dariawriter

При этом, доводы ответчика (дроппера) о том, что фактически денежные средства истца были получены иными лицами, что карта была передана иному лицу без возможности контроля судами были отклонены, поскольку именно на ответчике, как держателе банковской карты, лежит обязанность по обеспечению сохранности личных банковских данных для исключения неправомерного использования посторонними лицами в противоправных целях.

В рамках дела № 88-2926/2025 2025 (номер дела в кассационной инстанции) с владельца карты были взысканы денежные средства в размере 500 000 рублей, при этом суды указали, что «принимая во внимание, что передача банковской карты третьему лицу, на что ссылался ответчик, сама по себе не лишает держателя карты и владельца счета прав в отношении денежных средств, находящихся на банковском счете, и возможности распоряжаться этими денежными средствами, суд первой инстанции, установил факт поступления на счет карты ответчика спорных денежных средств со счета истца в отсутствие каких-либо правоотношений и обязательств между сторонами, т.е. в отсутствие законных оснований».

В рамках дела № 88-2351/2026 (номер дела в кассационной инстанции) с владельца карты были взысканы денежные средства в размере 2 000 000 рублей. «Суждения кассатора, что взысканные с ответчика денежные средства не были им присвоены, а в тот же день, когда и поступили на его счет были направлены лицам, которым и направлял свои денежные средства истец для приобретения криптовалюты, что в данной ситуации банковские счета ответчика являлись лишь транзитной, но не конечной точкой пути движения денег истца, в связи с чем, по мнению кассатора, неосновательного обогащения у него за счет не возникло, опровергаются материалами дела и установленными по делу обстоятельствами.

Ответчик фактически получил денежные средства от истца, что подтверждается банковскими операциями. Перевод денежных средств на счет ответчика является юридически значимым действием, которое подтверждает факт получения имущества».

Таким образом, шансы у дропперов в судебном заседании по взысканию с них неосновательного обогащения крайне малы. Я бы даже сказала: практически отсутствуют.

См. Определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 02.12.2025 № 88-20344/2025; Определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 18.02.2025 по делу № 88-2926/2025; Определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 22.01.2026 № 88-2351/2026, 88-34068/2025; Определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 30.04.2025 № 88-10396/2025.

В материалы дела от Истца был представлен акт ветеринарно-санитарного обследования приюта-передержки для собак, которым установлено, что на земельном участке, общей площадью 10 соток, размещено 27 собачек (беспородных). Все собачки содержатся раздельно, хорошо кушают, пьют водичку, привиты от бешенства и просто зайки. А собачьи какашки складируются на приспособленной площадке в конце огорода на радость всей улице. Еще участок огорожен забором, поэтому собачки на соседний участок не бегают и никому не мешают.

Через год в другом акте написали, что собачек теперь 10 штук, все привиты и чипированы, но при приближении к забору - лают все 10 штук.

Специалист отдела госнадзора в области обращения с животными оценить состояние и содержание животных не смог, потому что на участок его никто не пустил. В разговоре по телефону со специалистом соседка-зоолюб сообщила, что выходить для беседы не собирается. На вопрос о прививках животных от пояснения отказалась, по поводу того, что собаки с ее участка бегают по улице, по дороге, уточнила, что они не ее собственность, а относятся к собственности администрации и имеют соответствующие чипы.

А еще соседка была привлечена к административной ответственности за нарушение тишины и покоя граждан , поскольку во дворе ее дома громко лаяли собаки, мешая ночному отдыху соседей.

Оценив все эти обстоятельства, суд первой инстанции частично удовлетворил исковые требования и запретил соседке-собачнице содержать на земельном участке более двух собак. Обязал её освободить земельный участок от собак, превышающих две особи, в течение шести месяцев со дня вступления решения в законную силу. (решение Кингисеппского городского суда Ленинградской области от 29 июня 2023 года № 2-396/2023).

Однако этого поста бы не было, если бы всё закончилось так просто.

Суд апелляционной инстанции, по всей видимости, тоже очень любит собак, но не слишком сильно любит людей, в связи с чем, решение суда первой инстанции было отменено, в удовлетворении исковых требований было отказано.

В мае 2023 года (как раз перед вынесением судом первой инстанции судебного акта) был составлен еще один акт ветеринарно-санитарного обследования, в соответствии с которым на момент обследования на участке содержится 24 собаки, собаки беспородные, средних размеров. Животные содержаться в чистоте и светлой радости, упитанные, клинические здоровые, не проявляющие агрессии. Обследователи установили, что собачки полностью социализированы, а вот собачьи какашки на участке найти не смогли. Видимо, эти удивительные животные научились какать сразу полезным для почвы компостом или разучились какать вовсе.

Акт содержит заключение о том, что в настоящее время ветеринарные правила содержания домашних животных, а также нормы по количеству животных, разрешенных к содержанию гражданами, законодательства не утверждены, нарушения в данной области не выявлены. Нарушения обязательных требований при содержании животных: вакцинация, кормление и выгул, не выявлены.

Следом приехали специалисты из Управления Роспотребнадзора и не смогли зафиксировать превышение допустимого уровня шума.

Суд первой инстанции, вынося решение, дословно указал следующие: "скопление большого количества собак, в том числе в количестве 18 особей, на сравнительно небольшой территории, объективно создает условия для нарушения санитарно-эпидемиологических, гигиенических норм, шума (лай) от естественной жизнедеятельности животных".

Суд апелляционной инстанции с этим не согласился, указав, что "что ни местными, ни региональными нормативно-правовыми актами, ни федеральным законодательством нормативы количества содержания собак на земельных участках, находящихся в собственности граждан и занятых индивидуальными жилыми домами, не установлены, никакие нарушения правил по содержанию животных, нарушений в сфере ветеринарного законодательства соответствующими органами также не установлены, основания для частичного удовлетворения иска у суда первой инстанции отсутствовали".

Но с апелляцией не согласилась кассация, куда истец направил кассационную жалобу.

Суд кассационной инстанции сослался на Постановление Правительства Ленинградской области от 23.04.2021 N 231 которое предусматривает, что приюты (собачьи) размещаются в специально предназначенных для этого зданиях, строениях, сооружениях с санитарно-защитной зоной 100 м и должны иметь специальное оборудование.

На земельном участке ответчика, на котором содержится 18 особей собак (на момент вынесения судом первой инстанции решения), отсутствует специальный приемник для сбора сточных вод, твердых отходов жизнедеятельности животных, попадание нечистот непосредственно на земельный участок и последующее их испарение может привести к загрязнению окружающей среды и распространению различных бактериальных и паразитарных болезней.

Ответчик пояснила, что складирование отходов жизнедеятельности собак (фекальных масс) производит в компостную яму, пересыпает их опилками и в дальнейшем использует как удобрение на грядках, тогда как в соответствии с Федеральным классификационным каталогом отходов, утвержденным приказом Росприроднадзора от 22 мая 2017 г. N 242, такие отходы относятся к отходам IV класса опасности и требуют специальных условий при их утилизации, что не учтено ответчиком при содержании собак в количестве 18 и более особей.

Определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 21.02.2024 № 88-3694/2024 дело было направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции и до сих пор находится на рассмотрении (по делу были проведены две судебные экспертизы). Дело № 33-96/2025 (33-2622/2024;).

Как думаете? В чью пользу в итоге апелляция примет судебный акт?

В обоснование своих требований Максим указал, что 25.01.2021 года между ним и Светланой был заключен договор купли-продажи, согласно которому Светлана купила долю у Максима за 10 000 рублей. В этот же день Светлана написала расписку, из текста которой следует, что 1/4 доля в квартире ей была передана в счет уплаты алиментов на детей, Светлана обязалась не обращаться в суд с заявлением о взыскании алиментов на несовершеннолетних детей.

В мае 2022 года Светлана взыскала с Максима алименты на содержание двоих несовершеннолетних детей.

Суды всех трех инстанций в удовлетворении исковых требований Максиму закономерно отказали.

"Суд первой инстанции, установив, что стороны оспариваемых сделок фактически исполнили договор, осуществляли владение, пользование и распоряжение спорным имуществом, право собственности покупателя зарегистрировано в установленном законом порядке и истцом не представлено доказательств того, что на момент заключения договора и регистрации права в отношении объекта недвижимости имелось какое-либо злоупотребление правом со стороны ответчика, пришел к правомерному выводу об отсутствии условий для признания мнимой сделку купли-продажи доли квартиры, в связи с указанием цены, не соответствующей рыночным ценам на имущество. Данное обстоятельство не свидетельствует о мнимости оспариваемой сделки, поскольку указанные доводы основаны на неправильном толковании и понимании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Из договора купли-продажи следует, что денежные средства истцом были получены в полном объеме.

Доводы жалобы о том, что сделка по купле-продаже доли квартиры от 25 января 2021 года совершена под влиянием обмана со стороны С., которая обещала не предъявлять к нему требований об уплате алиментов, были предметом исследования суда апелляционной инстанции, им дана оценка, с которой соглашается судебная коллегия.

Суды первой и апелляционной инстанции обосновано исходили из того, что факт взыскания с истца в пользу ответчика алиментов на содержание несовершеннолетних детей не свидетельствует о заключении сделки под влиянием обмана, поскольку у ответчика имеется право на взыскание алиментов на содержание несовершеннолетних детей, а расписка от 25 января 2021 года является ничтожной в силу закона".

См. Определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 18.09.2024 N 88-26700/2024.

Ну а в 2018 году Юрию стало известно, что он не является биологическим отцом Алексея.

В 2020 году брак был расторгнут, также были удовлетворены исковые требования об оспаривании отцовства.

Юрий остался без сына, жены, а еще без земельного участка и недвижимости.

Юрий отправился оспаривать договоры дарения в суд, где его ожидало увлекательное приключение.

Сначала в удовлетворении его исковых требований было отказано в полном объеме. Однако кассационный суд отменил судебные акты первой и апелляционной инстанций и направил дело на новое рассмотрение.

Во второй раз суд первой инстанции на всякий случай удовлетворил исковые требования в полном объеме. Апелляция в стороне не осталась и «засилила» это решение.

И снова кассация отменила нижестоящие акты, но уже в части: с признанием недействительным договора дарения в пользу НЕсына кассация согласилась, а вот в части признания недействительным договора дарения 1/2 доли квартиры супруге - нет. Дело было направлено на новое рассмотрение в апелляцию, где уже был вынесен итоговый акт, «засиленный» кассацией.

Договор дарения в пользу НЕсына признан недействительным по тем же основаниям, что и в предыдущем посте на эту тему. Юрий на момент совершения сделки (договора дарения) находился в заблуждении относительно личности одаряемого: считал его своим сыном. Юрий осуществлял дарение своего имущества именно своему ребенку, соответственно, если бы он знал, что Алексей не приходится ему кровным родственником - никакого дарения бы не было.

А вот с Мариной всё сложнее. На момент заключения сделки Марина приходилась Юрию супругой. Брак недействительным признан не был, поэтому признать договор дарения недействительным по основанию заблуждения в личности одаряемого нельзя.

Хотя Юрий, в обоснование своих требований, и ссылался, что дарил долю в квартире биологической матери своего ребенка, суды данные доводы отклонили.

«Отменяя частично решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции не принял во внимание то обстоятельство стороны достигли правового результата, характерного для данной сделки, а именно: истец передал ответчику в дар долю в праве общей собственности в вышеуказанной квартире, доказательств, подтверждающих, что воля сторон была направлена на создание иных правовых последствий, не представлено и судом не установлено, истец действовал в пределах собственного усмотрения; в тексте договора дарения его условия отражены совершенно определенно и конкретно; при этом из договора дарения явно следует, что он заключен между У.В. (даритель) и его женой Ш. (одаряемая); брак между сторонами недействительным не признавался, условия относительного того, что доля в квартире передается в дар биологической матери ребенка, договор не содержит».

Юрию вернули участок и нежилое помещение, а 1/2 доли квартиры осталась у неверной жены.

С правовой точки зрения итоговое решение абсолютно законное.

Ну а с обывательской…

См. Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 11.07.2023 по делу N 88-15846/2023.