Обычно во время танца мы с партнершей немного разговаривали, она задавала несколько вопросов обо мне, а я расспрашивал о ней. Но едва я хотел снова потанцевать с девушкой, с которой уже танцевал, я должен был ее разыскивать.
— Хотите еще потанцевать?
— Нет, извините, мне нужно подышать свежим воздухом.
Или:
— О, мне нужно пойти в туалет, — одни и те же извинения от двух или трех девушек подряд.
В чем причина? Я отвратительно танцевал? Или я сам был отвратителен? Я танцевал с очередной девушкой, и опять шли привычные вопросы:
— Вы студент или уже окончили университет? (Тут было много студентов, которые выглядели далеко не молодо, потому что служили в армии.)
— Нет, я профессор.
— Да? Профессор чего?
— Теоретической физики.
— Вы, наверное, работали над атомной бомбой?
— Да, я был в Лос-Аламосе во время войны.
Девушка сказала:
— Вот чертов лгун! — и ушла.
Это сняло груз с моей души. Все сразу стало ясно. Я говорил девушкам простодушную дурацкую правду и никогда не понимал, в чем беда.