greatjoke

Хочешь, я расскажу тебе самую необычную историю? Которая, как чернокожий сомалийский пират, морским узлом свяжет все твои мысли и заставит думать лишь о ней? Ты слушаешь? Так слушают сказки жизни дети, которых не убили привычки и заботы. Которые еще мечтают стать дворниками не из-за того, что не знают этой профессии. Они хотят душу твою очистить от накопившихся отходов бытовухи, которая червями из тебя торчит и смотрит на других.
Знаешь, я очень сильно поссорился со своим отражением, когда был подростком. Оно просто обиделось, развернулось и ушло. Но после того как кружечки пива в баре, мы стали лучшими друзьями, просто не разлей вода. Представляешь? Куда шел я, там было и оно. Жаль только, что люди, которые по жизни являются лишь чужим отражением, обречены на неудачу.
А помнишь того парня, у которого был огромный воздушный шар? Ну тот, что с безумно разными глазами: один серо-зеленый, будто летняя трава, накрытая утренней росой и туманной дымкой, а второй настолько синий, что казалось, это очень маленький кусочек хвоста кита. В тот день он созвал всех и предложил связать наши страхи и положить их в воздушный шар, чтобы потом отправить от подальше в самые темные глубины космоса. И когда его детище взлетело, и мы почувствовали, что бесстрашны, шар упал. Слишком велики наши страхи. Даже великий космос не может принять их.
Слышал, поговаривают, что наш хирург вовсе и не врач, а гроссмейстер! И жизнь пациента зависит от того, выиграет ли он партию в шахматы у Смерти или нет. Представляешь? Бояться, оказывается, нечего! Наша жизнь – всего лишь игра! Только, может быть, я пешка, а ты король! Что ты говоришь? Не хочешь быть королем? Хах! Ты понял жизнь! Пешкой быть проще всего. За тебя решают другие, а ты всего лишь движешься по однотипному лабиринту односложных ситуаций и предсказуемых сюрпризов. Твоя жизнь становится сотни раз переправленным сценарием, а ты перестаешь жить! Ты су-ще-ству-ешь. Ты - существо.
Не понимаешь? Очень жаль… Очень! Это значит, твоя душа стала подобна старой краске на деревянном заборе. Она выгорела, и никакая магия цвета не поможет ей. Сколько ни ходи к гадалкам, экстрасенсам или кудесникам, тебе не вернуть того былого величия души!
Подожди, я вытру пот у тебя со лба. Знаешь, твоя борьба с ленью на данном этапе является абсолютной показухой. Помнишь тот греческий миф, когда Геракл победил Антея, оторвав его от Матери Земли и лишив тем самым силы? Смекаешь? Так оторви лень от себя, и победить будет проще!
Ты не смотри, что меня окружают желтые стены. Сумасшедший дом – моя крепость! Здесь я защищен от того постоянного маскарада за окнами. Каждый в кармане сжимает фантики от конфет и при любом удобном случае клеит их на лоб всем, кого встречает. Вот и получается, что кто-то «Пилот», «Москвичка», «Ласточка» или «Пчелка», а кто-то просто на солнце растаял, превратившись в ничего не представляющую собой размазню. А стоит лишь начать срывать эти фантики с лиц и все. Ты уже больной.
Ты не смотри, что у меня руки связаны, я мир могу обнять и поделиться с ним своим теплом, добротой и любовью. Теперь представь, что можешь сделать ты своими свободными ручищами? И кто же теперь сумасшедший? Я? Или ты?

Аня стояла на пороге и внимательно смотрела вдаль, туда, куда уходила проселочная дорога. «Может быть сегодня? Придет, вернется милый мой Витя?» Глаза уже привыкли который день всматриваться до боли в темноту, а сердце замирало каждый раз, когда вдалеке появлялся чей-то силуэт. Но всякий раз это был не он. «Господи! Если слышишь меня, не дай пулям задеть его! Не дай вражескому ножу и капканам впиться в молодое и крепкое тело! Не дай замерзнуть морозными зимними вечерами… Господи…» Но каждый раз небо молчало, а покрытая мелким снегом дорога пустовала.
Но он шел вровень с годами. 41, 42, ранение и госпитали 43, ленинградско-новгородская операция 44… А потом пропал. Так и пришла весточка с деревни, где жил Витя и мало-помалу дошла до Ани. Нашла и, как говорится, огорошила. Но каждый раз, когда выдавалась свободная минутка, она с тоской глядела на уходящую вдаль проселочную дорогу.
А в апреле Витька пришел. С перебитой рукой, с обмерзшими ногами, со следами запекшейся крови на лице и солдатской шинели. И первым делом, направился к калитке Аниного дома. Но стучаться сразу не стал, а смущенно постояв у двери, сел на нижнюю ступеньку крыльца и закурил. Для храбрости.
Аня в это время была в сарае и переворачивала стога сена для коров и лошадей. Не приметила она сначала, но когда увидела, побежала со всех ног, не веря глазам и сердцу своему:
- Витя! Витенька! Вернулся! – села на колени перед ним, и начала целовать такое родное и знакомое лицо его, а из глаз потекли слезы, все те слезы, которые не смела тратить она, пока ждала милого с войны. – Как ты, хороший мой, милый мой? Сейчас я баньку затоплю, помоешься, потом перебинтую тебя, и будешь у меня как новенький, Витенька!
А он сначала ошарашенный сидел, оглушенный морем нежности и ласки, что выплеснулось на его очерствевшее за войну сердце. Потом тряхнул головой, взял ее за руки и сказал:
- Ну что ты, Анька, полно, будет тебе. Знала бы, сколько мы с ребятами прошли. Сколько земли, горящей от немцев, своими обмерзшими ногами потушили. Сколько гадов перебили и всё шли, и шли. Потом контузило меня снарядом, а когда очнулся, никого из наших уже не было рядом. Не то чтобы бросили меня, просто не нашли, я ж в овраг какой-то скатился, да за корягой и лежал. Подумал немного и решил обратно идти, кому я с перебитой рукой на фронте сгожусь? За тобой я шел. Знал, что не бросишь меня, что дождешься, что верить будешь, когда другие похоронят уже, - смущенный, достал он ржавую чеку и одел его ей на безымянный палец. – Нет у меня другого кольца, но знаю теперь, что пришел я, Аня. Выходи за меня.
И из глаз ее снова потекли слезы. Слезы от радости и безразмерного русского счастья.