Больше 100 лет прошло после смерти Ленина — а мы всё ещё живём в его ловушке
Он не «освободил народ». Он заменил царя на партию, священника — на агитатора, а Бога собой.
Боролся с религией как «опиумом», а сам стал новым идолом: бальзамированный, в красном саркофаге, со своими портретами вместо икон и цитатами вместо молитв. Эта религия оказалась даже хуже старой — она не обещала рай «там», она врала, что построит его «здесь»… ценой миллионов жизней.
Ленин открыто призывал к вооружённой борьбе против власти, одобрял изготовление бомб и грабежи — то, что сегодня называется терроризмом. Он не просто допускал насилие — он считал его чистящим пламенем революции.
Царскую семью расстреляли не «самочинно» — ЦК большевиков, которым он руководил, это одобрил. И Ленин лично сказал: «Мы полностью одобряем».
Его лозунги - обман.
Землю крестьянам — дали на пару лет, потом забрали всё и выслали тех, кто сопротивлялся.
Фабрики — рабочим — а тех, кто требовал прав, расстреляли в Кронштадте.
Вся власть Советам — Советы превратили в декорацию для диктатуры одной партии.
СССР, выросший из его проекта, имел больше танков, чем весь мир вместе взятый — но люди стояли в очередях за хлебом. Это не социализм. Это феодализм с коммунистической этикеткой.
И до сих пор Россия не может вырваться из этой системы — потому что ею правят те же: перекрасившиеся чекисты, бывшие комсомольцы, номенклатура в новых костюмах. Они не строят новое — они управляют руинами, которые Ленин начал возводить как «новый мир».
На самом деле он построил тюрьму. И запер в ней не только Россию — но и наше будущее.
О, сколько их было, один другого круче,
И каждый знал правду, и каждый был лучше
Того, что был прежде.
Великий храм рухнул, остались лишь камни,
Но есть еще время для танцев и веселья
Во славу пепла.
Зомби играет на трубе –
Мы танцуем свои танцы.
Но, видит Бог, скоро
Он отряхнет прах с ног,
Плюнет в небо и уйдет,
Оставив нам свои сны. (с).
