники массово сбегали с уроков посмотреть на «настоящего человека-рыбу», молоденькие девушки вздыхали, глядя на фото экзотического актера Коренева, а опытные дамы находили неотразимым злодея Зурите. А хрупкая и наивная Гуттиэре заставила учащенно биться не одно мужское сердце в зрительском зале.

Страна еще помнила страшные годы Великой Отечественной, еще не полностью восстановилась и жизнь людей была еще не самой достойной. А тут такая красота льётся с экрана! Солнце, море, зарубежные ритмы музыки, песни, танцы и ЛЮБОВЬ! Просто Фантастика!

К тому же, если переходить на меркантильные вещи, фильм собрал огромную кассу. Даже новый министр культуры Екатерина Фурцева, которой трудно было в чем-то угодить, признавала: «Человек-амфибия» - просто подарок Министерству финансов».

Люди ломились в кинотеатры, и за первые три месяца фильм посмотрели почти семьдесят миллионов человек. Фильм посмотрел каждый третий житель Советского Союза. Эта картина не только изрядно пополнила советскую казну, но и повлияла на многие сферы жизни простых советских граждан.

У многих проснулся интерес к подводному плаванию, к изучению подводного мира. Фильм отразился даже на тогдашней моде. Советские мужчины начали массово носить белые брюки и длинные волосы.

Фильм получил признание на Западе. Все были невероятно потрясены, что половину детской сказки русские сняли под водой. А также отметили сексуальность советских актёров.

В 1962 году «Человек-амфибия» взял приз «Серебряный парус» на фестивале фантастических фильмов в Триесте.

Книжку про пиратов написал когда-то...

Все герои данной драмы
От флибустьера и до магистра наук
Сойдутся на краю вот этой ямы,
Где Флинт зарыл с пиастрами сундук.

Начнется всё со старой карты,
В итоге кое-кто не соберет костей,
А островок, что мог бы быть курортом,
Объектом станет дьявольских страстей.

Режиссер Давид Черкасский признавался в интервью, что создавал совсем недетский мультик. Его насытили пародиями на известные фильмы, приправили сатирой на взрослых, добавили киновставки со смешными пиратами и написали песни, которые стали суперхитами. Неожиданно получился настоящий шедевр, который сегодня называют феноменом, ведь современных детей он поражает также, как и их мам и пап тридцать пять лет назад.

До «Острова сокровищ» мультипликатор Давид Черкасский снял уже «Капитана Врунгеля» и «Доктора Айболита». Режиссер работал на «Киевнаучфильме», когда получил заказ из Москвы. Центральное телевидение давало задание снять мультфильм по мотивам романа Стивенсона. Все было бы в порядке, кроме одной детали – время на работу давали просто нереально сжатое – всего два года на два часа фильма. Обычными сроками для мультипликации считаются 8-9 месяцев на десять минут. По этой причине создатели пошли на хитрость – добавили к нарисованному материалу отснятый, именно так в мультике появились «живые» пираты, которые разыгрывали немые сценки и пели песни о вреде курения, алкоголизма и призывали делать зарядку.

Киновставки вызвали неоднозначную реакцию. Кому-то они совсем не понравились, показались лишними, но некоторые восприняли такое необычное решение режиссера как удачную находку. Песни получились настоящими хитами, они до сих пор на слуху: «Лорды, сэры, пэры, знайте чувство меры», «О жадном Билли», «Соблюдает дня режим Джим», «Шанс(он не получка, не аванс)». Стихи для них сочинили московский поэт Наум Олев и киевский – Аркадий Гарцман, а инструментальное сопровождение сделала полтавская группа «Фестиваль».

Одесская труппа «Гротеск» создала образы смешных флибустьеров, а «главный пират» Валерий Чигляев после этого на всю жизнь получил узнаваемый образ. Если внимательно присмотреться, то среди морских разбойников можно увидеть и самого режиссера мультфильма.

Несмотря на спешку, образы мультяшных героев создавали очень тщательно. Для озвучивания Джона Сильвера, например, режиссер специально пригласил Армена Джигарханяна – его «страшный» голос Горбатого в сочетании с забавным рисунком создал уникальную ироничную интонацию.

Доктора Ливси создатели мультфильма буквально взяли из жизни. Актер Евгений Паперный, озвучивший этого легендарного персонажа, так рассказывал о его создании:

«Прототипом для Ливси стал драматург Леня Слуцкий. У него сценарии не принимали, но мне он неизменно предлагал главные роли. Он был колоритной фигурой, плечистый, крупный, с лошадиным оскалом. С Лени и образ рисовали, шаржировано конечно: 60 зубов во рту, вместо 32. Я копировал Леню, сначала балуясь, потом предложил его в мультфильм, а получилось в результате, что Ливси меня кормит до сих пор.»

Виктор Андриенко, который озвучивал капитана Смоллетта и придумал его смешное пришепетывание, вспоминал:

«Мы начали озвучивать – нужно было покричать за пиратов, сцена была нарисована. Смоллетт падает, а пират его подымает. Говорю: «Этот дуболом точно бы сказал «Руки вверх» и пират бы его уронил. «Ну скажи так», - говорит Черкасский. «Так вы нарисуйте», – «Ты скажи, а мы нарисуем». И действительно в таком виде сцена и вошла в мультфильм.»

К концу съемок работали в таком цейтноте, что песни записывали уже по ночам. Торопились, чтобы не подвести студию – если бы сроки были нарушены, все вместе не получили бы премию, но в результате качество все-таки немного пострадало. По словам Валерия Чигляева, почти все киновставки планировались комбинированными – в них должно было быть гораздо больше рисованных элементов. В последней сцене, например, «главный пират» должен был драться с мультяшными героями, но не получилось.

Тем не менее, несмотря на нехватку времени, режиссеру и его команде удалось создать настоящий шедевр, любимый уже не одним поколением зрителей.

И сегодня, 35 лет спустя, наш старый добрый «Остров сокровищ» завоёвывает уже весь мир.